Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Клавела
 
 
Где же он — моя отрада?
 
Я со всеми осторожна,
 
С ней особенно — она ведь
 
Брату нравится.
 
 
Ниса
 
 
Поправить
 
Тем дела Лисардо можно.
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
   
Те же, Фениса, Финея и Леонидо.
Фениса
(Клавеле)
 
 
Потеряла я покой,
 
Впала я у вас в немилость.
 
К вам теперь сама явилась
 
Со смятенною душой.
 
Мне сеньора не велит
 
К ней входить?
 
 
Клавела
 
 
Нет. В сердце грусть,
 
И никто не ищет пусть
 
Преднамеренных обид.
 
Улыбнулся мне рассвет,
 
А печаль моя растет.
 
 
Фениса
 
 
Часто плачет небосвод,
 
И притворства в этом нет.
 
Влага льется заревая,
 
И в цветах сверкают воды,
 
Солнечных коней восхода
 
Жемчугами отражая.
 
Пусть же грусть исчезнет ваша,
 
Верьте: вы грустите зря!
 
Зависти полна заря —
 
Вы ее намного краше.
 
Солнце прославляют птицы
 
Дивной песнею своею.
 
Леонидо и Финея
 
С птицами должны сравниться.
 
 
(К Леонидо и Финее.)
 
 
Пойте!
 
 
Леонидо
 
 
Как нам спеть для всех?
 
 
Фениса
 
 
Так, чтоб вызвать удалось
 
У зари — потоки слез,
 
У Клавелы — легкий смех.
 
 
Финея и Леонидо
(поют)
 
 
Глаз зеленых светлый взгляд
 
Я сравнила б с небесами.
 
Если ж ревность ссорит с вами,
 
Для меня вы словно ад.
 
Вы как небо, но сегодня
 
Нет для ревности исхода:
 
Вы упали с небосвода
 
Прямо в пламя преисподней.
 
Я в мечтаньях вижу взгляд,
 
Что сравнила б с небесами;
 
Если ж ревность ссорит с вами,
 
Для меня вы словно ад.
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
 
Те же и Роберто.
Роберто
(про себя)
 
 
Эта песня хороша,
 
И Клавелы настроенье
 
Вызывает восхищенье:
 
Что за ясная душа!
 
Ревность вынудит меня
 
К хитрости: хочу узнать,
 
Должен ли страдать опять,
 
Страх свой про себя храня.
 
Недруг, будто бы убитый,
 
Испугает дам. По взору
 
Я узнаю ту, к которой
 
Шел противник нераскрытый.
 
Этим вызову развязку,
 
Правда мне должна открыться.
 
Страсть преображает лица
 
И меняет их окраску.
 
 
(Громко.)
 
 
С добрым утром!
 
 
Клавела
 
 
Вы с рассветом
 
Встали нынче. Что такое?
 
 
Роберто
 
 
Не ложился я. С зарею
 
Встретился уже одетым.
 
 
Клавела
 
 
И Фениса про причину
 
Спросит, отчего так рано
 
Вы пришли.
 
 
Фениса
 
 
Не стану рьяно
 
Докучать я господину,—
 
Ведь заботы есть свои
 
У него. Он занят ими —
 
Беспокойствами своими.
 
 
Роберто
 
 
Не тревогами любви.
 
 
 
Сны и молчание кругом рождая,
 
До полпути дошла своей ленивой
 
Походкой ночь, соседство презирая
 
Звезды — ее соперницы ревнивой,
 
И в парк отправиться решил тогда я.
 
Я ждал, заранее уже счастливый,
 
Что свет блеснет внезапно мне с балкона
 
Из глаз Фенисы, будто с небосклона.
 
 
 
Оставив Сельо с графом здесь за садом
 
(Любви всегда несносны очевидцы,
 
Трепещет перед их нескромным взглядом
 
И от друзей она спешит укрыться),
 
Я шел навстречу радостным усладам —
 
В окошке солнце мне могло явиться,
 
Но встретил я не солнца излученье,
 
А неприятелей и злоключенья.
 
 
 
Лицо от взглядов под плащом скрывая,
 
Там незнакомец прижимался к стенам,
 
Как будто врос в них, камню подражая,
 
С умением он необыкновенным.
 
Все осмотреть вокруг решил тогда я
 
И не обрадовался переменам:
 
Слугу с конем увидел на поляне,
 
Уздечек мне послышалось бренчанье.
 
 
 
«Кто здесь?» — вопрос я задал коноводу.
 
Тот отвязал поводья очень скоро,
 
В безмолвии в седло вскочил он с ходу,
 
Коню в бока вонзил он сразу шпоры.
 
Вернулся к незнакомцу я. Породу
 
Его походка выдавала взору.
 
Взгляд на себе заметив посторонний,
 
Он ждал, как лев, застигнутый погоней.
 
 
 
Сказал ему: «Кто вы? Остановитесь!»
 
Он руку молча положил на шпагу.
 
Опять спросил я, чувствуя, что витязь,
 
Молчать решив, не сделает ни шагу
 
Назад: «Кто ж вы?» А он мне: «Не трудитесь
 
Не назовусь и королю». Отвагу
 
Его я вижу, и без промедленья
 
Меж нами начинается сраженье.
 
 
 
Чтоб не устать, мы трижды отдыхали.
 
Возобновляли мы потом боренье,
 
Но речи недруга не выдавали
 
Причин загадочного появленья.
 
Кружились снова мы, как и вначале,
 
Свирепыми быками по арене.
 
Сраженье мы на время прерывали,
 
Пот вытирали, силы набирали.
 
 
 
А в третий раз вонзил я шпагу в шею
 
Ему — тогда мной бешенство владело.
 
Упал он, крикнув лишь: «Прощаюсь с нею —
 
С любимою!» И помертвело тело
 
Под шпагою кровавою моею.
 
Вот почему, прекрасная Клавела,
 
Лучи зари меня без сна встречали —
 
Одетого, в объятиях печали.