Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Отавио
 
 
Пока я здесь, с тобой, не стыдно
 
Тебе бояться? Вбей же гвоздь.
 
 
Макаррон
 
 
Бояться? Я? Да в самой бездне
 
Мой гвоздь почувствуют!
 
 
Отавио
  
 
 
Довольно!
 
 
Макаррон
 
 
Идем.
 
 
Отавио
 
 
Бери свечу.
 
 
Макаррон
 
 
Ай! Мне,
 
Сеньор, не выйти…
 
 
Отавио
 
 
Что с тобою?
 
 
Макаррон
 
 
Скорей, скорей на помощь! Черти
 
Меня за плащ мой тянут в ад,—
 
Я плащ оставлю им в наследство!
 
 
Отавио
 
 
Глупец! Себя ты пригвоздил.
 
 
Макаррон
 
 
И точно. На меня затменье
 
Нашло со страху. Плащ свой, небом
 
Клянусь, я пригвоздил.
 
 
Отавио
 
 
Идем.
 
 
Клариндо
 
 
Все худшее-то впереди!
 
 
Макаррон
 
 
Вдруг налетит сюда вся нечисть
 
И сцапает нас у ворот?..
 
 
ОКРЕСТНОСТИ НЕАПОЛЯ
Появляются Федерико, Лусиано и Урбан.
Лусиано
(к Федерико)
 
 
Теперь, когда мне власть дана,
 
Вам деньги я верну сполна.
 
В наш зверский век и знатность стала
 
Подлей, ничтожней, чем бывало:
 
На деньгах зиждется она.
 
Почет я вам вернул, я знаю,
 
Своей наукой, посох мой
 
Теперь в каменьях, золотой.
 
Как бога, вас я обожаю.
 
И если прав я, полагая,
 
Что в наше время знатен тот,
 
Кто больше денег соберет,
 
Восстав из нищеты великой,
 
Вновь будьте графом Федерико,
 
Как вас когда-то звал народ…
 
Урбан! В знак ласки и почтенья
 
Ты обними отца…
 
 
Урбан
 
 
О нет!
 
Нам надлежит хранить секрет.
 
Боюсь, такое обращенье
 
В народе вызовет смущенье,
 
Как скоро разнесется весть;
 
Его осудит даже лесть.
 
То, что мы чтим за добродетель,
 
Вот так и гибнет…
 
 
Лусиано
 
 
Бог свидетель,
 
Отцу приличествует честь.
 
А если так, то в самом деле,
 
Урбан, я б негодяем стал,
 
Когда б отца я не признал,—
 
Ведь он такой же, как доселе,
 
Как раньше был, так неужели
 
Не дам Италии я знать,
 
Что он не мог злодеем стать,
 
Враждой он отстранен от власти,
 
Что я не смею помышлять
 
Сравняться с ним хотя б отчасти?
 
Я никогда бы не посмел
 
Тот вес, что бог нам дал в удел
 
И взвесил сам, рукой всевластной
 
Убавить, чтоб отец злосчастный
 
Лежал в пыли, а сын взлетел
 
Под небеса.
 
 
Федерико
 
 
О сын любимый!
 
О мой родной! Теперь весы
 
Сравняли радости часы.
 
 
Лусиано
 
 
И час настал неотвратимый
 
Мой долг вернуть тебе, родимый.
 
 
Федерико
 
 
Себя отцом могу ль назвать?
 
Я сын твой, да, твой сын сегодня,
 
Коль скоро волею господней
 
Ты — ты родил меня опять.
 
Как мне отцом себя признать?
 
 
Урбан
(про себя)
 
 
Простолюдин — и вдруг правитель!
 
Все расскажу я про него…
 
 
(Громко, указывая на Лусиано.)
 
 
Друзья! Величья моего
 
Он и творец, и покровитель,
 
Я — лишь науки представитель.
 
 
Федерико
 
 
Лусьяно! То, что ты мой сын,
 
Пускай не знает королева.
 
Припомни: от любви до гнева
 
У женщин шаг всего один.
 
Скажи: «Отец — простолюдин» —
 
И в королевстве ты признанья
 
Добьешься. Знай: я на изгнанье,
 
Как злой предатель, осужден.
 
Мне въезд в Неаполь запрещен,
 
И непреклонно приказанье.
 
Когда сумел Руфино мой
 
Спасти Камиллу и Камилла
 
На волю вышла, всполошила
 
Весь город Джулия, за мной
 
Направив люд наемный свой.
 
Едва-едва успел я скрыться
 
Вот в это рубище одет.
 
 
Лусиано
 
 
Отец, спасибо за совет!
 
Я перед тем, как в путь пуститься,
 
Решил рескриптом заручиться.
 
 
Федерико
 
 
Полезен мой совет, признай.
 
 
Лусиано
 
 
Как вы велите, так и будет.
 
Сенат, собравшись, все обсудит…
 
Урбан! В Неаполь ты ступай,
 
Там королеву повидай.
 
Склонясь к стопам ее державным,
 
Их поцелуй вместо меня,
 
В разлуке дружбы не храня.
 
Подобно всем друзьям тщеславным,
 
Мои все слабости исправно
 
Ей опиши.
 
 
Урбан
  
 
 
Ты разве сам
 
Не веришь в дружбу?
 
 
Лусиано
 
 
Руку дайте,
 
Отец мой, и со мной признайте:
 
В чем время отказало вам —
 
Поможет власть…