Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Марин
 
 
Вот будет буря в бочке винной,—
 
Тогда мы счастье в ней найдем.
 
 
Гарсеран и Марин уходят.
  
ЯВЛЕНИЕ ПЯТНАДЦАТОЕ
 
Селья, Фульхенсья.
Фульхенсья
 
 
Ты вела себя со мной
 
Как сварливая золовка.
 
 
Селья
  
 
 
Как ты обернула ловко,—
 
Стало все моей виной!
 
Ты сама мне все сказала,
 
А молчать велела? Нет.
 
Значит, это не секрет,
 
Тайны я не разболтала.
 
Потеряв надежду вновь
 
Возвратиться к Гарсерану,
 
Ты сказала, что к Хуану
 
Снова чувствуешь любовь.
 
А потом опять случилось,
 
Что вернулась ты к нему.
 
Отчего и почему?
 
Как же это получилось?
 
Из Валенсии письмо
 
Привезли тебе, а я-то,
 
Я-то чем же виновата?
 
Ну за что на мне клеймо?
 
Глупая твоя головка!
 
В чем, скажи, моя вина?
 
 
Фульхенсья
 
 
Ты, как верная жена
 
И коварная золовка,
 
Навязать хотела мне
 
Нелюбимого мужчину.
 
Селия! Сними личину,—
 
Мы же здесь наедине.
 
Друг от друга нам не надо
 
Все скрывать. Узнай, к тому ж:
 
Гарсеран теперь мой муж
 
По законному обряду.
 
Ты, Октавио, Хуан —
 
Мучите меня все трое.
 
С женщиной — вы все герои,
 
Даже брат, и тот — тиран.
 
Но теперь я твердо знаю:
 
Вы — враги моей души.
 
Все вы трое хороши,
 
Всех троих я проклинаю!
 
Что и говорить! Вполне
 
Все вы стоите друг друга!
 
Нелюбимого супруга
 
Навязать хотели мне.
 
Дон Хуан твой — дьявол сущий,
 
Настоящий каннибал.
 
 
Селья
 
 
Где же ангел твой пропал,
 
Благоденствие несущий?
 
Раз тебе грозит беда,
 
Пусть он прилетит в Кастилью.
 
 
Фульхенсья
 
 
Моего супруга крылья
 
Скоро принесут сюда.
 
 
Селья
 
 
Какое горе — породниться
 
С такой чудовищной семьей!..
 
Глупцы, невежды… Боже мой!
 
 
Фульхенсья
 
 
Потише, милая сестрица!
 
 
Селья
 
 
Хуан, безумец! Обвенчать
 
Меня, свою сестру, с мужланом!
 
 
Фульхенсья
 
 
Тебе с твоим шутом Хуаном
 
Не стоит даже отвечать.
 
 
Селья
 
 
Я толков не боюсь и сплетен,—
 
Я брата твоего жена
 
И в чужака не влюблена
 
Как кошка.
 
 
Фульхенсья
 
 
Спор наш беспредметен.
 
Ты, право, лучше во сто крат,
 
Чем я, «бесчестная» девица,
 
Но мной зато не насладится
 
Сеньор Хуан, твой мерзкий брат.
 
 
УЛИЦА В САЛАМАНКЕ
Появляются с музыкальными инструментами в руках Рисело, Херардо, Лусиндо, Марин и Гарсеран; Гарсеран в плаще, при шпаге и с небольшим щитом. Следом за ними идут певцы и музыканты.
  
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
 
Рисело, Херардо, Лусиндо, Марин, Гарсеран, певцы и музыканты.
Рисело
 
 
Знай, Паблос, что в таком костюме
 
Тебя никто узнать не сможет
 
Из населенья Саламанки.
 
 
Гарсеран
 
 
Клянусь, одежда превосходна!
 
Оставьте мне ее, сеньоры,
 
До свадьбы.
 
 
Херардо
 
 
Ты решил жениться?
 
 
Гарсеран
 
 
Да, это твердое решенье.
 
Вот разве только сатана
 
Вмешается, — тогда не знаю,
 
Чем дело кончится.
 
 
Рисело
 
 
Ну ладно,
 
Пока оставим эту тему,
 
Пойдемте к Теодоре.
 
 
Лусиндо
 
 
Будет
 
О чем порассказать студентам!
 
 
Херардо
 
 
Пойдемте прямо к Теодоре,
 
А то поклонники красотки,
 
Как мухи, налетят на мед,
 
Мы опоздаем и пропустим
 
Такое зрелище.
 
 
Марин
 
 
Друзья!
 
Мне кажется, что в Табладильо
 
Нас кое-кто уже узнал,—
 
Повесы тащутся за нами.
 
 
Рисело
 
 
Они хотят взглянуть на нас?
 
Ну что ж, мы шестеро при шпагах.
 
Мы их проучим… Как ты, Паблос?
 
 
Гарсеран
 
 
Когда, сеньор, придется делать
 
Кому-нибудь кровопусканье,
 
Я покажу вам: среди сотни
 
Студентов вряд ли кто умеет
 
Так шпагой действовать.
 
 
Марин
 
 
Сеньоры!
 
Который час? Кто знает звезды?
 
 
Лусиндо
  
 
 
В той стороне, мне показалось,
 
Сатурн.
 
 
Рисело
 
 
К чертям Сатурн! Он, злюка,
 
Приносит нищету и гибель
 
Родившимся под ним. Лусиндо!
 
Знай, друг мой: ipso dominante
 
Si nascitur foetus, [444] — конец.
 
Восьмой, пожалуй, худший месяц,—
 
Родившиеся под Сатурном
 
Обычно нежизнеспособны.
 
Седьмой — совсем другое дело.