От ненависти до любви один шаг. И наоборот (СИ)

Хотя, естественно, мама его любила и присылала каждый месяц круглую сумму на карточку, которую он старался не тратить. Мама одновременно и говорила, что нужно не сидеть на ее шее, но не могла не помогать финансово. Знала, как живется человеку, студенту, который учится на врача. Она гордилась им. Врач, особенного кардиолог — очень важная профессия.
Кирилла мама тоже любила. Она так же им гордилась, но и так же давала по шее. Мама отпустила его учиться в другой город, только если он будет жить у брата. Если не будет, она приедет за ним и заберет документы. Соколовский-младший был не такой ответственный, как Тимур. Из-за этого мама беспокоилась за него гораздо больше. К тому же он был младшим сыном, у которого в голове еще молодость.
  
— Сейчас скажу ей, что ловлю тебя в отеле. Что ты сбежал от меня, чтобы трахать шлюх в дешевом номере. — Сказал Соколовский.
Мама — это грязный ход. Грязный, зато честный. Как только он нашел ее в контактах, он был готов включить зеленую трубку. Но тут Кей закричал:
— Нет! Не надо! Я вернусь домой, блять. Это был очень грязный ход, знаешь. Я так же сделаю в следующий раз.
Тимур засмеялся, заблокировав телефон и убрав его в карман. Он посмотрел на брата с ликом победы.
— В войне все средства хороши. Так как ты заплатил за номер за ночь, остаемся здесь до утра. Не зря же я рыжий, возможно во мне еврейские корни. Но деньги мы терять не будем. Поэтому быстро в кровать. Ложись спать.
— Ч. Что? Ты еще хочешь, чтобы я лег спать, когда ты здесь? А ты что, ляжешь рядом? — возмутился брат, смотря на него.
Он кивнул.
— Да. Мне спеть тебе колыбельную или снова напугать тебя мамой, чтобы ты перестал здесь щеголять трусами с звездочками, а лег спать?
Соколовский-младший с минуту стоял и злобно на него смотрел, а потом повернулся и пошел в кровать. Забрался всем телом под одеяло и злобно зыркнул на своего брата с тихим возмущением. Действительно, как маленький ребенок. А еще он похож на какого-то зверька. На котенка, которого ругает хозяин.
Тимур усмехнулся, смотря на него. А потом начал раздеваться. Медленно, словно устраивая стриптиз перед братом. Он стянул с себя куртку, кинул на пол. Затем и футболку, открывая вид на накаченное бледное тело. Затем и штаны с носками полетели в эту кучу одежды.
Будучи педантом, Кирилл недовольно посмотрел на эту кучу вещей. Он свои всегда аккуратно складывал.
— Ну вот и отлично. Повторяюсь, если сбежишь, я позвоню матери. Конечно, и мне попадет, если я тебя упущу. Но и тебе уж не выжить.
Рыжему не оставалось другого выхода, как вот так его пугать. Никакие больше слова не действовали. А мама-Халк всегда. И в 40 лет, и в 60, так же, как и в 5 лет.
Кей недовольно фыркнул, отвернулся от своего брата, ничего ему не сказал. Тимур усмехнулся, взглянув на затылок брюнета. Протянул руку и погладил его по волосам. А потом закинул руки за голову и закрыл глаза. Постарается уснуть.
Он чувствовал рядом брата. И надеялся проснуться и увидеть, что он здесь. Хотя, одеяло одно. И если он постарается свалить, то Соколовский-старший это почувствует. Он быстро уснул. Устал за весь день в универе, а тут еще такой стресс с младшим братом.
Кирилл услышал мирное посапывание рыжего, он повернулся и посмотрел на лицо Тимура. Он такой красивый. Рыжеволосый. Их отец наверное был рыжим. Кирилл его не помнил, а фотографий не осталось. А мама у них брюнетка. Очень красивая женщина. Она могла любого склонить к своим ногам. Имея такой характер, харизму, улыбку и внешность, эта мадам привлекала к себе внимание. Уж много было мужчин. Многие приносили им подарки, надеясь, что дети помогут дяде заработать место в постели их матери. Но Тимур показывал им средний палец, а мелкий Кирилл повторял за ним. Вот кто его научил этому знаку.
Едва улыбнувшись, Кей повернулся к нему всем телом. Он не хотел спать, уж слишком был возбужден. Его брат спал. Он так рядом с ним. Может рискнуть?
Соколовский-старший почувствовал, как сердце застучала в висках. Он опустил руку на свой пах, под одеяло. Коснулся члена через ткань нижнего белья и прикусил губу. Хотелось рискнуть.
Брюнет запустил руку под свое нижнее белье, взяв член в руку, начал дрочить, смотря на лицо Тимура. Какой он красивый. Такой взрослый. Такой мужественный.
Кирилл сдерживал стоны, хотя шумное дыхание было немного сложновато сдерживать. Он двигал рукой быстро, стараясь закончить побыстрее, ведь не хотелось спалиться перед ним с таким действием.
Легкая дрожь, он кончил на свою руку, немного изогнувшись. Из-за этого старая кровать дешевого мотеля скрипнула, а Тимур во сне нахмурился и повернулся лицом к брату. Совсем рядом.
Соколовский-младший сглотнул, вытащив руку и вытерев ее об простынь.
Он хотел обнять своего брата. Но не имел права. Поэтому закрыл глаза, пытаясь выровнять свое сердцебиение и дыхание. Нужно постараться уснуть.
Тимур приоткрыл глаза, взглянув на своего брата, который рядом лежал с закрытыми глазами и шумно дышал.
Рыжий усмехнулся.
========== 10. ==========
Он спит. И как мило спит, прям хочется смотреть и не отрывать взгляда. Какой милый. Щечки чуть покраснели, ноздри раздуваются во сне, а рот едва приоткрыт, отчего с краюшка текла маленькая слюна. Картина милейшая, особенно, если брать, что так спит молодой парень, который уже давно ушел от типажа маленького мальчика. Но все же, все мы внутри дети, каждый по-своему выражает это.
Тимур усмехнулся. И этот милый паренек только недавно дрочил на своего старшего брата. Конечно, он думал, что его брат спит. Но ведь вполне возможно наоборот. Что и произошло. Надо же, и так спокойно спит. Как ангелок. Ни капли совести, страха, что Соколовский-старший все видел. Вот это храбрость.
— Хм. Забавно. — Тихо пробормотал Тимур, протянув руку и проведя пальцами по его волосам. А потом отвернулся. Естественно, он ему не скажет, что видел. Были свои планы, которые он желал исполнить. Рыжий был игрок, у него было несколько планов действий. И один из планов действительно хорош. Если все получится — финал будет грандиозный.
Закрыв глаза, он уснул.
Утро. Золотой луч играет на волосах, скользит по щекам к глазам, заставляет Кирилла щуриться и потереть глаза. Солнце слепило. Он отвернулся от него и уткнулся носом в спину своего старшего брата.
Резко покраснев, Кей боялся хоть как-то пошевелиться. Взгляд был направлен на рыжую шевелюру. Спит. Слава богу, что спит. Значит все это было правдой. Он действительно дрочил на своего брата, а перед этим они сильно поссорились, а он переспал с тем, с кем переспал его брат. Боже, как все запутано!
Соколовский-младший едва отодвинулся. А вдруг он все-таки видел? Не спал? Притворялся? Тимур умел это делать. Он помнит момент из детства, когда старший брат притворялся мертвым. Он ревел, стоял над ним, а тот лежал, высунув язык.
Психологическая травма.
«Надо бы съебать в туалет».
Кирилл начал отодвигаться от него подальше, отвернулся, чтобы слезть с кровати. Как тут сильные волосатые рыжие руки схватили его и притянули обратно.
Резкий переворот и Тимур навис сверху, смотря в его глаза с усмешкой.
Вся жизнь пронеслась перед глазами бедного парня, который уже простился со всем живым миром. Он даже побледнел. Дыхание сбилось, а сердце начало биться в ритме Калинки-Малинки.
— Куда решил смыться?
Тук-тук. Сердце, ты бы остановилось. Но оно не хотело. Оно хотелось биться с такой силой, что в висках отдавалось. Кей уставился на Рыжего, как на исчадие ада, которое сейчас затянет его в самую пизду мира. Волосатую пизду мира, которая раскрыла свои… Кхм.
  
— Я. Я поссать хотел! А чо? — Возмутился Соколовский-младший, наконец справившись со своим голосом, который старательно пытался стать голосом Микки Минаж. Эх, ее бы зад.
— Да ничо. — Хмыкнул Тимур. Затем его взгляд опустился вниз. Приподнял бровь.