Город Порока

* * *
Утро началось, как обычно. Подъём, молитва, душ, столовая… Я взял миску овсянки, два куска хлеба, кусок масла, стакан горячего молока и уселся за свободный столик у окна, неторопливо отправляя в рот ложку за ложкой и поглядывая на поднимающееся над горизонтом яркое калифорнийское солнце…
– Алекс! Доброе утро! – небрежно бросила блондинка, усаживаясь напротив меня с точно таким же набором еды на подносе.
  
– Привет, сестрёнка, – хмыкнул я в ответ. – Как спалось?
– Ты знаешь, как ни странно, очень хорошо… – удивлённо пожала плечами Мишель, принявшись решительно опустошать свою миску с кашей.
– Это не удивительно. Облагораживающий труд, сытная еда, свежий воздух и режим… Прям как у твоих клиентов, дела которых ты проигрываешь в суде, – я не удержался и слегка подколол юристку.
– Я не проигрываю дела! – фыркнула девушка.
– Что с Ванессой? – осторожно напомнил я. – Есть новости?
– Есть кое-какие намётки… – недовольно поморщилась Мишель.
– Это я уже слышал.
– Алекс! – строго произнесла блондинка моё имя, нахмурив лоб, облизав ложку и с сожалением глянув в опустевшую миску. – Не торопи меня!
– Время поджимает, Мишель, – шёпотом напомнил я своей начальнице. – Чем дольше мы здесь, тем больше шансов на… на то, что нас рано или поздно раскусят. Да и не можем мы неделями сидеть и ждать непонятно чего.
– Мне вот интересно, почему я всё делаю, а ты прохлаждаешься? – проигнорировала мои слова юристка, отломив кусок хлеба, макнув его в кружку с молоком и отправив его в рот.
– Ты девушка.
– И?
– Ты не заметила охранников?
– Заметила, – непонимающе наморщила лоб Мишель. – И как это связано?
– Это не просто парни с улицы. Бывшие копы или военные, скорее всего, – терпеливо пояснил я. – Они стараются не попадаться лишний раз на глаза, но сами присматривают за жителями общины, особенно за новичками. Я постоянно замечаю на себе их изучающие взгляды. А вот к девушкам внимания меньше…
– Хм… – задумчиво хмыкнула юристка. – Значит, хорошо, что я решила пойти вместе с тобой. Сам бы ты точно не справился.
– Да пока не с чем справляться, – проворчал я. – Мы только спим, молимся и топчемся на месте.
– Не паникуй. Я же говорила, что у меня есть план…
– План? – подозрительно посмотрел я на сидящую напротив меня девушку. – Что ты задумала?
– Скоро узнаешь, – усмехнулась блондинка, повертев головой по сторонам, словно выискивая кого-то взглядом в толпе адептов. – Да, кстати… Если сегодня будет что-то происходить со мной – не вмешивайся…
– Что будет происходить? – замер я с так и не донесённой до рта ложкой.
– Увидишь!
– Не нравится мне это, – осуждающе покачал я головой. – Все твои неожиданные идеи обычно оборачиваются бедой. Без обид, – добавил я через секунду.
– Когда такое было? – удивлённо вытаращилась на меня юристка.
– Тело в холодильнике, клиника репродуктивной медицины… – принялся я загибать пальцы. – «Давай сходим на мессу, это так интересно!» – легонько перекривлял я её. – Русские…
– А русские тут при чём? Там вообще не моя вина была!
– То есть, с остальными пунктами ты согласна?
– Отчасти, – неохотно признала Мишель и тут же преувеличенно бодро добавила: – Не переживай, в этот раз всё железно! Смотри и учись, стажёр, – хмыкнула она, поднимаясь со своего места, – как действуют профессионалы…
Я проводил взглядом блондинку, стройную фигурку которой не мог скрыть даже бесформенный балахон, подвинул к себе чашку остывшего молока с пенкой, сделал глоток и отвернулся к окну, задумавшись о том, как поделикатнее намекнуть Отцу и Матушке, что нам здесь не понравилось и мы хотим уйти. Отпустят они так просто своих новеньких послушников, или придётся пускать в действие план «Б»?
Хотя, может даже не стоит ничего не говорить и сразу приступать ко второму варианту… Дождаться ночи, перелезть через забор и сделать ноги… Только нужно будет как-то охрану отвлечь или…
– Ах ты ж стерва! – донесся до меня истеричный женский вскрик от дальнего столика.
– Сама ты стерва! – выкрикнул второй голос, очень похожий на голос Мишель, заставивший меня отвернуться от окна и удивлённо посмотреть в сторону зарождающегося скандала.
– Дрянь! Ты зачем меня облила?
– А ты думала я не вижу, как ты на него смотришь?
– Да ни на кого я не смотрю!
– Ага! А улыбалась ему зачем?! И глазки строила? Сучка!
– Да пошла ты, тощая стерва!
– Сама ты стерва!
– А ну молчать! – прокатился по залу грозный голос Матери, возникшей на пороге столовой в компании двух молчаливых охранников за её плечами. – Что тут происходит? – строго произнесла она, приблизившись к проблемному столику.
– Новенькая на меня кружку молока вылила! – пожаловалась девушка с мокрыми волосами и характерными белыми потёками молока на лице.
– Мишель? – вопросительно повернулась Мать к моей начальнице.
– А нечего глазки чужим парням строить! – капризно фыркнула блондинка, нахмурив лоб и скрестив руки на груди.
– Мишель… – осуждающе покачала головой хозяйка коммуны. – Тут нет чужих парней или девушек. Мы одна большая дружная семья. И у нас не принято так себя вести.
– Она сама виновата! – пыталась настоять на своём юристка. – Нечего…
– Мишель! – слегка повысила голос Мать. – Ты наказана за неподобающее поведение!
– Что?! Эта стерва строит глазки моему парню, а наказана я?! – возмущённо выпалила блондинка.
– Ещё слово, Мишель, и наказание будет гораздо серьёзнее! – безапелляционным тоном произнесла Мать. – Джоуи, Стиви… – повернулась она к двум сопровождающим её мужчинам. – Отведите её в яму.
– Руки! Руки убрали от меня, дебилы! – истерично вскрикнула юристка, пытаясь вырваться из захвата охранников, взявших её с двух сторон под руки и двинувшихся вместе с ней в сторону выхода из столовой.
– Не дёргайся, малой, – опустилась на моё плечо тяжёлая мужская ладонь, незаметно подошедшего ко мне со спины мужчины.
– Брат Джозеф, – хмуро произнёс я вместо приветствия, мельком глянув на старшего брата, руководившего вчера нашей маленькой рабочей группой.
– Всё с твоей… сестрой будет в порядке, – поморщился Джозеф, не убирая руку с моего плеча и вместе со мной провожая всё ещё брыкавшуюся и недовольно фыркающую Мишель взглядом. – Посидит пару дней в яме, одумается и вернётся.
– В яме? – переспросил я.
– Да. Два дня за драку – это максимум. Не переживай. Лучше идём работать. Не нужно делать глупости, – чуть сильнее сжал он моё плечо своей ладонью.
– Ну идём… – вздохнул я, встретился взглядом с заинтересованно посматривающей в мою сторону Матерью, поднялся со своего места, кивнул стоящему рядом со мной Джозефу и двинулся следом за ним…
Работа сегодня выдалась непыльной – нужно было прочистить стоки, погрузить мусор в пикап и подмести двор.
Стараясь выглядеть самым обычным, обеспокоенным судьбой своей сестрёнки, девятнадцатилетним американским пареньком, я узнал у Джозефа чуточку подробнее о яме для наказаний, в которую сажают провинившихся, и сразу после обеда направился в сторону одного из амбаров, чтобы убедиться во всём собственными глазами. Прямого запрета на это не было, так что, по факту, никаких правил я не нарушил… Надеюсь…
Никакой охраны у самого амбара не было, я распахнул незапертые створки, просунул голову в дверной проём, бегло осмотрел просторное, почти пустое помещение с притрушенным соломой земляным полом, и шагнул внутрь.
Огромная, самая настоящая яма в земле, с горловиной диаметром метра три-четыре, наверное, расположенная в самом центре амбара, была прикрыта сверху толстой металлической решёткой с крупными ячейками и заперта на самый обычный засов без замка. Выглядело это странно. То ли кто-то слишком доверял пленникам, то ли…
  
Хотя если подумать, даже выбравшись из ямы, бежать было особого некуда, так что решётка выглядела скорее простой формальностью и служила каким-то психологическим фактором давления, чем реальной преградой.