Чистокровная связь (СИ)
Их человек десять-двенадцать. Со мной лишь двое охранников. Первая мысль - Линку нужно успеть спрятать в машине.
Глава 19
Евангелина
Камиль хватает меня за локоть. Больно, но он этого не замечает. Ему не до этого. После не слишком церемонясь, заталкивает в ближайшую машину. Их две. И успевает захлопнуть дверь.
Я не в претензии - понимаю, для чего он это делает. Чтобы я не оказалась в эпицентре драки. А драка - она вспыхивает сразу. Как будто в огонь плеснули бензин. Камиль и двое его людей против толпы... Я его ненавидеть должна... Он меня изнасиловал. Не важно, что он говорит, что был под препаратами. Откуда я знаю, может, он их сам принимает?
Но я не чувствую к нему ненависти. Обиду, где-то злость, но ненависть. Это стокгольмский синдром в действии. Вот и сейчас - я прилипаю к окну машины, наблюдая за тем, как Камиль и его люди отбиваются от озверевшей толпы. Отбиваются грамотно. Но... нападающих больше. И рано или поздно численный перевес сыграет не на нашей стороне. Нашей?! Где она - моя сторона?!
Только вдруг я замечаю еще одного парня, который несется к месту драки. В руках у него нож. Лезвие играет бликами на солнце.
Дерутся непосредственно возле машины, в которой я сижу. И мне так страшно становится, что сейчас Камиля просто зарежут, если уж не удалось посадить, что я беспомощно оглядываю салон и замечаю большой гаечный ключ. Он лежит между водительским и пассажирским сиденьями. Хватаю его, нажимаю на ручку дверцы. Она подается, хотя я думала, что Камиль заблокировал двери. Выскакиваю из машины. И успеваю вовремя. Ни о чем особенно не думаю - просто бью по руке с зажатым ножом, которой этот подбежавший парень уже замахнулся, чтобы ударить Камиля в бок.
Его вой разносится далеко. И мне - мне его не жалко. Камиль резко оборачивается... Это ошибка - его тут же сбивают с ног. Пару раз пинают ногами - больше ничего сделать не успевают. Это такой ужас... Всё это... Где у людей человечность?!
- Атас! Менты! - кричат откуда-то со стороны.
И все эти шавки бросаются врассыпную. Прямо, как тараканы, которых спугнули.
- Камиль! - кидаюсь к нему.
На колени становлюсь возле него, кладу руку на плечо. Он кашляет.
- Камиль... - в моем голосе слезы.
Он с моей помощью садится на земле. К нам и правда подъезжают полицейские машины. Двое охранников Камиля лежат на земле неподалеку, Один кряхтит и стонет. А вот второй - лежит неподвижно.
- Линка! - Камиль хватает меня за плечо, встряхивает, - Ты зачем из машины вылезла?!
Не ожидаю от него такого. Он выглядит ужасно - всё лицо залито кровью. И она продолжает течь - ему рассекли левую бровь.
- Я... У него был нож... Он бы... - а потом сама громко всхлипываю.
- Дура! - резко выговаривает он.
И подтягивает меня к себе. Обнимаю его, начинаю рыдать. Дальше подъезжает скорая, еще какие-то люди. Полицейские работают, нас опрашивают. Одного из людей Камиля забирают в больницу - там что-то серьезное. Камилю и второму охраннику наскоро оказывают помощь.
В конце всего этого следователь обращается конкретно ко мне:
- Вы не хотите с нами проехать в следственный комитет, Евангелина Аркадьевна? - и смотрит на меня. Недобро смотрит.
- Нет, никуда она не хочет с вами проехать! Моя невеста домой сейчас поедет... - Камиль встревает сразу.
Правда, я от него и не отходила.
- Вы недавно писали заявление об изнасиловании. В отношении Миржоева Камиля Вакифовича. А тут уже - и сразу вы невеста... - взглядом словно бритвой проводит по Камилю.
- Послушайте... - Камиль загораживает меня собой.
- Нет, это вы послушайте! - чуть повышает голос следователь, - Я с девушкой разговариваю. Не с вами. Вообще - отойдите.
- Я никуда с вами не поеду, плохо себя чувствую. Мне надо домой. А по поводу заявления - это было недоразумение, - что-то такое в его глазах заставляет меня сказать это.
Меня куда-то хотят втянуть. Если бы хотели разбираться - разбирались сначала, когда меня еще можно было направить на освидетельствование, когда можно было еще что-то доказать. А сейчас... Я выступлю против Камиля, и что сделают со мной в конце? Когда стану не нужна?
- Даже так? Может, вы меня неверно понимаете, Евангелина Аркадьевна? Я предлагаю...
Его перебивают. Тот адвокат, который был в полиции... Адвокат Миржоевых. Я даже не заметила, как он появился и когда.
- Если хотите вызвать девушку на допрос, то выписывайте повестку. Сейчас она едва держится на ногах. Камилю Вакифовичу тоже нужна медицинская помощь.
Следователь насупливается. Они о чем-то принимаются спорить с адвокатом, но меня уводят. И Камиль тоже уходит.
- Домой её отвезите... - это Камиль своим людям, - Ты не пострадала?
А это уже мне.
- Нет. А ты куда? - я озираюсь по сторонам, как будто потерялась, как будто всё вокруг не по-настоящему и, если хорошенько оглядеться, то можно вернуть всё на прежнее место.
Но увы! Нельзя...
- В травмпункт. Бровь зашьют, осмотрят. И приеду домой... Лина... Никуда и ни с кем не вздумай поехать? Поняла? Ты для них - расходный материал...
Очень хочется спросить, кто я для него, но здесь явно не то место, где это следует делать.
Я киваю, горло перехватило спазмом. Нас разделяют. В какой-то момент начинаю бояться, что меня куда-то вывезут и убьют - также проще, а моя жизнь ничего не стоит. Но ничего страшного со мной не происходит - меня отвозят в квартиру к Камилю и с рук на руки сдают врачу.
- Куда я встряла?! - шепчет она, рассматривая меня.
Я - в пыли и крови.
- Кровь не моя... Была драка... и...
- Тебе опять прилетело? Куда ударили? - она перестает быть такой чопорной, как при Камиле.
- Нет, меня нет. А вот Камилю и тем, кто с нами был - досталось.
- Хм... Неудивительно. Ты посты в новостных лентах видела?
- Нет... У меня телефона нет.
Она дает мне свой. Я с ужасом всё это смотрю. Новостные ленты пестрят рассказами обо мне - с указанием полных данных и того, что со мной сделал Миржоев. Но там такой вариант, которого не было на самом деле. А комментарии... У меня кровь от них холодеет. Одни комментаторы призывают линчевать Камиля и всех нерусских, а другие - обвиняют во всем меня и советуют отправить в какой-нибудь притон, где я буду работать по призванию. Зажимаю рот ладонью, потому что из него рвется новый всхлип.
- Я тебе показала, чтобы ты понимала, что творится.
- И что мне делать?! - отчаяние лупит меня изнутри, закрывая весь мир черным.
- Ну... Не знаю, поверишь ли ты моим словам, но я бы на твоем месте держалась бы за Миржоева. Не похож он на хладнокровного подонка. Да и к тебе начинает относиться... Так не каждый мужик к своей женщине относится, даже если женаты, вместе живут много времени и общих детей завели.
Я растерянно смотрю ей в глаза.
- Без него тебя размажут - и не заметят, - подводит она черту под своими откровениями.
Затем осматривает меня, кормит супом и дает лекарства.
Глава 20
Камиль
Мало того, что меня отпиз*ели в полиции, только что - на улице какие-то отморозки, так теперь еще и врачи намяли мои невезучие в последнее время бока. Сижу на кушетке, привалившись спиной к стенке и жду окончательного вердикта докторов. Рядом со мной усаживается Бахтияр. Отец рвался приехать, но ему стало плохо и мать с боем оставила его дома. Ко мне откомандировала старшего брата, как будто я - маленький и сам своих проблем решить не сумею.
- А твоя-то - тигрица прям! Вау! Ты только глянь! Как она за тебя! - говорит брат и открывает видео на телефоне.
Как раз тот момент, когда Линка с гаечным ключом. Бледная и перепуганная... К счастью, как бьёт того урода по руке - не видно.
Смотрю на это видео и так её жалко становится, Ей-то это всё за что? Прошло уже несколько дней, а её участью так никто и не поинтересовался. Должны же быть у неё родные! Неужели до такой степени плевать?! Как так-то?!