Искаженное соглашение

— Ты! Я, блядь, убью вас обоих! – заорал он, потянувшись в карман. Я понятия не имел, что у него там, но не мог рисковать. Топор оказался в моей руке прежде, чем я успел сделать следующий вздох.
 Защита Уинтер была не вопросом, а гребаной необходимостью. Инстинктом, старым как мир.
 Время замедлилось до ударов сердца. Один удар - и топор просвистел в воздухе. В следующий глаза Трента расширились, когда он увидел, что топор приближается. На третьем ударе сердца тесак соединился с плотью. Я отпустил рукоятку, шок пригвоздил меня к месту. Трент попятился назад, топор остался торчать в его груди.
  
 Он упал лицом вниз. Наступила тишина, если не считать шума, издаваемого пожарными распылителями. Кровь растеклась по кафельному полу.
— Я схожу за Селеной, – тихо сказал Маркус спустя мгновение и вышел из комнаты.
 Я оторвал взгляд от Трента и посмотрел на Уинтер. Кровь подступала к ней все ближе. Я подхватил ее на руки и вынес в коридор. Вода все еще брызгала на нас, но это не привело Уинтер в чувство. Я понес ее на звуки разговоров. Мне нужно было выяснить, что происходит, но я не собирался упускать Уинтер из виду.
 Я поднялся с ней наверх. У главного входа царил беспорядок. За стойкой администратора тлели угли, и распылители гасили пламя. Наконец, эти чертовы штуки отключились.
 Коул стоял лицом к лицу с ирландцем из аппаратной комнаты. В воздухе витало напряжение. Охранники «Бухты» лежали с различной степенью травм, в то время как остальные байкеры бродили вокруг. Несколько из них сняли свои куртки и накинули на спасенных ими женщин. Всего их было около десяти, они толпились этажом выше. Каждая была раздета и изувечена. Грубые руки байкеров разглаживали одеяла и куртки на их ушибленных плечах.
 Маркус, пошатываясь, вошел в комнату, ведя Селену, которая была в лучшей форме, чем Уинтер. Она разрыдалась, увидев Уинтер, и бросилась ко мне.
— На мой взгляд, пока о Дункане Фитцджеральде и его дерьмовом сыне заботятся, мне не о чем переживать, – обратился Коул к другому парню.
 Ирландец ухмыльнулся.
— Приятно слышать. Не хочу обижать твоих милых друзей-джентльменов, но я должен отвести обоих Фитцджеральдов в тихое место, чтобы поболтать. Видишь ли, я здесь за информацией. Пролитие крови и небольшой хаос были просто забавным развлечением. – Он взглянул на меня и одобрительно кивнул. — А вот и мой партнер по преступлению.
— Я?
 Он покачал головой.
— Твоя девушка. С ней все в порядке? Она выглядела как боец. Уверен, очень скоро она станет великолепной. – Он посмотрел на Коула. — Деньги в сейфе, записи камер видеонаблюдения со всеми богатыми и влиятельными людьми, которые развлекались здесь, и их преступлениями на месте… можете забрать всё. Просто отдайте мне Фитцджеральдов.
 Коул облизал губы.
— И ты просто позволишь нам забрать все остальное? Очень щедро.
— Это не щедрость, а плата за хорошо выполненную работу, и я уже говорил тебе, что я здесь только за информацией. У меня есть дела поважнее. Кстати, меня зовут Брэн. Брэн О'Коннор.
— О'Коннор… из Нью-Йорка? – уточнил Коул.
 Брэн усмехнулся.
— Тот самый. Загляни как-нибудь в «Адскую кухню». Теперь, если мы закончили, мне нужно подвергнуть пытке и изуродовать двух мужчин, прежде чем убить... приказ чирлидерши.
 Он отсалютовал нам.
— Младший Фитцджеральд не в лучшем состоянии. Возможно, он больше никогда не сможет ответить ни на какие вопросы, – признался я, когда ирландец прошел мимо нас.
 Брэн только усмехнулся.
— Уверен, он сам виноват. Полагаю, мне не нужно говорить вам, дети, чтобы вы держали свой чертов рот на замке, если свиньи заглянут в гости.
— Я не скажу ни слова. Я даже не помню, как тебя зовут, – соврал я.
 Брэн сильно хлопнул меня по плечу и одобрительно ухмыльнулся.
— Правильно, не помнишь. Черт, надо было взять автограф. Мой крестник обожает команду.
 Вот так просто он исчез.
 Коул уставился на брата.
— Ты понятия не имеешь, с кем только что имел дело, не так ли?
 Маркус пожал плечами.
— С хоккейным фанатом?
 Коул покачал головой и оглядел кровавую бойню.
— Здесь достаточно улик, чтобы надолго засадить многих дерьмовых людей. Конечно, мы дадим наводку полицию, и они захотят знать, кто помог накрыть это место. Предлагаю немного подделать улики, и мы все сможем вернуться к обычной жизни. Заберите деньги из казино, – сказал он своим людям, а затем посмотрел на меня, Уинтер, Маркуса и Селену. — Вы четверо, возвращайтесь в Хэйд-Харбор и убедитесь, что у вас есть алиби.
 В этот момент Уинтер открыла глаза и, моргая, посмотрела на меня.
— Что происходит? – ее голос звучал хрипло. Она с трудом опустилась на пол, и я позволил ей это, а сам потянулся в карман. Я достал кольцо с узлом, которое позаботился захватить с собой, и надел его на палец Уинтер.
— Вот. Это должно вернуться на свое место, – твердо сказал я ей. Я провел пальцем по металлу. — Даже не думай, черт возьми, снимать его снова.
 Уинтер кивнула.
— Я бы не посмела. – Она окинула взглядом царивший разгром. — Что теперь?
 Я проглотил тяжелый комок облегчения, который сжимал мое горло.
— Мы едем домой, Снежная королева. Теперь я забираю тебя домой.
 47.Уинтер
 
 
 Я пролежала в больнице несколько дней, и мама практически переехала ко мне. Между мной и папой у нее было много дел. Благодаря ей, Ашеру и Мелли я почти не оставалась одна.
 Возможно, это была бы лучшая неделя в моей жизни, если бы не кошмары, преследующие меня по ночам.
 Когда меня наконец выписали, я пошла к отцу. Мама уже была там, молча сидела рядом с ним. Он спал. Я тихо закрыла дверь и села рядом с ней.
— Ты уверена, что можешь уйти домой, милая? Ты все еще выглядишь уставшей.
 Я не могла рассказать ей о кошмарах о «Бухте», которые снились мне каждую ночь, поэтому просто пожала плечами. В моих знаниях о Фитцджеральдах, моей семье и том страшном месте на севере штата был пробел. Эта тайна сводила меня с ума.
— Как думаешь, почему Дункан отдал мне браслет тети Рут?
 Мама вздрогнула.
— Кто знает, почему этот человек что-то сделал. Ты очень похожа на Рути. Полагаю, ты напоминала ему ее. – Она погладила меня по волосам. — Я не должна была допускать это. Я не хотела показаться грубой.
— Ты знаешь, откуда взялась эта надпись? – поинтересовалась я, проводя пальцем по латинской фразе на браслете из белого золота. In Tenebris Prosperamus.
 Мама на мгновение задумалась и пожала плечами.
— Рути говорила, что это из светского клуба, в котором состоял Дункан в Нью-Йорке. Она не выглядела счастливой, когда рассказывала о нем. Я никогда больше не настаивала. Жаль, что я этого не сделала. Может быть, она почувствовала бы, что может прийти ко мне. – Мама грустно вздохнула. — По крайней мере, теперь она может покоиться с миром. Это ужасное место раскрыто, и полиция ищет Дункана и Трента.
— Не думаю, что их найдут, – рассеянно сказала я.
— И ты это знаешь потому что..? – спросила она, изящно приподняв бровь.
 Я быстро исправилась.
— Не знаю. Наверное, я просто пессимист.
— Что ж, мне остается только надеяться, что такие мужчины получат по заслугам, – твердо сказала мама.
 Я кивнула, на моих губах появилась мрачная ухмылка.
— Я не говорила, что они не получат по заслугам... просто я не думаю, что полиция их найдет.
 
 
  
 Через неделю отца выписали из больницы, назначив постельный режим. Мама отменила все свои поездки до конца года. Полиция совместно с канадскими силами пыталась разыскать Дункана Фитцджеральда и Трента, а также работала над всеми уликами, найденными в «Бухте». Правоохранительные органы считали, что они сбежали через границу.
 Судя по всему, копы обнаружили записи камер видеонаблюдения с богатыми и состоятельными людьми со всего Восточного побережья, которые часто посещали это место. Множество юридических контор и правительственных органов были заняты разбором последствий разоблачения «Бухты». В течение нескольких недель это событие доминировало в национальных и даже международных новостных циклах. Не хватало лишь записей с того дня, когда рухнула «Бухта». Забавно.