Неженка и космодесант (СИ)

Сердце подскакивает к горлу и тревожно стучит. Меня обнаружили, и я понятия не имею, что мне делать дальше. Бежать? Или остаться в каюте?
В любом случае времени на размышления мне никто не дает. В коридоре уже слышны тяжелые шаги, приближающиеся в мою сторону.
В следующее мгновение дверь с легким шипением раздвигается, и, не успеваю даже моргнуть, в проеме возникает следователь космосоюза, держа в руке небольшой прибор с голографическим дисплеем, на котором ярко мигает точка моей сигнатуры.
  
Я смотрю на вошедшего во все глаза. Он больше похож на какого-то боевика, чем на чиновника космосоюза. Многочисленные шрамы на лице и руках вызывают отвращение и страх одновременно.
За его плечом стоит мрачный Шэор.
— Ага… — следователь опускает «ЛайфТрек» и смотрит на меня. — Содержимое аномалии найдено. Как интересно!
Мое сердце бьется, словно хочет вырваться из груди. Меня обнаружили. Ноги цепенеют, и я стою на месте, не понимая, что сказать и с трудом дышу.
Следователь медленно делает шаг вперед, не спуская с меня глаз:
— Так-так, Шэор, значит, человечка улетела вместе с Ардэном и Рэйнэнем? В чем ты еще обманываешь представителя Прокуратора?
Все внутри меня сжимается, когда его презрительный взгляд медленно скользит по мне с ног до головы. За его спиной Шэор не сводит глаз со следователя, вижу как его ладони сжимаются в кулаки.
— Прокурор будет доволен, Лила, — смакует мое исковерканное имя дознаватель. — И все-таки ты нашлась. Прекрасно! Прекрасно!
Он двигается ближе, будто хочет схватить меня за руку или поволочь куда-то. Я отшатываюсь, а в этот момент Шэор дергается вперед, встает рядом со мной и берет за руку.
— Убери от нее свои лапы! — рычит он, вкладывая всю свою ярость в голос. — Я, пользуясь правом эмирийца, заявляю: она — моя кэйтра!
  
Глава 46
 
В следующий миг Шэор стоит между дознавателем и мной, словно крепостная стена.
— Прекрати, — ровным, тихим тоном говорит он, поднимая перед собой раскрытую ладонь в предостерегающем жесте, показывая, что не хочет конфликта. — Забирай бартийцев. Что тебе еще надо? Оставь ее в покое.
Чужак медленно качает головой, ухмыляясь:
— Твоя ложь о землянке — уже повод для ареста, — он скользит презрительным взглядом по Шэору, потом на миг задерживается на мне, будто смакуя страх в моих глазах, и вновь возвращается к эмирийцу.
Я изо всех сил вжимаюсь в холодную стену. Сердце неистово колотится, в ушах шумит, и голова кружится от адреналина.
— Она эмирийская кэйтра, — предупреждает Шэор, — и под защитой Эмирии. Отойди от нее подальше.
Дознаватель хмыкает, в его глазах настоящее веселье:
— Как мило! Ты мне приказываешь? — Ты знаешь законы, вальгарец. Кэйтра под защитой Эмирии. Напав на нее, спровоцируешь конфликт внутри Космосоюза.
В голосе Шэора неприкрытая угроза, но дознаватель не отступает, лишь приподнимает подбородок:
— Ты угрожаешь мне, эмириец? Хотя я тебя даже понимаю, — вдруг ухмыляется он, многозначительно поднимает брови и шумно втягивает носом воздух. — Твоя человечка… аппетитно пахнет. Но приказ прокуратора остается прежним: она ему нужна. Значит, ты должен подчиниться и отдать ее.
— Нет! — в голосе Шэора звенит льдом арктический холод.
Я чувствую, как его ярость закипает под этой внешней сдержанностью. Дознаватель явно нравится злить своего оппонента, он подло ухмыляется Шэору в лицо:
— Твое упрямство бесполезно. Я уже вызвал подкрепление. Если не выполнишь мои распоряжения, сюда прибудет взвод вальгарцев, и тогда тебе точно не поздоровится. И твоей человечке тоже. Отдай ее — и останешься цел.
Шэор лишь молча сжимает кулаки. По напряжению его мышц видно, что он готов биться. Мне становится так страшно, что я забываю, как дышать. Воздух застревает в горле вместе с криком.
В одно мгновение Шэор делает стремительный рывок вперед, выталкивая разом противника в коридор из каюты и вылетая вместе с ним прочь.
В коридоре они словно в зверей превращаются: отскакивают друг от друга — оба с выхваченными ножами — и неспешно двигаются по кругу, словно хищники, готовые схлестнуться насмерть.
Следователь первым нарушает странный опасный рисунок их танца. Резким рывком он разрывает воображаемый круг и внезапно бросается на Шэя, выбрасывая руку с ножом перед собой.
Быстрый свист стали, и я вижу, как лезвие вонзается в бедро Шэора, оставляя резаную рану.
Шэй пошатывается, теряет равновесие и падает на одно колено. Роняет нож, оставаясь безоружным. Следователь делает новый молниеносный выпад. Шэор в последний миг резко отступает, не давая противнику ранить его вторично.
Они ни на секунду не останавливаются, но в какой-то миг Шэор оказывается быстрее: сокращая дистанцию, он выбивает оружие из рук амбала. Нож со звоном падает на пол, отскакивает. Одним резким пинком Шэор отбрасывает его подальше. И это ненадолго отвлекает врага.
Воспользовавшись моментом, Шэор хватается за ремни на его форменной броне, резко дергает на себя, сам валится на спину и перебрасывает его через себя, одновременно ударяя коленом в грудь. Но следователь группируется в воздухе и ловко приземляется на ноги, тут же становится в стойку.
Схватка продолжается без оружия. За ней сложно уследить человеческим взглядом, они оба движутся на запредельных скоростях. Я лишь по силуэтам могу догадываться, что происходит.
Мой мужчина ловко вскакивает на ноги, и они вновь сходятся: Шэор еле заметно прихрамывает от раны, следователь — кривится от удара коленом. Он стоит рядом с входом в мою каюту, мне прекрасно видно его профиль, даже то, как вздулись вены на его виске, и как он тяжело дышит. Словно хищник-убийца двигается.
И я уже жду нового раунда взаимных выпадов и ударов, но в этот миг чужак неожиданно выхватывает из кобуры бластер.
Жуткое озарение заставляет меня широко распахнуть глаза, роняет сердце в пятки и тут же подкидывает вверх, оно ударяется об нёбо и гулко стучит в рваном ритме.
Я только ахаю, хочу крикнуть Шэору:
— Осторожней! Из такого же бластера ранили Арда! — только слова застревают в горле.
Но Шэй и сам это видит. Оружие — один в один, как то, что демонстрировал нам мой комм на галло — проекторе.
Следователь ошарашенно замирает и внимательно смотрит на меня, анализируя мои слова. И приходит к верным выводам:
— Вы допустили вскрытие комма Ардэна! — зло выдыхает он. — Вы ответите за это! Комм следовало доставить прокуратору в целостности! Где он?
Только он не дожидается ответа на вопрос. Он здесь явно не для того, чтобы поговорить, у него — другие задачи. Арестовать, убить, помешать нам.
— Ничему тебя жизнь не учит, десантник! — бормочет дознаватель, вскидывая бластер на уровень головы Шэора.
У меня внутри все замирает. Шэор пытается увернуться, но энергетическая вспышка обдает его волной, и он пошатывается всем телом и резко бледнеет. Словно вся кровь отступает с его лица, оно становится землисто-серым.
Следователь снова целится прямо в грудь Шэору, и у меня нет ни малейших сомнений, что он сейчас выстрелит.
Я не могу этого допустить. И на адреналине, не думая, а лишь повинуясь инстинктам, выскакиваю из каюты дикой кошкой, вцепляюсь в руку следователя, висну на нем, мешая ему целиться в Шэора.
Дознаватель, обезумев от злобы, поворачивается, резко отталкивает меня рукой в бок, с легкостью отшвыривает в сторону, словно тряпичную куклу. Я чувствую резкую боль при ударе об стену и оседаю на пол, задыхаясь от удара и испуга.
В тот миг, когда дознаватель поднимает руку, чтобы добить меня, Шэор с рычанием бросается на него. Злость и адреналин словно дают ему второе дыхание:
  
— Тварь! — сипло шепчет он, и с невероятной для раненого скоростью подлетает к нам и бьет дознавателя локтем в лицо.
Тот отлетает, ударяясь о переборку. Короткая вспышка боли передергивает его лицо, и он снова пытается подняться, но Шэор уже наваливается на него, выхватывает бластер из его руки и с силой бьет рукоятью по затылку.