Неженка и космодесант (СИ)

— Прости, — лепечу я сбивчиво. — Но я не могла, не могла оставаться с Ардом и Рэем, лететь с ними на Эмирию, когда понимаю, что не смогу…
Окончание фразы тонет в звуках из динамика, он выстреливает сигналом оповещения:
«Внимание, „Тарнис“! К вам приближается корабль космосоюза — следовательский фрегат. Просим срочно подтвердить идентификацию. Ориентировочное время до стыковки — пятнадцать минут. Приказываю подготовить стыковочный шлюз»
  
Шэор резко отворачивается от меня и смотрит на мигающий дисплей, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы:
— Шерз! Следователь уже здесь.
Он темнеет лицом. От недавней растерянности и бурливших в нем чувств не остается и следа, сейчас он максимально собран и спокоен. Бросает мне строго, словно боевой приказ отдает:
— Раз уж ты здесь — не высовывайся. Я сам буду разбираться с тем, что ты натворила, и как… — Он сжимает кулаки, словно сдерживая в них внезапную вспышку нежности и заботы: — Как оградить тебя от бартийцев и прокураторских ищеек.
Затем он быстро разворачивается к двери, не оглядываясь на меня произносит:
— Не вздумай выходить из каюты, ясно?
Я робко киваю. Между нами так много всего, что мы не успели сказать, и так много чувств, которые он не хочет себе позволить продемонстрировать. И все-таки какой-то еле уловимый отблеск довольства скользит в его взгляде: я рядом с ним, пусть это и безумие.
Его самодовольная усмешка почти кричит о том, что “ОНА выбрала меня, и я о ней позабочусь!”
Дверь за Шэором закрывается, отрезая меня от ожидаемых вскорости событий.
Я остаюсь в каюте, вся дрожа от осознания, что попала в самый их эпицентр. И теперь остается только ждать, что же будет дальше.
  
Глава 45
 
Шэор едва успевает покинуть мою каюту, как коридоры «Тарниса» оглашает серия громких объявлений.
Сначала я слышу, как равнодушный голос бортового компьютера информирует по громкой связи: «Внимание, идет стыковка со следовательским фрегатом».
У меня внутри все замирает. Страх сжимает горло: следователь уже здесь. Быстрее, чем мы могли предположить, и быстрей, чем им самим было заявлено еще пару минут назад.
Будто торопился скорей успеть.
Застываю, словно изваяние, у двери, из которой только что вышел Шэор, и слышу, как его шаги удаляются вдаль по коридору. Я не решаюсь бежать за ним, хоть мне и очень хочется. Но мы договорились, что я не «высовываюсь».
Тревога бурлит в крови, заставляет мое сердце стучать практически по нёбу, отдаваясь гулким шумом в ушах
Минут через пять корабль слегка содрогается от легкого удара — это значит, что к стыковочному рукаву прижался корабль-чужак и привез нам нежданного гостя. По внутренней связи опять разносится резкий голос:
— Дознаватель прокуратуры на борту, обеспечить прием и исполнение распоряжений! — И сразу же звучит первый приказ: — Сейчас же привести командира десанта!
— Командира десанта… — мысленно повторяю я, сидя в своей каюте. Конечно, командир здесь — Шэор, ведь Ард и Рэй уже ушли. В груди ёкает: как же он будет объяснять исчезновение братьев и меня?
Я не вижу происходящего, но, к счастью, на мой браслет передаются все распоряжения и диалоги.
И я в душе горячо благодарю Шэора, что он нажал на кнопку на своем комме, позволив мне быть невидимой свидетельницей разговора.
Так что я отлично слышу приглушенные голоса, быстро перетекающие в ожесточенные фразы. Улавливаю знакомые нотки голоса Шэора, звучащего напряженно:
— Ардэн и Рэйнэн сейчас не на «Тарнисе», они покинули корабль, спешили к Эмирии, поскольку Ардэну нужна помощь энерго-донора. Приоритет жизни…
Он не успевает договорить, как следователь перебивает его:
— Да-да! Это все понятно. Но вы нарушили приказ Прокуратора! Он приказал вам следовать на Вальгарру.
— Мы туда и следуем! — слегка раздраженно произносит Шэор, — иначе бы вы здесь не стояли. Преследование «Тарниса» стало возможно от того, что он слишком близко подошел к Вальгарре.
— Где землянка и бартийцы. Вы арестовали их? — Чиновник упрямо гнет свою линию, игнорируя справедливое замечание Шэора.
— Землянка, которая была у нас на корабле, проследовала с экипажем космодесанта. Они втроем ушли к Эмирии. На корабле остался только я, чтобы этапировать бартийцев на Вальгарру.
— Что за произвол? — Взвизгивает следователь недовольно. — Вам было приказано доставить подозреваемую на допрос к Прокуратору. Вы ослушались приказа!
Я невольно закатываю глаза. Заладил, как сломанный робот: «Ослушались приказа, ослушались приказа!», будто ищет к чему придраться и немедленно арестовать.
И пропускаю начало фразы, которую ровным голосом, будто это ничего не значит, говорит Шэор. Слышу только ее окончание:
— … кейтра — великая честь для эмирийца. Лиля находится под защитой Эмирии, что подтверждается законами Космосоюза.
Его собеседник на краткий миг впадает в растерянность от этих слов:
— Кейтра? — переспрашивает он, и тут же впадает в ярость: — Какая кейтра?! — орет он, словно оглашенный, — Это невозможно! Вы не провели обряд!
— Это всего лишь вопрос времени, — спокойно возражает Шэор.
— Я поставлю вопрос об отстранении вашего экипажа. Вы не имеете права! Подумать только, прикрываясь какой-то старой эмирийской сказкой вы уводите подозреваемую от допроса у прокуратора! И оставляете бартийцев без надлежащей охраны!
Затем я слышу шорох, будто кто-то кладет на стол папку или планшет, и ровный голос отвечающего Шэя:
— Арестованные находятся под воздействием энергопут в каютах корабля. Камер заключения на «Тарнисе» нет.
Следователь недовольно его перебивает:
— Это больше не ваша забота. У меня распоряжение: снять энергопуты и доставить бартийцев непосредственно на допрос на Вальгарру.
За словами следует глухой удар по столу. Видимо, следователь кипит, стучит кулаком:
— Прокуратору известно, что вы идете на «Тарнисе» в сторону Вальгарры. А кто и где на другом корабле — сейчас уже неважно. Я здесь, чтобы землянка была доставлена на допрос. Предлагаю вам в знак содействия работе органов прокуратуры выдать землянку немедленно. Но если ее нет на корабле, боюсь, у вас проблемы!
Шэор не сразу отвечает, но, когда он начинает говорить, его голос режет ледяным тоном:
— Я уже сказал: Лиля, землянка, ушла с Ардом и Рэем на спидранннере к Эмирии, чтобы провести обряд. Я сам везу бартийцев, чтобы исполнить приказ прокуратора и сдать их ему на Вальгарре.
Следует секундная пауза. Следователь продолжает:
— И все же прокуратор рассчитывал, что вы привезете всех причастных. Вместо этого, ваш командир и его брат скрылись. Не говоря уже о землянке. Подозрительно, десантник!
Шэор отвечает ему, чеканя слова, словно драгоценные золотые монеты:
— Подозрительным можно вы можете считать, что угодно. Я не обязан раскрывать операционные детали деятельности десанта. Мы действуем в рамках закона и своих воинских инструкций, и если прокуратора это не устраивает, пусть оформляет жалобу. Мы не нарушили закон. Однако, я должен проинформировать, что снимать энергопуты с арестованных не стоит — это прямой риск. — добавляет он в конце.
Следователь перебивает жестко, демонстрируя серьезность своих намерений:
— Это не вам решать! Прокуратор сам хочет допросить бартийцев и считает, что эти путы мешают получению правдивых свидетельств. Ослушавшись, вы рискуете пойти под арест за неподчинение космосоюзу! А пока предъявляю вам ордер на обыск «Тарниса”. — Он шуршит бумагами, вероятно, протягивая лист постановления, потому что воцарятся недолгая пауза, после которой чиновник объявляет:
  
— Обыск будет проведен с использованием лайфтрека.
После чего я слышу слабый сигнал, будто включили какой-то прибор. И сразу же — удовлетворенное хмыканье дознавателя, который произносит:
— А вот и биоэнергетическая сигнатура! Кто у вас находится в секторе три-десять корабля? Лайфтрек зарегистрировал аномалию. В списке экипажа и арестованных ее нет.