Частный детектив второго ранга. Книга 1 (СИ)

А вот когда я всё-таки полноценно настрою защитный контур, и граф столкнётся с проблемой входа прямо у ворот, вот тогда он точно поймёт, что нужно дожидаться приглашения, прежде чем входить в мой дом.
Я быстро сгрёб снимки в одну кучу и убрал их с глаз графа Макеева, всё ещё стоящего в ступоре от увиденного.
— Я могу поинтересоваться… — начал граф, но я поднял руку, прерывая его.
  
— Нет, не можете. Это вы ко мне пришли и вошли в комнату, не дожидаясь приглашения, — ответил я, чувствуя себя чучелоидом по сравнению с Макеевым.
Я же даже не переоделся, побежал фотографии делать, чтобы побыстрее посмотреть, что же получилось. Как был в грязной рубашке и брюках, в которых по полю на брюхе ползал, так в них и забежал в библиотеку, и до сих пор стою со следами тяжёлой работы на животе и коленях.
— Но позвольте, на этих снимках я отчётливо видел своего сына! С этой… этой… — он посмотрел на меня. — Откуда у вас эти снимки?
— Не поверите, но я их сделал, — ответил я, постукивая пальцами по крышке стола. — Ваш сын почему-то решил, что мои земли — это лучшее место для его развлечений.
— Но, ради всех богов, зачем вы сделали эти снимки? — Макеев недоумённо посмотрел на меня.
— Чтобы получать эстетическое удовольствие, разглядывая их длинными зимними вечерами, — язвительно ответил я, наблюдая, как меняется выражение лица графа с ошарашенного на задумчивое. — Они так хорошо смотрятся вместе, не правда ли? Мне даже интересно стало, может быть, найдутся ценители, которые тоже захотят получить, хм, эстетическое удовольствие, разглядывая их. Вы должны признать, у Анфисы Ильиничны чудесная грудь, просто чудесная…
— Зачем вы мне говорите эти гадости? — граф поморщился.
— Я хотя бы их говорю, а вот Геннадий за неполные три дня столько умудрился наворотить, что аж дурно становится, — сообщил я Макееву. — Давайте посчитаем, — и я принялся загибать пальцы. — Напал на моего кота, и я даже не представляю, что он хотел с ним сделать, направляясь к несчастному животному, снимая на ходу штаны. Мой кот до сих пор в шоке, между прочим.
На стол перед нами запрыгнул Савелий и принялся закатывать глаза и завывать на одной ноте, показывая, насколько сильно он в шоке. Мы с графом смотрели на кошачье представление, пока последний не помотал головой и не перевёл взгляд на меня.
— Так значит, обстоятельства, приведшие меня сюда, начались с кота, — негромко проговорил Макеев.
— Уж поверьте мне, все события, связанные с этим замком, так или иначе начинаются с этого кота, — добавил я и продолжил загибать пальцы: — Вернёмся к вашему сыну. Когда я подоспел к коту на помощь, — при этом Савелий издал особенно громкий и проникновенный рёв. Я не удержался и незаметно показал ему кулак. Кот сразу же принялся умываться, всем своим видом показывая, что обиделся. — Так вот, когда я подоспел на помощь коту и хотел поговорить с Геннадием по душам, может быть, выяснить, что им движет и не нуждается ли юноша в услугах специалистов, пресловутый юноша на меня напал. С кинжалом против безоружного человека. А потом ещё и магию хотел применять…
— Гена призвал дар? — Макеев потёр виски. Он пришёл по какому-то конкретному делу, но теперь не знал, как к нему подступиться. Да ещё и эти проклятые снимки!
Я бросил взгляд на Савелия, и тот наклонил голову, подтверждая, что да, Генка именно это и сделал — призвал дар.
— Да, и это было неприятно, знаете ли. Мне пришлось уходить от удара, падая на землю, — я прищурился. — Ваш сын всегда так себя ведёт? Нападает на незнакомых людей и котов и приезжает к соседям, чтобы устроить здесь свидание? Ему точно не нужна помощь?
— Гена молодой, импульсивный, и, как почти все юноши его возраста, не думает головой, — быстро проговорил граф.
— То, что у него мозгов нет, я уже понял, — прервал я его. — Так зачем вы всё-таки приехали ко мне, Александр Давыдович? Ну не за тем же, чтобы рассказать о пустоголовости вашего сына? Это я и без вас знаю.
— Я приехал, чтобы познакомиться. Мы ближайшие соседи, да и Геннадий умудрился сразу же вызвать ваше недовольство, — Макеев сдержанно улыбнулся. — Что вы хотите сделать со снимками? Возможно, я смогу их выкупить? Вместе с кристаллом, разумеется.
— И лишить меня удовольствия любоваться прелестями Анфисы Ильиничны? — спросил я насмешливо. Во мне сейчас боролись какая-никакая порядочность и жадность. С графа-то можно больше, чем с простого управляющего, получить. С другой стороны, на кону стоит моя репутация. Хоть мы и не заключали официальную сделку, не хотелось бы мне с ходу прослыть парнем, не выполняющим взятые на себя обязательства.
— Вы шутите, Андрей Михайлович, а мне, между прочим, не до смеха, — воскликнул Макеев.
— Ну какие здесь могут быть шутки, когда там такое… — я закатил глаза, но тут же перестал ерничать. — А если серьёзно, меня попросил оказать дружескую услугу своему приятелю мой дворецкий. Он уже совсем себя извёл в надежде поймать на горячем жёнушку. Я в этом деле немного понимаю, поэтому с радостью согласился помочь, чтобы хоть чем-то себя занять, пока ожидаю ответ от князя Первозванцева.
— Но вы ведь можете не отдавать Голубеву эту… грязь, — попытался торговаться граф.
— Я вообще-то много чего могу, Александр Давыдович. Например, я мог бы вам не рассказывать о том, кто конкретно может предъявить вашему сыну претензии. Хотя такой исход сильно сомнителен. Вы всё-таки граф, да и даром владеете. Как и ваш безголовый сынок. Да, имейте в виду, если я его ещё раз на своих землях со спущенными штанами поймаю, то пускай не обижается. Я патрон солью специально для него заряжу, — сообщил я ему с совершенно серьёзным выражением лица.
— Вы такой шутник, Андрей Михайлович, — ответил мне Макеев, но и в его глазах застыло весьма жёсткое выражение. — Вы вернёте мне кинжал, потерянный моим сыном?
— Вы имеете в виду тот самый кинжал, с которым он напал сначала на моего кота, а потом на меня? — я подошёл к одному из столов, открыл верхний ящик и вытащил кинжал. С собой я его не таскал: во-первых, у меня не было привычки носить холодное оружие, предпочитаю пистолет, а во-вторых, конкретно этот кинжал был всё ещё без ножен, и это доставляло бы много неудобств при его ношении.
— Да, именно этот, — граф впился взглядом в оружие в моих руках. — Это фамильный ритуальный кинжал, он привязан к моему роду. Вам он совершенно не пригодится, если только вы не захотите использовать его как банальный нож, — говоря это, Макеев поморщился.
Я долго смотрел на него. Вообще-то, именно как обычный нож я и хотел его использовать. У меня нет дара, и я сомневаюсь, что граф не выяснил всё, что обо мне известно, прежде чем явиться. По статусу он был выше меня, я здесь вообще пока никто, и звать меня никак, но спускать наглость и откровенное хамство я не намерен. Это он с Марком мог на пару гречку жрать, я же его впервые вижу, а его сынок уже успел мне надоесть до колик и несварения.
— Вы вернёте мне кинжал? — спросил с нажимом взявший себя в руки граф.
— Конечно, — я улыбнулся и протянул ему кинжал, но как только он потянулся за ним, отдёрнул руку. — За вознаграждение.
— Что? — Макеев моргнул.
— За вознаграждение. Вы же признаёте, что больше всего от странных манипуляций с кинжалом вашего сына пострадал мой кот? — спросил я, продолжая улыбаться.
— Я этого не отрицал и проведу серьёзный разговор с Геннадием, — процедил граф.
— Тогда вы согласны, что ваш сын потерял кинжал по собственной глупости, а глупость должна быть наказана? — Граф нехотя кивнул, а я продолжил: — Ну вот и отлично. В таком случае я отдам вам кинжал, если вы обязуетесь поставлять мне колбасу для этого прожорливого животного. Он ест только колбасу из «Весёлой свинки», — добавил я, разглядывая рукоять кинжала, украшенную редкими драгоценными камнями. Только сейчас заметил, что камни расположены в определённом порядке и несут вовсе не декоративную функцию.
  
— Хорошо, — немного недоумённо произнёс Макеев и добавил: — Клянусь своим даром, что буду обеспечивать колбасой из таверны «Весёлая свинка» поместье «Кошачья лапа» до конца моих дней. Пусть мой дар и моя магия будут мне свидетелями и покинут меня, если я нарушу эту клятву.