От всего сердца

— Мы не умеем читать мысли! — подал голос третий. Это замечание вызвало общий смех, и собравшиеся начали еще настойчивее выспрашивать у Боттомса, что ему нашептала Беркли.
Энтони дернул себя за усы и выдавил улыбку.
— Мисс Шоу утверждает, что я собираюсь отправиться на Восток. — Сунув руку во внутренний карман, он достал оттуда билет. — Я купил его сегодня, и об этом не знала ни одна душа.
  
Почувствовав легкое прикосновения Грея, Беркли поднялась из-за стола. Взяв Энтони под руку, она прильнула к нему и растянула губы в обольстительной улыбке, которая предназначалась только ему, но не ускользнула от внимания окружающих.
— Никак не пойму, отчего вы кажетесь мне принцем, Тони Боттомс? Неужели вы разбили мое черное сердце?
Энтони вспомнил о пиковом валете, спрятанном за манжетой сорочки. Что ж, он все равно собрался уехать из Сан-Франциско. Беркли могла без труда погубить его и совершенно ясно дала ему это понять. Единственное, чем он мог выразить свою благодарность, — это окончательно закрепить за ней славу человека, которому открыто будущее, неведомое всем остальным. Энтони позавидовал Грей Джейнуэю. Беркли принесет ему целое состояние.
— Отойдите в сторону, — сказал Энтони своим друзьям. — Я хочу на прощание потанцевать с мисс Шоу.
Толпа расступилась, и он закружил Беркли в танце под звуки музыки.
Проводив Энтони и Беркли взглядом, Грей поблагодарил гостей за принесенные поздравления. Беркли Шоу добилась успеха, и все потому, что он заставил ее явиться публике в вечер открытия «Феникса», но это почему-то не радовало его.
— Мне пора отдохнуть, — сказала Беркли очередному партнеру.
После Энтони Боттомса ее один за другим приглашали другие гости. Весело улыбаясь, а иногда смеясь, она старалась поменьше думать о тех, кто клал руки ей на плечи и прикасался к ее талии. Она гнала мысль о том, что с ней танцуют все, кроме Грея.
— Не будете ли вы любезны проводить меня до лестницы? — Мартин Рид, высокий худощавый мужчина, поклонился. Его застенчивость внушала Беркли симпатию. — Я предпочел бы не оставлять вас одну и проводить до двери номера, — сказал он.
Беркли не стала объяснять, что ей некого бояться. Номера и комнаты второго этажа откроются для постояльцев только завтра, а пока там, кроме нее, были только Майк и Шоун.
— Да, благодарю вас. С удовольствием. — На Беркли то и дело накатывала дурнота. Плавно изогнутая лестница казалась ей куда более трудным препятствием, нежели любой из трех холмов Сан-Франциско.
— Вы очень бледны, мисс Шоу, — заметил Мартин, — Может быть, позвать Грея?
— Нет, не надо беспокоить его. Просто помогите мне пробраться сквозь толпу.
Мартин взял Беркли под руку и повел к лестнице. Девушке пришлось отказать еще трем желающим потанцевать с ней, после чего Мартин объявил остальным, что дама занята. И только оказавшись возле широкой лестницы, Беркли поняла, что не в силах одолеть подъем.
— Позади кухни есть еще одна лестница, — сказала она, — Ведите меня туда.
— Я отнесу вас по этой лестнице на руках.
— Нет! Только не на глазах у гостей. Пожалуйста, помогите мне добраться до кухни.
Мартин и Беркли без особого труда протиснулись к кухне. Даже в столь поздний час во владениях Энни Джек работа кипела. Кухарка и ее помощники заканчивали украшать четырехъярусный торт.
— Прочь! — крикнула Энни незваным гостям и тут же вернулась к работе, ничуть не сомневаясь в том, что ее не посмеют ослушаться.
Беркли увидела, что Мартин хочет уйти.
— Лестница вон там. — Она указала в сторону кладовой, — Энни вас не укусит.
— Еще как укусит, — сказала кухарка. — Энни отгрызет ногу любому, кто посмеет сунуться к ней на кухню!
Мартин нерешительно замялся, и Беркли пришлось тащить его вперед. Когда они проходили мимо стола, Энни Джек вскинула измазанный нож и угрожающе ткнула в их сторону. Кусочек сливочного крема угодил на рукав Мартина. Не дожидаясь дальнейших выпадов, Беркли торопливо повлекла его к лестничной площадке.
— Не обращайте внимания на Энни. Она не погонится за нами, а мне нужна ваша помощь.
Взяв Беркли под руку, Мартин вместе с ней начал подниматься по узкой лестнице. Половину пути она проделала сама, потом спутник подхватил ее на руки.
— Все-таки я позову Грея, — сказал он, поставив Беркли на ноги у ее дверей.
— Нет. В этом нет нужды. — Беркли повернула ручку. — Зайдите на минуту, вдруг мне что-нибудь понадобится. Не поможете ли мне расстегнуть платье? — Она потянула Мартина за руку, не дав ему времени отказаться. — Я не задержу вас. Идите сюда. Моя спальня дальше.
Мартин неуверенно следовал за девушкой, озадаченный ее настойчивостью, и с тревогой думал о том, чем все это кончится. Несколько раз он оглянулся через плечо, ожидая увидеть в дверях Грея Джейнуэя с заряженными пистолетами в руках.
Вместо Грея появился один из телохранителей Сэма Брэннана. Его широкие плечи заполнили дверной проем. У него была бычья шея и ноги, похожие на опоры моста. Громила стоял, скрестив руки на груди, но во всем его облике сквозило нетерпение. Он воинственно приподнял квадратный подбородок, давая Мартину понять, что ему пора исчезнуть.
— Мистер Брэннан послал меня присмотреть за леди, — заявил он. — Можешь идти, Рид.
— Ну не знаю, Хэнк. Надо сообщить Грею, что мисс Шоу плохо себя чувствует.
— Он знает. — Хэнк Брок отступил в сторону. — Мистер Брэннан уже сказал ему. А теперь проваливай, Рид.
Смущенно поклонившись Беркли и сделав вид, что не замечает мольбы в ее испуганных глазах, Мартин поспешно покинул номер.
Беркли опустилась на край постели.
— Сейчас меня вырвет, мистер… — Ее голос прервался. Она не помнила фамилию незваного гостя.
— Брок, — подсказал громила. Он двинулся к Беркли, но, увидев, что она отпрянула, остановился. Взяв полоскательницу с ее умывальника, Брок протянул ее Беркли. — Если затошнит, валяйте сюда.
Она взяла полоскательницу.
— Идите. — Беркли склонилась над сосудом и закрыла глаза.
— Если не возражаете, мисс Шоу, я побуду здесь. Мистер Брэннан велел мне проследить, чтобы у вас все было в порядке.
Пальцы Беркли были почти такими же белыми, как полоскательница. В эту минуту ей хотелось одного — очистить желудок, ибо она надеялась, что после этого сможет рассуждать здраво.
— Сдается мне, не так уж вам и плохо. — Хэнк потянул к себе полоскательницу, заметив, как дрогнули при этом пальцы девушки. — Хотите мокрый компресс на голову? Нет? Может, вам лучше прилечь?
Беркли отодвинулась еще дальше, уклоняясь от руки Брока, потянувшейся к ее плечу.
— Уходите, прошу вас. Я хочу, чтобы вы ушли.
— Присутствие Рида не смущало вас, — пробормотал Брок. — Интересно, отчего бы это?
— У мистера Рида не было с собой оружия.
Брок отдал должное наблюдательности Беркли, обратившей внимание на то, что ускользнуло от других людей. Он расстегнул пиджак, вытащил пистолет, заткнутый за пояс брюк, и положил его на ночной столик рядом с полоскательницей.
— Теперь и у меня нет.
— Мне уже лучше, — сказала Беркли, хотя на самом деле ее мутило все сильнее. Смущенная близостью верзилы Брока, она боялась и вправду лишиться чувств.
— Рад это слышать. — Брок еще придвинулся, и его колено уперлось в край кровати. — Надеюсь, вы не откажетесь ответить на вопрос, который я хочу задать вам с той самой минуты, как впервые увидел вас нынешним вечером. Меня очень интересует, где вы разжились вот этим платьем.
— Мне его подарили.
— Неужели? — Брок прикоснулся к подолу платья, и заметил, что Беркли отдернула ногу, но его реакция оказалась быстрее. Он ухватил ее за щиколотку и рванул к себе. Она ударилась головой о спинку кровати. Удар был не так силен, чтобы всерьез повредить Беркли, но все же ошеломил ее. Она перестала сопротивляться, а Брок лишил ее возможности двигаться. Уперев руки в кровать по обе стороны от плеч Беркли, он зажал ее ноги между своими.
  
— Расскажите мне об этом платье, мисс Шоу. Предупреждаю вас — оно уже попадалось мне на глаза.