Хочу тебя себе

Я резко останавливаюсь, и у меня перехватывает дыхание.
– Что?
– Очень советую идти, – рыжий ещё раз затягивается, а потом бросает сигарету под ноги и растирает ее ботинком. – Ему не отказывают.
– К-кому? – пытаюсь удержать голос ровным, но внутри всё сжимается.
Парень усмехается, приподняв уголки губ.
– Не играй с огнем, девочка. Всё равно будет так, как решил Касьян. Он возьмёт тебя себе. Если захочет. А он хочет, поверь. Я его знаю. И знаю, когда в нём вспыхивает интерес.
  
У меня начинает кружиться голова. Кончики пальцев немеют.
Это шутка? Или такая жестокая игра?
Я ничего ему не отвечаю, просто делаю шаг назад. Парень лишь хмыкает, ни на секунду не сводя с меня глаз.
– Будешь послушной – скоро отпустит. Может быть.
Больше я не жду. Быстрым шагом прохожу мимо него, а потом пускаюсь бегом. Вокруг темно, ноги кажутся ватными, но я бегу, едва касаясь асфальта, пока, наконец, не выбегаю к парадному входу.
Девчонки уже ждут меня там. Толпа у входа немного поредела, но музыка изнутри продолжает давить басами.
– Варя! – Олеся подходит ко мне, заметив первой. – Где ты была? Ты вообще видела себя? Бледная как полотно!
Оля качает головой, нахмурившись.
– Ты что, призрака увидела?
Я молча киваю, пытаясь восстановить дыхание.
Призрака?
Хуже. Демона.
– Я домой хочу, – говорю я. Голос немного хрипит, но стараюсь сделать вид, что всё в порядке. – Вернусь в общагу.
– Ты уверена? – удивляется Олеся. – Мы думали ещё потусить. Классно же гуляем.
– Уверена, – перебиваю ее. – Мне надо. Вы оставайтесь, правда. Просто… я устала.
Забираю свой плащ в гардеробе и быстро вызываю такси. Девчонки ещё что-то говорят, но я их почти не слушаю. В голове туманом всё затянуло.
Когда сажусь в машину, осознаю, что вся кожа покрыта мурашками. Ладони влажные, приходится вытереть их о платье. Когда машина выезжает на дорогу, я обхватываю себя руками и прикрываю глаза, но слова того парня гулко отдаются в голове: “Он возьмёт тебя себе. Если захочет.”
 
Глава 7
 
Игнат
– Тебя хочет видеть отец, Игнат.
Поднимаю глаза на отцовскую шестёрку. Откуда он их таких убогих берёт? Кусок дерьма какой-то, даже на роже написано.
– Он знает, где меня искать.
Молчит.
Не знает, как сказать, чтобы остаться целым и невредимым.
– Он просил тебя приехать. Планируется важная встреча с партнёрами.
– Передай ему, что мне похер.
Шестёрка сглатывает, дёрнув кадыком, как трусливый заяц, и переводит взгляд на топор у меня в руках.
– Красивый? – подмигиваю, приподнимая топор. – Мозаичный дамаск с никелем, морёный граб. Авторский. Ерёмой зовут. Нравится?
– Н-нравится, – кивает дёргано, но взгляд от топора не отводит.
– Пода-арок, – тяну, проворачивая рукоять в ладони, наслаждаясь гладкостью дерева.
Лежит как влитой. А летит-то как чётко.
Короткий свист, и новый топор входит режущей кромкой в косяк двери, пролетая прямо возле тупой башки папочкиного посыльного. Тот дёргается, а мне становится смешно.
Сколько этот кусок дрожащего дерьма протянет в нашем мире?
Что его вообще привело на службу к такому ублюдку, как мой папаша? Романтики криминальной захотелось или бабла решил заработать? Сидел бы себе где-нибудь на рынке, торговал шаурмой, беды бы не знал. А тут же шлёпнут. Рожей не вышел в этой сфере крутиться.
– Скажи папочке, – встаю с кресла и расстёгиваю пуговицу на джинсах, – что я занят. Если соскучился – пусть тащит сюда свой белоснежный зад.
Придурок вздрагивает и пугливо озирается, когда я начинаю снимать штаны.
Дебил.
– Вали, – киваю ему на дверь, возле которой сиротливо продолжает торчать мой новый топор.
Чуваку повторять несколько раз не надо. Ещё разок дёрнув по-заячьи кадыком, он сбривается за дверь, в которую тут же входит блондинка.
Без единого слова она опускается на колени и начинает делать то, зачем её позвали. Я прикрываю глаза, позволяя ей отсосать лишнее напряжение.
А оно однозначно скопилось.
По причине весьма неожиданной.
Как там её?
Варя.
Сжимаю волосы шлюхи, когда оргазм накатывает, и кончаю сучке в глотку. Она сглатывает, не поморщившись, а потом поднимает на меня глаза.
Блядские.
Неинтересно.
– Проваливай.
Она растворяется так же тихо, как и вошла, а я натягиваю штаны обратно.
В квартире тишина. Она звенит в ушах, проникает в кожу, давит на грудь. Но мне нравится. Она как затишье перед бурей. Затишье, которое я сам могу разорвать, когда захочу.
Я прохаживаюсь по комнате. Новый топор всё ещё торчит в косяке. Держится идеально, как и было задумано. Провожу пальцем по рукояти, оценивая баланс. Надо будет купить ещё один. Или лучше два.
Поворачиваюсь к стеклянной стене, открывающий вид на этот город. Ночь уже окутала его, залила густой тьмой. Свет фонарей размывается в лёгком тумане, как будто даже воздух здесь слишком грязный, чтобы быть прозрачным. С улицы доносится шум машин, лай собаки.
Варя
Я замечаю, как её имя крутится у меня в голове уже не первый час.
Смешно, но оно цепляет. Простое, короткое, как будто нарочно придумано, чтобы звучать так… чисто. И оттого контраст сильнее. Она чужая в этом мире, я это понял сразу.
Мир хищников не для таких, как она. Слишком мягкая. Слишком простая. Она смотрит на тебя глазами, в которых ещё есть свет, и ты понимаешь – хочешь раздавить этот свет. Или… оставить себе.
Я помню её взгляд на пешеходном переходе. Она тогда смотрела на меня, как на чудовище.
Правильно смотрела.
Только я не уверен, боится ли она чудовищ на самом деле. Скорее, она просто не знает, что с ними делать.
Это даже забавно.
Я прохожусь к бару, наливаю виски. Жёсткий, обжигающий вкус. Он режет горло, оставляет горечь, но в этом есть что-то правильное. Как наказание за собственные мысли.
Чёрт. Почему именно она?
Эти мысли мне чужды. Обычно я не интересуюсь такими, как эта девчонка. Весь этот страх, вся эта мягкость – бесполезны. Меня привлекают те, кто знает, куда попал, и кто готов за это платить.
Но Варя другая. Её мягкость… какая-то живая. Её страх не притворный, не напускной, чтобы впечатлить. Он настоящий. Осязаемый.
И от этого хочется ещё больше его чувствовать.
Она не знает, как быть с такими, как я, но в этом-то и суть. Я решаю за неё. Я всегда решаю. И в её случае всё будет так же.
Я чувствую её шаги, её нерешительность, её страх. Она бежит, а я знаю, что будет дальше. Не потому, что уверен в своих силах, а потому что так устроен мир. Такие, как она, не убегают от таких, как я.
Не могут убежать. Им не удаётся.
Я возвращаюсь к креслу, ставлю стакан на стол и снова беру топор. Пальцы скользят по рукояти. Морёный граб. Никаких изъянов. Всё на своём месте.
Ровно так же, как будет с ней, если я решу.
А я уже решил.
Беру телефон и набираю номер.
– Привези её.
 
Глава 8
 
Варя
Я сижу на лекции, машинально перелистываю тетрадь, но ничего не записываю. Слова преподавателя, гул аудитории, шорох ручек по бумаге – всё это звучит где-то далеко. Будто я смотрю на происходящее через толстое стекло.
Сознание вязнет. Ощущение реальности какое-то затёртое, смазанное. Как-будто я не спала пару ночей.
Перед глазами снова всплывает его взгляд. Тёмный, тяжелый, парализующий. Я пытаюсь отогнать этот образ, но чем больше стараюсь, тем сильнее он вцепляется в мои мысли.
Половину ночи я провела, ворочаясь с боку на бок. Закрываю глаза – вижу его лицо. Дёргаюсь, открываю глаза – он всё ещё стоит передо мной в голове, как живой.
  
Этот взгляд, этот голос… Как можно было его так запомнить за такой короткий миг?
Когда я всё-таки заснула, пришли сны. Размытые, странные, тревожные. Я бежала по тёмным коридорам, за мной следовали тени. Впереди свет, но каждый раз, когда я почти добиралась до него, он гас. А потом был звук шагов. Ровных и уверенных. Как будто кто-то всегда был за спиной. Я обернулась, и его глаза смотрели на меня из темноты.