Ведьма ищет фамильяра (Срочно!) (СИ)
И вот тут дочь проявила завидные благоразумие и терпение: пять лет она ждала, помогала и обучала, чтобы окрепшая сила Арины могла им помочь.
Завтра тот день, который Агата высчитывала не один раз. Завтра силы всех трех ведьм будут на своих пиках, и ритуал должен пройти легко и быстро. И завтра последний день, когда Арина оставалась с семьей перед отправкой в Академию, где учились юные ведьмы и маги.
Все просчитала Агата, но вот ведьмовское предчувствие томилось в груди, не имея возможности обрядить ожидания в слова или образы — не спокойно было ведьме, тревожно. Она уже и все обереги собрала, что от чудовищ защищают, и охранный заговор на дом наложила, чтобы только родная кровь могла войти и выйти. И даже в будущее заглянула…И в свое, и дочери, и внучки…
Смерти не видно было, но сплошная пелена впереди — ничего не видно.
Мрыся и Арина мирно спали в комнате внучки. Обе держали в руках одну на двоих книгу — видимо, на одном из сказаний Тар-Данарии и заснули.
Агата тихо вынула книгу из ослабевших рук, посмотрела на страницы и усмехнулась. Сказание о Хранителях миров: Страннике, Ехидне, Марсе и о мирах, что расположились на ветвях и в корнях древа. Раньше это была самая любимая история Агаты. Потом ее полюбила и ее дочь, а вот теперь не оторвать от книги и внучку.
Потушила светильник, погладила рыжие кудри своих роднулечек и вернулась в свою комнату. Неспокойно в груди, скребет что-то, печет, не отпускает.
Села за стол, взяла лист бумаги и написала сверху: «Арина…».
Тяжело далось только начало, а потом слова сами собой полились на бумагу.
Письмо Агаты к Арине
Арина, внученька.
Завтра у нас важное дело, но, возможно, что-то пойдет не так, и ты останешься одна в этом мире.
Мы с твоей матерью все проверили, все просчитали, но ты должна знать: в самом лучшем плане всегда может закрасться непредвиденная ошибка.
Если все пойдет так, как мы задумали, то завтра все мы будем безмерно счастливы и богаты.
Если хоть что-то нам помешает, любая мелочь, — мы можем больше не увидеться.
Ты должна знать, Ариша, — мы с мамой безмерно тебя любим и будем защищать до последней капли крови.
Завтра мы должны провести ритуал. Придется заимствовать у тебя силы — ты знаешь, как это происходит. Но если ритуал не завершится, то твоя сила может расшататься и перестать подчиняться так, как должна.
Что тебе сказать. У тебя два выхода, девочка моя. Научиться жить с тем, что получится, или вернуться на место проведения нашего ритуала и закрыть его.
Я пишу «закрыть», а не «завершить» по многим причинам, но самое главное — сил твоих на «завершение» не хватит. Никто в одиночку не справится с такой задачей. Как видишь, и нам с мамой не хватает сил — нужна твоя помощь.
В общем, я бы посоветовала жить с тем, к чему уже привыкла. Но если решишься пойти на нашу поляну, прежде обзаведись фамильяром — он будет удерживать тебя в это мире и не даст ритуалу затянуть в водоворот миров.
Надеюсь, Ехидна будет милостива к нам, и завтра все пройдет легко и гладко.
Если же нет… В любом из миров Тар-Данарии мы с мамой будем любить тебя до конца своих дней.
Глава 8. Разговор двух ведьм
Арина
— Как ты говоришь, называла ее? — Ямира вытирала глаза платком и продолжала смеяться заливисто и звонко. — Гриммочка Перровна? Вот так вот, да?
Я только кивала и подтверждала.
Вот уже вторую неделю этот разговор повторяется ежедневно, и каждый раз Ямира заходится смехом, словно девчушка-хохотушка, а не серьезная ведьма в летах.
— И что, она за это тебе ничего не сделала?
Сегодня старушка пошла дальше и все же смогла выдавить из себя хоть слово, а не захлебываться смехом до обеда.
— А чего ей со мной делать — я ее каждый день так называла. Это ж ее имя.
— Ну да, ну да, — хохотала старушка, передавая мне очередной горшок с сухими травами, а я ставила их на полку напротив входа и поворачивала надписью к стене. Все горшки были разных цветов и выстраивались по цветам радуги. Все, чтобы привлечь внимание человека, пришедшего в лавку ведьмы за помощью, будь то юная девушка или убеленный сединами старец.
— Ну и потом, — я все же пожаловалась на преподавательницу, — это ж она на меня проклятье наслала.
Старушка отошла к двери и придирчиво осмотрела нашу работу, поцокала языком и велела мне переставить несколько горшков местами, а следом пришлось перевесить несколько венков из полевых цветов, что висели ниже, потому что «по цвету не сочетаются». И только потом женщина соизволила ответить на мою жалобу.
— И поделом вам! Я б каждого ученика в Академии проклятьем тяги к учебе награждала, причем бессрочным, потому как у вас на уме не учеба, а как от учебы отлынить.
Упоминание проклятья «тяги к учебе» заставили меня содрогнуться — до сих пор на библиотеки смотреть не могу без страха — все вспоминаю те дни, когда сама под проклятьем была.
— Вот, например, ты, Арина, уже вторую неделю живешь в Ля-Гуше, знаешь, что твоей магии взбалмошной поможет, а делать ничего не делаешь.
Как ни крути, а разговор всегда приходит именно к этому моменту. И почему у меня такой несдержанный язык? Я в тот же день прибежала к Ямире и показала письмо, а та… Нет, она не велела мне тут же идти на поляну, место положения которой я уже забыла. Не отговаривала от похода, но и не настаивала. Говорила, что с этой мыслью сжиться нужно и побольше узнать. А чтобы узнать, нужен доступ в библиотеку, причем не ученический, а с широкими возможностями, а для этого нужно все же сдать тот злополучный экзамен, что мне так и не дался в этом году — защиту от чудовищ ведьминых кругов, практику.
— А вот как вы себе представляете мое возвращение в Академию в этом году? — парирую я, спрыгивая с табурета, который после освобождения поковылял к печке, а я направляла к столу. — Мне Гриммочка Перровна до сих пор тех гулей простить не может, а я заявлюсь пересдавать экзамен, да еще с вереницей кавалеров за спиной. Меня тут же развернут от ворот Академии назад, раз я проклятье снять не смогла.
— Хм, что-то ты часто упоминаешь гулей, а толком так и не объяснила, на что там Гриммуардина взъелась. Что ты с гулями сделала-то в итоге?
— Обезвредила, как и положено, — не очень уверено ответила я и, стараясь скрыть смущение, взялась за веник. Моя любимая метла тут же взревновала и принялась крутиться передо мной, рассыпая тот мусор, что мне удавалось собрать.
— Может продемонстрируешь? — что ж она сегодня прицепилась-то? Лучше б смеялась над именем преподавательницы — все лучше.
— Да на ком тут демонстрировать-то? — я беспечно взмахнула рукой, обводя пространство вокруг себяяяяяя! — Аааааааааа!
Заорала и вмиг взлетела на табурет, что нервно переступал возле печи.
— Чур! Изыди! Вон пошла! — орала я не своим голосом на крысу, что неожиданно выскочила из чулана и решила пересечь нашу комнату именно тогда, когда в ней находилась я.
Только через какое-то время я перестала орать и размахивать руками, и вспомнила про магию. Ну а дальше…
Глава 9. Чудовище и магия
Арина
Это слетело с моих губ раньше, чем я успела запечатать их обеими ладонями.
— Максимус масус!
Ох, ты ж бедовка малиновая! Буквы переставила местами, ууууу.
Крыса на глазах принялась расти, шерсть с нее опадала клочьями, пока не осталась гладкая складчатая кожа малинового цвета.
Я моргала и принялась икать, стоило крысе начать осматриваться. Ее глаза стали ярко-синими, словно васильки на поляне, а зубы посверкивать, ммм, золотом?
Пока крыса осматривала комнату, я старалась не дышать, и даже глаза ни разу не закрыла, хотя так хотелось зажмуриться и развидеть это малиновое чудовище.
— Как любопытно, — проговорила Ямира, и крыса тут же повернула в ее сторону голову, принюхалась и со скоростью метлы, отправившейся на прогулку, рванула к пожилой ведьме.