"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

В этот момент меня охватила безотчетная злость. Я заглянула в холодные глаза Найгаарда и вдруг осознала, что он сломал жизнь не только моей матери, Весту и мне, но и всему Северу. Я уже открыла рот, чтобы заговорить…
Но пальцы Вестейна сжали мое плечо, и это прикосновение подействовало, как ушат холодной воды. Успокаивающая волна пришла от Миста, а вот Стужа зарычала, теперь уже на кронгерцога.
  
— Что здесь происходит? — холодно спросил Найгаард.
— Споткнулась, — выдавила я.
О том, что споткнуться мне помогла собака его жены, я не стала упоминать.
Найгаард и так смотрел на байланга слишком подозрительно. Как бы не сделал какую-то пакость этой прекрасной собаке.
Я опустила взгляд, и герцог тут же потерял интерес ко мне. Теперь он обращался к моему куратору:
— Что за самодеятельность, Ааберг? Ты и твои ученики должны были лететь в моем отряде. Ректор передал тебе приказ лично в руки, при свидетелях. Так почему вместо тебя я нахожу пятый курс, и мне сообщают, что ты улетел с другим отрядом?
Вестейн медленно выпустил меня и пожал плечами. А затем произнес:
— Мне показалось, что Ее Светлейшество махнула нам рукой, требуя присоединиться к отряду. Я не смел ослушаться приказа Правящей герцогини Севера. Тем более что он имеет приоритет перед вашим приказом…
В голосе Вестейна прозвучало такое пренебрежение, что на поляне воцарилась гнетущая тишина. Лицо Найгаарда начало стремительно багроветь. Еще бы, мой куратор не только ослушался его, но и напомнил, что главная здесь все-таки его супруга.
Хеймир выпрямил спину, Тира смотрела на Веста расширенными глазами, а Йоран протискивался вперед с таким лицом, будто собирался отвесить своему другу подзатыльник.
Холод внутри не успокаивался. Я продолжала смотреть на кронгерцога. Мать не поднимала головы, присутствие мужа словно лишало ее сил. Или подавляло волю…И теперь вместо того, чтобы беспокоиться, я внимательно разглядывала все украшения Найгаарда, пытаясь понять, какое из них помогает ему управлять странной магией, происхождение которой становилось почти очевидным.
Больше всего мне хотелось нагло протянуть руку и пощупать украшения кронгерцога, пока они с Вестом скрестили взгляды. Отчего-то я была уверена, что холод подскажет. Но тут мне резко стало не до исследований. За спиной Найгаарда раздался знакомый голос:
— Я прошу прощения. Понимаю ваше возмущение, но у меня сегодня не так много времени. Разрешите мне поговорить с дочерью. Думаю, распекать подчиненных можно и позже…
Отец. Я опустила руки и сжала кулаки, вгоняя ногти в ладони. Больше всего мне хотелось сбежать. Найгаард мерзко улыбнулся и отступил в сторону, ненавязчиво отталкивая свою супругу подальше от меня. И позволяя герцогу Скау и его спутнику выйти вперёд. Роден Гольдберг выглядел невероятно довольным и сжимал в руках заветную коробочку, на которой красовался герб его рода.
Прежде чем кто-то успел шевельнуться, он скороговоркой выпалил:
— Дорогая Анна, перед лицом Правителей Севера и Запада, а также призывая в свидетелей всех присутствующих, прошу тебя стать моей женой. Твой отец уже дал согласие на наш брак…
После этого он галантно опустился на одно колено и протянул мне открытую шкатулку. На кольцо с монограммой его рода я посмотрела, как на ядовитую змею. Довольная улыбка на лице Гольдберга была также противна. Я заглянула в его глаза, а потом уверенно и громко произнесла:
— Нет. Ни за что!
По плацу прокатился шепоток. Не каждый день девушки так смело и решительно отказывают жениху, одобренному семьёй. Да ещё и столь высокородному.
Отец шагнул ко мне. Даже не знаю, что он хотел — то ли высказать на ухо все, что думает, то ли силой заставить меня принять ненавистный дар. Но недовольных предложением Гольдберга оказалось несколько больше, чем он ожидал. Стужа подалась вперед и оскалилась. Из горла собаки вырвался рык.
Приятно было наблюдать за тем, как вытягивается лицо Гольдберга. Зубастое приложение к будущей супруге герцогу Родену явно не понравилось. Он поспешно вскочил с колен и сделал шаг назад. Его пальцы инстинктивно кинулись, чтобы сложить жест призыва оружия. Но спохватился он вовремя.
Отец замер, и холодное спокойствие на его лице сообщило мне, как он взбешен. Пользуясь заминкой, я шагнула назад и тут же оказалась за плечом Вестейна. Теперь мой родитель недоверчиво, но как-то слишком внимательно посмотрел на куратора. И я поняла — он догадался. Сердце ушло в пятки.
В этот момент меня загородила ещё одна спина. Чейн встал плечом к плечу с Вестейном, закрывая меня от взгляда отца и Гольдберга.
Зачем он это делает?! Я искренне недоумевала. Прикрывает нас, навлекая на себя гнев не только моего отца, но и Найгаарда. Эллингбоу тоже не простят ему пренебрежения.
Больше ни о чем подумать я не успела. Плац накрыла тень. Как по команде все вскинули головы, и по рядам собравшихся пронесся удивленный вздох. В небе парил самый настоящий дракон. Мое сердце забилось чаще. Неужели?..
В следующий миг огромный зверь ринулся вниз. Люди и байланги бросились врассыпную, освобождая место для посадки. Но оно не понадобилось. Чудесное превращение произошло в воздухе, и на утоптанный снег ступил уже человек.
Перед нами стоял Луди Тулун, посланник императора. Его костюм выглядел ещё более официальным, чем на балу, а неизменные чешуйки на рукаве подтверждали его высокое положение. Впрочем, его вторую ипостась только что могла лицезреть вся Академия.
Дракон обвёл взглядом собравшихся и бодрым голосом произнёс:
— Доброго вечера, господа. Как удачно, что вы здесь собрались…
Посланник сделал выразительную паузу и по его губам скользнула снисходительная улыбка. Глаза при этом оставались холодными. Я видела, что дракон оценивал обстановку и подмечал все. Гольдберга с кольцом, моего отца и Правителей Севера. То, как я пряталась за спинами куратора и Чейна.
На Веста он посмотрел как-то особенно внимательно, и мне стало тревожно. Я ухватилась за рукав куратора. Он бросил на меня короткий взгляд и на миг сжал мою ладонь в попытке ободрить и успокоить. Прикосновение было мимолетным, но я понимала, что мой отец его заметил.
Запястье обожгло, внутри начал разрастаться странный зуд. Я украдкой покосилась на свою руку, надеясь, что метка решила проявить себя, но меня ждало разочарование.
Найгаард вышел вперед и высокомерно произнес:
— Господин Тулун, почему вы не предупредили о своем визите? Мы бы встретили вас, как подобает. Боюсь, сейчас у нас некоторое проблемы. И вам придется подождать, пока я их решу.
Во взгляде дракона сверкнула сталь, и она же прозвучала в его словах:
— Боюсь, ваши проблемы привлекли внимание моего Императора. И теперь он желает принять вас в Пурпурном дворце и задать некоторые вопросы. Завтра там состоится бал и небольшая аудиенция. Моя миссия — вручить некоторым из вас приглашения на это высочайшее мероприятие.
По рядам собравшихся в очередной раз пронесся удивленный вздох. Бедолаги, потрясение за потрясением… Впрочем, на этот раз потрясены были все. Даже герцогиня подняла голову и непонимающе уставилась на посланника.
Тулун несколько мгновений наслаждался произведенным впечатлением, а затем извлек из кармана стопку лиловых приглашений. Я затаила дыхание, пытаясь разглядеть их из-за плеча Веста. Странный зуд начал утихать.
Интересно, что же император скажет правителям? Снова ждать и терзаться неизвестностью…
Но в этот момент дракон повернулся и решительно направился в нашу сторону. Сначала я думала, что он вручит приглашение Вестейну. Но куратор и Чейн одновременно разошлись в стороны, освобождая ему дорогу. Тулун остановился передо мной и улыбнулся, уже спокойно и открыто. А затем протянул мне пурпурный конверт с золотой лентой.
  
Дрожащими руками я приняла приглашение из его рук. Если бы не мое имя, выведенное на бумаге золотыми буквами, я бы подумала, что это какая-то ошибка. Память вовремя подбросила правила этикета. Я поспешно прижала конверт к груди и отвесила поклон.