Первое правило волшебника

Он обернулся и встретился взглядом с любопытными желтыми глазами Скарлет.
– Не слишком утешительно слышать такое из уст дамы. Даже если дама – дракон. – Повернувшись к Скарлет спиной, он натянул чистые штаны.
– Ты ранен? – встревожено спросила дракониха. – Это гары тебя так отделали?
Ричард отрицательно покачал головой:
– Нет. Это в пещере. – Голос его задрожал от одного только воспоминания о подземных кошмарах. Ричард сел, привалившись к стене, и уставился на свои башмаки. – Мне пришлось продираться сквозь узкий лаз в скале. Это был единственный путь, у меня просто не оставалось выбора. Там-то я и застрял. – Он посмотрел в широко раскрытые глаза драконихи. – С тех пор, как я ушел из дома, от привычной жизни, и поставил своей целью остановить Даркена Рала, мне довелось пережить очень многое. Такое, что и вспоминать не хочется. Но когда я застрял в этой дыре, в полной темноте… намертво зажатый скалой… я не мог даже вздохнуть… Словом, это было похлеще всех прежних кошмаров, вместе взятых. Пока я там торчал, не имея ни малейшей возможности пошевелиться, ко мне подползла какая-то тварь и вцепилась в ногу. Когти у нее длинные, кривые и очень острые. Эти борозды появились, когда я пытался выбраться.
Скарлет долгое время, положив лапу поверх яйца, в задумчивости смотрела на него.
– Спасибо тебе, Ричард Сайфер, что сдержал слово, что спас моего дракончика. Хоть ты и не дракон, но ты все равно очень смелый и отважный. Никогда бы не поверила, что ради дракона человек может пойти на такой риск.
– Я сделал это не только ради тебя и твоего дракончика. Я пошел на это потому, что, только вернув тебе яйцо, мог рассчитывать на твою помощь. Я должен разыскать своих друзей и спасти их от Даркена Рала.
Скарлет покачала головой.
– И честный к тому же. Мне кажется, что ты поступил бы так в любом случае. Мне жаль, что ты ранен, что, помогая мне, прошел через такие жестокие испытания. Люди боятся драконов. Они часто пытаются причинить нам зло. Если вдруг какому-нибудь человеку удается убить дракона, а бывает и такое, он чувствует себя героем. Может быть, ты первый из людей, кто помог дракону. Не важно, по какой причине. Сомневаюсь, что только ради собственной выгоды.
– Ладно, – смутился Ричард. – А здорово вышло, когда ты вдруг налетела на гаров. Эти твари чуть не растерзали меня. Кстати, Скарлет, мне казалось, что я велел тебе ждать у входа в пещеру. Что заставило тебя полететь за мной?
– Неловко признаться, но мне пришло в голову, что ты решил сбежать. Когда я подкралась поближе, чтобы приглядеть за тобой, я услышала невообразимый рев. Я сдержу слово, помогу тебе разыскать друзей. Я ведь обещала.
Ричард, довольный, усмехнулся:
– Спасибо тебе, Скарлет. Но как же быть с яйцом? Разве ты можешь оставить его? А вдруг Рал опять его украдет?
– Только не отсюда. После того как он украл яйцо, я долго искала самое неприступное место в скалах, на случай, если мне удастся заполучить яйцо назад. Здесь мой дракончик будет в полной безопасности, и никакому Даркену Ралу до него вовек не добраться. А оставить яйцо – не проблема. Когда драконы улетают на охоту, они прогревают камень своим пламенем, и, пока их нет, яйцо мирно лежит в теплом гнездышке.
– Скарлет, у нас мало времени. Когда мы начнем?
– Прямо сейчас.
  
Глава 46
 
День принес только разочарование. Скарлет летела низко, над самой землей, над грустными осенними лесами. Оба они, и Ричард, и дракониха, внимательно осматривали все проезжие дороги и узенькие лесные тропинки. Все тщетно: им не удалось обнаружить никаких признаков Зедда и Кэлен. Ричард совсем пал духом. Он так безмерно устал и измучился, что едва мог держаться за гребни драконихи, но не позволял себе ни минуты передышки. Он должен найти своих друзей. Силы его были почти на исходе, глаза устали от постоянного напряжения, голова разламывалась. Но каждый раз, завидев внизу новых путников, Ричард забывал о боли, об усталости, о недосыпе. В душе вспыхивала надежда. Вспыхивала – чтобы угаснуть вновь. И опять он говорил Скарлет, что это не его друзья.
Задевая верхушки сосен, дракониха устремилась к кромке луга. Она издала пронзительный крик, заставивший Ричарда подскочить от неожиданности, и резко свернула в сторону. Через луг, поросший высокой бурой травой, стремительно бежал олень. Страшный драконий рев подстегнул его, олень понесся стрелой. Сложив крылья, Скарлет камнем упала вниз. Не прилагая особых усилий, она подхватила жертву прямо на бегу и, крепко сдавив оленя в своих огромных когтях, сломала ему шею. Невероятная легкость, с какой дракониха заполучила добычу, произвела сильное впечатление на Ричарда. Мощь и сила, свойственные этому фантастическому созданию, вызывали в нем чувство восхищения, смешанного с ужасом.
Скарлет взмыла вверх, к высоким перистым облакам, окрашенным в золотисто-розовые тона заката. Солнце уходило за горизонт, унося с собой последнюю надежду. Дракониха свернула в сторону гор и полетела к своему гнезду. Ричарду очень хотелось попросить ее продолжить поиски до темноты, но он знал, что Скарлет должна вернуться к яйцу.
На землю спустились ранние осенние сумерки. Дракониха приземлилась на скалистый уступ и пригнула шею. Ричард послушно соскользнул вниз по ее алой чешуе, и Скарлет поспешно направилась к яйцу. Искатель, дрожа от холода, закутался в плащ.
Дракониха тщательно осмотрела яйцо со всех сторон, нежно поворковала над ним и согрела небольшой струей пламени. Покончив с заботами, она приступила к трапезе. Дракониха окинула Ричарда оценивающим взглядом:
– Не похоже, чтобы ты смог слишком много съесть. Да, пожалуй, я могу позволить тебе взять кусочек мяса.
– Спасибо, Скарлет. Ты не зажаришь его для меня? Я не ем сырого мяса.
Скарлет снисходительно кивнула. Ричард отрезал сочный ломтик свежей оленины, насадил его, как на вертел, на кончик меча и протянул драконихе. Он чуть не зажарился сам, когда та направила на мясо слабую струйку огня. Ричард вернулся в свой уголок и принялся за жаркое. Он старался не смотреть, как Скарлет раздирает зубами и когтями оленью тушу и заглатывает целиком огромные куски.
– А если мы не найдем твоих друзей? Что ты тогда собираешься делать?
– Лучше бы нам найти их. – Ричард сглотнул комок, подступивший к горлу.
– Скоро наступит первый день зимы. Тебе осталось четыре дня, считая завтрашний.
Ричард оторвал от ломтя оленины маленький кусочек.
– Знаю.
– Для дракона лучше умереть, чем покориться. – Скарлет раздраженно махнула хвостом.
– Если все последствия принятого решения коснутся только тебя, то несомненно. А как быть в том случае, когда за твой выбор придется отвечать другим? Ты сама, оказавшись в такой ситуации, предпочла покорность. Ведь это была единственная возможность спасти еще не вылупившегося малыша, жизнь которого полностью зависела от тебя, от твоего решения.
Не найдя что возразить, Скарлет смущенно заворчала и, повернувшись к яйцу, нежно провела когтями по скорлупе.
Ричард знал, что, если ему не удастся отыскать последнюю шкатулку и остановить Рала, у него не останется выбора. Он не вправе поставить на карту жизнь всех обитателей земли. Он не вправе позволить какой-нибудь морд-сит беспрепятственно измываться над Кэлен. Он вынужден будет помочь Даркену Ралу. И Кэлен сможет жить так, как подобает Исповеднице.
Ричард не видел иного выхода, и это приводило его в отчаяние. Неужели он, Искатель Истины, решится помочь Даркену Ралу обрести безграничную власть над миром? Но что еще ему остается делать? Может быть, Шота говорила правду? Он не удивится, если Зедд и Кэлен попытаются убить его. Может, его и следует убить за одно то, что он сразу не отверг мысль о помощи Даркену Ралу. Но если судьба Кэлен будет зависеть от его решения, он, Ричард, никогда не согласится обречь на муки ту, что так дорога ему. И тогда ему придется передать Ралу из уст в уста Книгу Сочтенных Теней.