Первое правило волшебника
Он спрыгнул со скалы и побежал к яйцу. «Пожалуй, Скарлет была права, – подумал Ричард, вслушиваясь в доносившиеся снизу истошные визги, вой и рев, – короткохвостые гары действительно на редкость склочные животные». Гары в бешенстве носились по плато, наскакивали друг на друга, падали, визжали, кусались и неистово работали когтями, раздирая друг друга в клочья. Один из них, заметив Ричарда, с воем бросился на него и тут же упал замертво, пронзенный мечом. Другому Искатель отрубил пол-лапы. Гар громко заскулил и повалился на землю. Третьему он рассек крыло, четвертому отрубил передние лапы. Ричард намеренно не убивал гаров. Раненые звери с истошными воплями катались по земле, добавляя себе увечий и усиливая бедлам. В царившей вокруг неразберихе гары, если и замечали Ричарда, не нападали на него, поглощенные куда более важными заботами. Зато нападал Ричард.
Двоих, карауливших яйцо, Ричард убил. Он поднял яйцо и, обхватив поудобнее обеими руками, прижал к груди. Яйцо было горячим, но не обжигало, а скорее грело. Правда, оно оказалось тяжелее, чем можно было предположить, и Ричарду пришлось нести его обеими руками. Не медля ни минуты, Ричард свернул налево и помчался к лощине. Птицы, ничего не соображая, с гамом и писком носились из стороны в сторону. Хаос усиливался. Два гара устремились за ним вдогонку. Не теряя присутствия духа, Ричард бережно опустил на землю яйцо, обнажил Меч Истины и прикончил первого гара. Второму он отсек задние лапы. Он бежал, прижимая к груди драгоценный груз, опасаясь только одного: как бы не упасть. Сзади появился еще один гар. На сей раз все обошлось не так гладко: в последний момент гар успел увернуться от занесенного над ним меча. Он злобно взревел и бросился на Ричарда, но второй удар оказался более удачным. Гар свалился замертво.
Ричард стремглав летел между холмами. Силы его были на исходе. Кровь бешено стучала в висках. Под тяжестью яйца ныли руки. Он задыхался. Оглянувшись, Ричард увидел, что гары летят за ним вдогонку. Он остановился и опустил на землю яйцо. Гары начали приземляться. Их зеленые глаза полыхали яростью. Ричард выхватил меч из ножен и кинулся на первого же, кто осмелился приблизиться. Он отхватил чудовищу полкрыла, а заодно и голову. Остальные с дикими воплями бросились на Искателя.
Но тут все вокруг озарилось ослепительной вспышкой, в гаров ударила струя жидкого пламени, испепелив на месте тех, кто не успел отскочить в сторону. Ричард задрал голову: прямо над ним зависла в воздухе Скарлет. Дракониха била гигантскими крыльями и остервенело плевалась пламенем. Отогнав гаров на почтительное расстояние, Скарлет вытянула когтистую лапу и бережно подхватила яйцо. Другой лапой она подцепила Ричарда за пояс и тут же, не теряя времени, взмыла вверх, преследуемая парочкой гаров. Одного достал мечом Ричард, с другим Скарлет расправилась самостоятельно, брезгливо плюнув в него пламенем.
Дракониха угрожающе взревела, наводя ужас на чудом уцелевших гаров, и поднялась к облакам. Ричард по-прежнему висел у нее в когтях. Пришлось смириться с таким способом передвижения. После некоторых размышлений он пришел к выводу, что со всех точек зрения его гораздо больше устраивает полет на спине дракона, а не в когтях. Но, с другой стороны, перспектива пребывания на твердой земле в обществе таких склочных животных, как короткохвостые гары, привлекала его еще меньше. Словно в ответ на его мысли откуда-то снизу подлетел очередной гар. Когда тот отважно устремился к яйцу, Ричард, изловчившись, отсек гару крыло. Зверь закружился в воздухе и, издав истошный вопль, рухнул вниз. После этого у оставшихся гаров пропала всякая охота преследовать дракониху.
Скарлет летела высоко в небе, удаляясь прочь от Горящего источника. Ричард висел у нее в когтях и чувствовал себя добычей, предназначенной в пищу малютке-дракончику. От железной хватки ныли ребра, но Ричард не жаловался. Он еще недостаточно хорошо изучил характер красных драконов и потому не был уверен, что Скарлет не взбредет в голову в ответ на его жалобы разжать когти. До земли было слишком далеко, и он разумно счел, что это слишком радикальный способ избавиться от боли.
Они летели уже несколько часов. Со временем Ричард окончательно смирился со своим положением и даже ухитрился устроиться поудобнее. Теперь он с высоты драконьего полета смотрел на мелькавшие внизу луга, холмы, леса, стремительные бурные потоки. Ему даже попалось на глаза несколько маленьких городков. Чем дальше они летели, тем более мрачным и суровым становился пейзаж внизу. Холмы сменились нагромождениями скал. Повсюду, вплоть до самого горизонта, из земли поднимались горные пики и угрюмые утесы. Плавно взмахивая крыльями, Скарлет набирала высоту. Ричард испугался, что вот-вот заденет ногами какую-нибудь скалу. Внизу простиралась бесплодная пустошь, беспорядочно усеянная огромными бурыми валунами. Казалось, какой-то гигант, играючи, разбросал их, как монеты на столе: одни высились столбиками, другие валялись отдельно, третьи громоздились небольшими кучками.
Вдали, за валунами, виднелись отвесные утесы, круто уходившие в поднебесье. Массивные, изборожденные трещинами и расщелинами, изобилующие острыми пиками и уступами. Вдоль гряды утесов лениво дрейфовало несколько тучек. Скарлет накренилась и, не замедляя хода, устремилась прямо на скалы. Казалось, еще мгновение, и она неизбежно врежется в каменную громаду. Ричард в ужасе смотрел на сплошную серую стену, с невероятной быстротой надвигающуюся на него. В последнюю секунду Скарлет, пару раз энергично взмахнув крыльями, взмыла над утесом, опустила Ричарда на уступ и приземлилась сама.
Теперь он смог разглядеть узкий, почти незаметный пролом в скале. Скарлет, кряхтя, протиснулась в щель. Внутри было холодно. В самой глубине расщелины темнели неясные очертания какого-то сооружения, сложенного из камней. Когда дракониха бережно опустила туда яйцо, Ричард понял, что это гнездо. Склонившись над своим сокровищем, Скарлет подышала на него огнем. Облокотившись на камень, Ричард смотрел, как она, воркуя, гладит яйцо когтистой лапой, нежно переворачивает его, встревожено осматривает скорлупу. Дракониха вертела головой, тихонько обдувая яйцо огнем и прислушиваясь.
– Все в порядке? – вполголоса спросил Ричард.
Она повернула к нему голову. Желтые глаза затуманились.
– Да. Все хорошо.
– Я рад, Скарлет. Действительно рад. – И он кивнул в подтверждение своих слов.
Когда дракониха наконец успокоилась и свернулась калачиком рядом с яйцом, Ричард встал с камня, намереваясь подойти к ней. Скарлет предупреждающе вскинула голову. Он остановился.
– Я только хотел взять свой мешок. Он висит у тебя на спине, на гребне.
– Извини. Можешь забрать его.
Ричард снял с драконьего гребня дорожный мешок и подошел к выходу, чтобы пристроиться поближе к свету. Он перегнулся через уступ и посмотрел вниз: до земли было не меньше тысячи футов. «Неплохо, – подумал Ричард. – Остается надеяться, что Скарлет окажется драконом слова». Он устроился поудобнее, развязал мешок и стал искать запасную пару штанов.
Роясь в мешке, он, к своему удивлению, обнаружил баночку из комнаты Денны. Внутри осталось немного целебной мази из ом-травы. Той самой мази, которую он приготовил для Денны, чтобы хоть как-то облегчить ее страдания. Должно быть, она собрала остатки в баночку и положила ему в мешок. Взгляд Ричарда упал на эйджил – прощальный подарок Денны, и перед ним вновь встал ее образ. Он печально улыбнулся. Как он может с нежностью думать о той, которая так мучила его? Он простил ее, как простил и омыл себя от ненависти белой магией меча.
Ричард смазал ногу целебной мазью. Действие ом-травы оказалось воистину чудесным. Он даже застонал от наслаждения. Мазь холодила горящие раны, унося боль. «Спасибо тебе, Денна. Спасибо, что позаботилась обо мне и дала в дорогу целебную мазь», – еле слышно прошептал Ричард. Он стянул с себя искромсанные остатки штанов.
– А без штанов ты выглядишь довольно забавно, – хихикнула дракониха.