Первое правило волшебника

Денна стояла, скрестив руки на груди, и с улыбкой наблюдала за принцессой, а та все смелела. Вскоре она уже не скрывала жестокость, вовсю радуясь новой игре.
– Помнишь, что ты мне сделал? – спросила она Ричарда, ткнув его эйджилом в бок. – Помнишь, как опозорил меня? Теперь ты получаешь по заслугам, правда? – Ричард только крепче стиснул зубы. – Отвечай! Тебе не кажется, что именно этого ты и заслужил?
Ричард закрыл глаза и попытался унять боль.
– Отвечай! Проси пощады. Я буду мучить тебя до тех пор, пока ты не начнешь умолять меня.
– Лучше бы тебе ответить, – заметила Денна. – Она способная ученица.
– Пожалуйста, госпожа Денна, не учи ее этому. То, что ты с ней творишь, куда хуже того, что ты делаешь со мной. Она ведь только маленькая девочка. Пожалуйста, не делай с ней этого. Не учи ее этому.
– Чему захочу, тому и буду учить. А тебе лучше бы попросить пощады. И немедленно!
И все же Ричард тянул до тех пор, пока у него не осталось никаких сил терпеть, и лишь тогда, задыхаясь, произнес:
– Извини меня, принцесса Виолетта, пожалуйста.
Он совершил ошибку, эти слова только вдохновили принцессу. Ей понадобилось совсем немного времени, чтобы заставить Ричарда плакать, просить, умолять, хотя он изо всех сил старался сдержаться. Ричард никак не мог отделаться от ощущения полного абсурда происходящего. Маленькая девочка… И наслаждается этим! Это просто безумие.
Она ткнула Ричарда эйджилом в живот и злобно посмотрела на него.
– А Исповедница заслуживает большего. И она еще свое получит. Я сама ею займусь. Мама обещала, что отдаст ее мне. Я хочу, чтобы ты умолял меня пытать ее. Ну, давай проси, чтобы я повелела отрубить Матери-Исповеднице голову.
Ричард не знал, что это было, но что-то проснулось в его душе:
Принцесса Виолетта, стиснув зубы, со всей силой ткнула Ричарда в пах и повернула эйджил.
– Проси! Проси, чтобы я убила эту мерзкую Кэлен.
Ричард истошно завопил от боли.
Денна встала между ними и выхватила эйджил из рук принцессы.
– Довольно! Так ты убьешь его.
– Спасибо, госпожа Денна, – задыхаясь, пробормотал Ричард. Он испытывал к Денне странную симпатию – она все же выступила в его защиту.
Принцесса Виолетта сделала шаг назад, на ее лице читалась обида.
– Ну и что? Да хоть бы и так! Мне все равно.
– Ну а мне не все равно. – Голос Денны стал холодным и властным. – Он представляет собой слишком большую ценность, я не собираюсь терять его просто так.
Было очевидно, что распоряжается здесь Денна, а вовсе не принцесса и даже не королева. Ведь Денну прислал сам Даркен Рал.
Принцесса Виолетта с угрозой посмотрела на Ричарда:
– А мама сказала, что, когда Исповедница Кэлен вернется, ее ждет сюрприз. Я хочу, чтобы ты узнал об этом сейчас. Мама говорит, что к тому времени ты уже умрешь. Мама обещала предоставить мне самой решать, что делать с этой Исповедницей. Так вот. Сначала я остригу ей волосы. – Принцесса покраснела и сжала кулачки. – Потом я велю стражникам изнасиловать ее. Каждому! Потом на несколько лет посажу ее под замок, чтобы было с кем позабавиться! А потом, когда мне надоест ее мучить, я велю отрубить ей голову, посажу ее на кол и буду любоваться, как она гниет!
Ричард почувствовал, что ему жаль маленькую принцессу. Печаль обдала его горячей волной. Он с удивлением обнаружил, что вместе с этим чувством в душе его стало нарастать то неизвестное, что проснулось незадолго до этого.
Принцесса Виолетта зажмурилась и высунула язык.
Мощь проснувшейся силы взорвалась в Ричарде.
Башмак Ричарда врезался Виолетте в подбородок. Он увидел, как подбородок принцессы разлетелся на мелкие кусочки, словно брошенный наземь хрустальный бокал. Пинок подкинул принцессу в воздух. Зубы, сомкнувшись, откусили высунутый красный язык и сломались. Принцесса упала на спину. Она хотела закричать, но не могла, захлебываясь кровью.
Взгляд Денны застыл на Ричарде. На какое-то мгновение в глазах ее мелькнул страх. Ричард и сам не представлял, как ему это удалось и почему боль магии не остановила его. По лицу Денны он понял, что никак не мог этого сделать.
– Я ее предупреждал, – спокойно сказал Ричард, глядя Денне в глаза. – Обещание дано. Обещание исполнено. – Он улыбнулся: – Спасибо, госпожа Денна, что спасла мне жизнь. Я твой должник.
Какое-то мгновение Денна молча смотрела на него. Потом черты ее исказились гневом. Она решительной походкой вышла из залы. Вися в наручниках, он смотрел, как корчится на полу принцесса.
– Перевернись на живот, Виолетта, иначе захлебнешься собственной кровью. Перевернись.
Принцесса с трудом перекатилась на живот, вокруг нее растекалось красное пятно. Около принцессы суетилась набежавшая челядь. Денна молча следила за происходящим. Слуги осторожно подняли принцессу и вынесли из комнаты. Ричард слышал, как затихли вдали их взволнованные голоса.
Он остался наедине с Денной.
Изящный палец с длинным ногтем толкнул дверь. Заскрипели петли. Дверь захлопнулась. Ричард уже заметил, что в Денне есть некая странная доброта. По тому, как она применяла эйджил, Ричард научился угадывать ее настроение. Порой он чувствовал, что Денна сдерживает себя из-за какой-то непонятной, извращенной нежности. Он осознавал, что это безумие, но понимал, что временами она выражала свои чувства и тем, что принималась за него в полную силу. И еще он знал, что сегодня вечером должно случиться нечто ужасное.
Денна стояла возле двери и смотрела на него. Голос ее был мягким.
– Ты исключительная личность, Ричард Сайфер. Магистр Рал предупреждал меня. Советовал быть с тобой поосторожней. О тебе сказано в пророчествах. – Денна медленно двинулась вперед. Звук ее шагов эхом отдавался от каменных стен. Она остановилась перед Ричардом и закрыла глаза. На лбу прорезалась едва заметная морщинка. Дыхание участилось. – Это было немыслимо, – прошептала она. – Жутко возбуждает. – Глаза Денны жадно впились ему в лицо. – Я решилась, – теперь она задыхалась, – ты станешь моим супругом.
Ричард висел на цепях, беспомощный перед этим безумием. Он не знал ни того, какая сила тогда в нем проснулась, ни того, как вызвать ее снова. Он пытался пробудить эту силу, но тщетно. Денна была полностью охвачена чувством, которого он не понимал. Казалось, она призывает на помощь все свое мужество, чтобы решиться на то, чего одновременно боялась и страстно желала. Ее дыхание участилось, грудь судорожно вздымалась, она неотрывно смотрела ему в глаза. Невероятно, но Ричард впервые заметил то, что прежде скрывала маска жестокости: Денна была привлекательна. Безумно, ошеломляюще привлекательна. Он подумал, что, должно быть, сходит с ума.
Ричард как зачарованный смотрел на Денну. Она медленно зажала эйджил между зубами. По тому, как внезапно расширились ее зрачки, Ричард понял, что это причиняет ей боль. Денна побледнела, судорожно глотнула воздух и задрожала. Она схватила Ричарда за волосы, запрокинула ему голову и медленно приблизила губы к его губам. Она целовала его страстно, отчаянно, разделяя с ним боль от эйджила, который продолжала придерживать языком. В этом поцелуе было нечто первобытное. Она прогнулась в страстном порыве.
Ричард содрогнулся от муки. Денна выдыхала – он вдыхал. Выдыхал Ричард – вдыхала Денна. Он мог дышать только ее дыханием, она – только его. Боль заставила Ричарда позабыть обо всем. Она иссушала мозг. По стонам Денны он понимал, что она испытывает такую же муку. Ее руки сжались в кулаки, мышцы одеревенели. Боль охватила их обоих.
Неожиданно для себя Ричард понял, что отвечает на ее поцелуй с такой же страстью. Боль изменила его восприятие. Никого, ни одну женщину, не целовал он с такой животной страстью. Он отчаянно хотел, чтобы все это кончилось – и чтобы не кончалось никогда.
Странная сила вновь пробудилась в нем. Он попытался ухватить эту силу, вытянуть из глубин, удержать на поверхности, но сила ускользнула и исчезла.
Боль одуряла. Денна, не выпуская эйджила, вновь припала губами к его губам. Их зубы заскрипели от соприкосновения. Денна прижалась к Ричарду, обвила его тело ногами, повисла на нем. Ее крики становились все отчаяннее. Ричард жаждал обнять ее.