Первое правило волшебника
Денна трудилась над ним со странной нежностью. Так хороший хозяин моет любимую собаку. Ричард не мог держаться прямо. Он привалился к Денне, а та, продолжая сосредоточенно скрести его щеткой, не стала возражать. Ему было интересно, кто пригласил их на ужин, но он предпочел не задавать лишних вопросов.
Денна сказала сама.
– Королева Милена просила нас присоединиться к ней и ее гостям. Ты не считаешь, что это большая честь для простолюдина, а?
Он только кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
Королева Милена… Значит, они в замке королевы Милены. Ничего удивительного. Куда же еще Денна могла его отвести? Покончив с мытьем, Денна позволила ему поспать, отдохнуть перед ужином. Он заснул у ее ног.
На сей раз Денна не стала будить Ричарда при помощи эйджила, она всего лишь пнула его башмаком. Ричард чуть не разрыдался от счастья и понял, что униженно благодарит ее за доброту. Денна объяснила, как ему следует вести себя в гостях. Она пристегнет цепь к поясу, смотреть он должен только на нее, а говорить лишь в тех случаях, когда кто-нибудь сам обратится к нему. Но прежде чем открыть рот, следует сперва посмотреть на нее и получить дозволение. За стол ему сесть не разрешат, только на пол. Если Ричард будет вести себя как примерный воспитанник, может, ему даже дадут поесть.
Ричард пообещал сделать все, что она пожелает. Просто сидеть на полу… Да одно это уже казалось ему блаженством. Он не должен стоять, его не будут мучить. И, может, удастся поесть! Он сделает все, чтобы угодить Денне, чтобы не прогневить ее. Только бы она позволила его накормить!
Ричард, как в тумане, покорно плелся за Денной. Цепь ошейника была прикреплена к ее поясу, и он прилагал все усилия, чтобы держать нужную дистанцию. Наручники Денна с него сняла, но запястья покраснели, распухли и отчаянно болели. Когда они дошли до обеденной залы, Ричард уже не помнил ни одной комнаты, ни одного коридора из тех, что они миновали по пути сюда.
Денна остановилась, огляделась и стала неспешно прогуливаться по зале, время от времени останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов с нарядными придворными. Ричард не сводил глаз с ее косы. Денна явно привела прическу в порядок. Должно быть, она сделала это, пока он спал.
Ричард вдруг обнаружил, что думает о том, как прекрасны ее волосы и насколько она привлекательнее других дам, званых на королевский ужин. Он знал, что гости глазеют на него, на его меч, на то, как его водят по залу на цепи, словно ручного медведя. Ричард напомнил себе, что запер гордость в потайной комнате. А сейчас ему просто представилась возможность поесть, передохнуть и ненадолго избавиться от мучений.
Денна подошла к королеве Милене. Ричард склонился и стоял, не разгибая спины. Королева и морд-сит обменялись холодными кивками. Рядом с королевой стояла принцесса Виолетта. Ричард вспомнил, что рассказывала о принцессе Рэчел, и тут же ему пришлось устремить взгляд на косу Денны.
Усевшись за стол, Денна щелкнула пальцами и указала на пол позади себя. Ричард знал, чего она хочет, и сел на полу, скрестив ноги. Денна сидела между королевой Миленой и принцессой Виолеттой, одарившей Ричарда ледяным взглядом. Он отыскал глазами королевских советников и незаметно улыбнулся: придворного художника среди них не было. Королевский стол стоял на возвышении, но Ричард, сидя на полу, не мог как следует разглядеть гостей.
– Поскольку мяса ты не ешь, – сказала королева, обращаясь к Денне, – я велела поварам приготовить особые блюда. Специально для тебя. Надеюсь, тебе понравится. Чудесный суп, овощи, экзотические фрукты.
Денна, вежливо улыбнувшись, поблагодарила королеву. Пока она ела, слуга принес на подносе миску.
– Для моего воспитанника, – произнесла Денна, на мгновение прервав беседу.
Слуга снял миску с подноса и протянул Ричарду. Там было что-то вроде жидкой каши, но Ричарду, вцепившемуся в миску дрожащими руками, это показалось самым лучшим блюдом на свете. Он собрался осушить миску одним глотком.
– Если он твой воспитанник, – заговорила принцесса Виолетта, – почему ты разрешаешь ему так есть?
– Как?
– Ну, раз он твой воспитанник, – улыбнулась принцесса, – он должен есть без рук, с пола.
Денна усмехнулась:
– Делай, как она говорит.
– Поставь миску на пол, – велела принцесса, – и ешь, как собака, чтобы все видели. Пусть все видят, что Искатель не лучше собаки.
Ричард был слишком голоден, чтобы отказаться от еды. Он сосредоточился на мысли о косе Денны, опустил миску на пол, посмотрел на злорадно усмехавшуюся принцессу, заглянул ей в глаза и под всеобщий хохот принялся за еду. Ричард начисто вылизал миску, повторяя про себя, что сейчас главное – набраться сил.
Когда закончился ужин, в зал ввели закованного в цепи узника. Ричард узнал его: это был один из тех, кого Кэлен вызволила из темницы. Они обменялись быстрыми взглядами, в которых светились понимание и отчаяние.
Глашатай громко зачитал длинный список преступлений, вменяемых в вину заключенному. Ричард старался не слушать, он-то знал, что все это ложь. Королева повернулась к дочери:
– Быть может, принцесса желает сама вынести приговор?
Сияющая принцесса поднялась с места.
– За преступления против короны – сотня плетей. За преступления против народа – его голова.
По зале пробежал удовлетворенный шепот. Ричард почувствовал дурноту. Хотя, с другой стороны, он многое бы отдал, чтобы поменяться местами с этим человеком. Сотня плетей – ерунда, зато потом – удар топора и конец.
Опустившись на стул, принцесса повернулась к Денне:
– Я хочу посмотреть, как ты с ним управляешься.
– Заходи, когда пожелаешь, – бросила через плечо Денна. – Я дам тебе взглянуть.
Как только они вернулись, Денна, не удосужившись даже снять с него рубаху, тут же застегнула наручники и перекинула цепь через потолочный крюк. Она холодно объяснила Ричарду, что за ужином он давал слишком много воли глазам. У него екнуло сердце. Наручники снова впились в запястья. Денне с ее способностями ничего не стоило буквально за несколько минут добиться того, что он вновь покрылся потом и кровью и отчаянно закричал от боли. Она сказала, что день еще не кончился, и у них хватит времени на занятия.
Каждый раз, когда эйджил опускался ему на спину, Ричард судорожно прогибался, отрывая ноги от пола. Он молил Денну прекратить пытку, но та и не думала останавливаться. Когда Ричард в очередной раз обвис на цепи, ему почудилось, что в дверях возник чей-то силуэт.
– Мне нравится, как ты заставляешь его умолять, – сказала принцесса Виолетта.
– Подойди поближе, дорогая, я покажу тебе еще кое-что, – улыбнулась морд-сит.
Денна обняла Ричарда, прижавшись к его ранам. Она поцеловала его в ухо и прошептала:
– Покажем принцессе, как здорово ты умеешь просить, ладно?
Ричард поклялся себе, что скорее умрет, чем произнесет хоть слово, но вскоре ему пришлось забыть о клятве. Денна устроила для принцессы целое представление, демонстрируя все, на что способна, лишь бы заставить его молить о пощаде. Казалось, она гордится своими талантами.
– А можно мне попробовать? – попросила принцесса.
Денна оценивающе посмотрела на нее:
– Разумеется, дорогая. Уверена, что мой воспитанник возражать не станет. – Она улыбнулась Ричарду: – Правда?
– Прошу тебя, госпожа Денна, пожалуйста, не позволяй ей этого. Пожалуйста. Она же совсем ребенок. Я сделаю все, что ты скажешь, только не позволяй ей. Пожалуйста. Очень тебя прошу.
– Ну вот видишь, дорогая, он не против.
Денна протянула девочке эйджил.
Крутя эйджил в руках, принцесса Виолетта с усмешкой посмотрела на Ричарда. Сперва она для пробы ткнула его в бедро и страшно обрадовалась, когда он изогнулся от боли. Вдохновленная результатом принцесса принялась ходить вокруг Ричарда, время от времени дотрагиваясь до него эйджилом.
– Ой, как просто! Вот уж не думала, что можно так легко пустить кровь.