Первое правило волшебника
Перед ними возвышались величественные стены замка. Ричард никогда еще не видел вблизи таких громадных сооружений. Дворец Шоты был все же поменьше, да Ричард и не подходил к нему. Башни, башенки, балконы словно парили в вышине. Он удивлялся словам Кэлен, что это совсем незначительное королевство, и гадал, какими же должны быть замки в королевствах позначительнее.
Всадники остановились у крепостного вала, и в замок гостей препроводили пехотинцы, по шесть человек в ряд с каждой стороны. Они прошли через огромные двери с бронзовыми украшениями, после чего развернулись, пропуская вперед Мать-Исповедницу со свитой.
Гости вошли в огромную залу, отделанную черным и белым мрамором, с гладкими каменными колоннами, такими мощными, что казалось, каждую из них не обхватишь вдесятером. Колонны, украшенные витыми каменными гирляндами, поддерживали длинный ряд арок.
Ричард почувствовал себя чуть ли не карликом. На стенах висели огромные гобелены, изображавшие сцены больших сражений. Ричарду уже случалось видеть гобелены: два было у его брата. Гобелены очень нравились Ричарду, и он считал их большой роскошью. Но гобелены Майкла выглядели рядом с этими как рисунок палкой на песке рядом с картиной художника. Ричард и не думал, что на свете существуют столь величественные творения. Зедд слегка наклонился к нему и прошептал:
– Перестань таращить глаза и закрой рот.
Ричард поспешно опустил глаза и стал смотреть прямо перед собой. Наклонившись к Зедду, он шепотом спросил:
– Такие места привычны для нее?
– Мать-Исповедница не раз бывала в местах и получше.
Ричард ошеломленно замолчал.
Они подошли к великолепной лестнице. Как показалось Ричарду, на центральной площадке мог поместиться его домик и еще осталось бы место. У входа на лестницу их ждала группа людей.
Впереди стояла королева Милена, пышная дама в шелковом платье кричащей расцветки и в мантии, отделанной пестрым лисьим мехом. Волосы у королевы были такими же длинными, как у Кэлен. Ричард сперва не разглядел, что у нее на руках, но, услышав тявканье, понял, что это собачонка.
При их приближении все, кроме королевы, преклонили колени и низко поклонились. Когда они остановились, Ричард во все глаза уставился на королеву – ведь он никогда прежде не видел королев, но Зедд незаметно пихнул его ногой. Ричард опустился на колени, последовав примеру Зедда, и склонил голову. Только Кэлен и королева не встали на колени и не кланялись. Ричард решил, что они не должны кланяться друг другу.
Королева уставилась на Кэлен, которая сохраняла спокойствие и достоинство и даже не смотрела на королеву. Все молчали.
Кэлен сделала легкое движение рукой, точно подавая знак, и королева помрачнела. Выражение лица Кэлен не изменилось. Ричард подумал, что если бы сейчас кто-нибудь мигнул, то и этот звук раздался бы по всему замку. Королева передала собачку стоявшему за ее спиной придворному в светло-зеленой паре, черном трико и красно-желтых панталонах. Позади королевы была целая толпа мужчин в такой же одежде. Собачонка злобно заворчала и тяпнула придворного за руку, чего он, по возможности, постарался не заметить.
Королева опустилась перед Кэлен на колени.
Тут же рядом с ней возник молодой человек в темном с подносом в руках. Он склонился, как мог, низко, держа поднос перед королевой. Та взяла с подноса небольшое полотенце, смочила его в серебряной чаше с водой, вытерла губы и положила полотенце обратно на поднос.
После этого королева взяла руку Матери-Исповедницы и поднесла ее к губам.
– Клянусь в верности Исповедницам короной, страной и жизнью.
Ричард редко слышал, чтобы люди так гладко врали.
Кэлен наконец соблаговолила опустить взгляд на склоненную голову королевы и произнесла:
– Встань, дочь моя.
«Она действительно выше, чем королева», – подумал Ричард. Он вспомнил, как учил Кэлен ловить дичь, читать следы, копать коренья, и почувствовал, что краснеет.
Королева Милена с трудом поднялась. Она улыбнулась одними губами, глаза ее не улыбались.
– Мы не вызывали Исповедницу.
– И все же я здесь. – От голоса Кэлен могла бы замерзнуть вода.
– О, конечно, это… замечательно, просто… замечательно. – Королева тщетно пыталась изобразить на своем лице радость. – Мы устроим в вашу честь прием. Я разошлю скороходов с приглашениями. Уверена, все мои подданные почтут за честь отужинать вместе с Матерью-Исповедницей. Это такая честь. – Она указала на придворных в красно-желтых панталонах: – Это мои советники. – Те снова поклонились. – Не помню их всех по именам. – Она указала на двоих в золотых одеждах: – Это Силас Танник и Брандин Гаддинг, главные королевские советники. – Те поклонились. – Это мой министр финансов статс-секретарь Рондел, а это мой астролог, придворная дама…
Ричард не обнаружил среди королевской свиты волшебника в серебряном балахоне.
Королева махнула рукой в сторону стоявшего позади скромно одетого мужчины.
– А это Джеймс, мой придворный художник.
Ричард успел заметить, как напрягся Зедд. Джеймс поглядел на Кэлен глазами распутника и слегка поклонился. Ричард обратил внимание, что у него нет правой руки. Увидев, как он улыбается, Ричард инстинктивно схватился за меч, прежде чем сообразил, что он делает. Не глядя на Ричарда, Зедд схватил его руку и убрал ее с рукояти. Ричард оглянулся: не видел ли кто. Никто не видел. Все смотрели на Мать-Исповедницу.
Теперь Кэлен стала представлять свою свиту:
– Зеддикус Зорандер, гадатель по облакам, доверенное лицо Матери-Исповедницы. – Зедд картинно поклонился. – Ричард Сайфер, Искатель Истины, защитник Матери-Исповедницы.
Королева с кислой миной посмотрела на Ричарда.
– Прекрасная защита для Матери-Исповедницы.
Ричард никак не отреагировал на ее слова. Лицо Кэлен оставалось невозмутимым.
– Это разящий меч. Дело не в том, в чьих руках он находится. Голова Искателя может быть не очень сильной, но руки его сильны достаточно. Правда, он слишком любит пускать меч в ход.
Королева, кажется, не очень поверила ее словам. В это время по лестнице неторопливо спустилась девочка, одетая в розовое атласное платье и увешанная украшениями, явно предназначенными для взрослой женщины. Волосы ее были длинными.
Не поклонившись Кэлен, девочка стала рядом с королевой.
– Моя дочь принцесса Виолетта. Виолетта, деточка, это Мать-Исповедница.
Принцесса Виолетта недовольно посмотрела на Кэлен:
– У тебя слишком длинные волосы. Пожалуй, тебе следует их постричь.
Ричард поймал чуть заметную довольную улыбку на лице королевы и решил, что пора бы опять заставить ее беспокоиться.
Он обнажил Меч Истины, и лязг клинка прозвучал громче обычного в каменных стенах. Ричард поднес меч почти к самому лицу принцессы, дав волю гневу ради большего устрашения.
– Поклонись Матери-Исповеднице, – прошипел он, – или умрешь!
Зедд выглядел слегка раздраженным. Кэлен спокойно ждала. Никогда еще Ричард не видел таких широко открытых глаз, как глаза принцессы, смотревшей на острие меча. Она опустилась на колени и склонила голову. Вставая, она все еще смотрела на Ричарда, словно спрашивая, все ли она сделала правильно.
Ричард зло усмехнулся:
– И попридержи язык, не то в следующий раз я его отрежу.
Принцесса молча кивнула и вернулась к матери, став как можно дальше от них.
Ричард вложил меч в ножны, низко поклонился Кэлен, которая даже не удостоила его взглядом, и вернулся на место.
Демонстрация эта произвела на королеву должное впечатление, голос ее сразу стал ласковым и приятным.
– Как я уже говорила, я чрезвычайно рада вас видеть. Сейчас мы проводим вас в наши лучшие покои. Вы, должно быть, устали с дороги. Может быть, вы захотите отдохнуть перед ужином. А после ужина мы с вами сможем долго и приятно…
Кэлен перебила королеву:
– Я здесь не для того, чтобы есть. Я желаю осмотреть темницу.
– Темницу? – Королева поморщилась. – Там очень грязно. Вы уверены, что не предпочли бы…