Демонология по Волкову. Сноходцы

Она сделала шаг назад, запнулась за что-то и упала. Лежа на холодном каменном полу, Алиса судорожно пыталась найти хоть какой-то ориентир. Но ничего, кроме мрака, вокруг не было.
Только орган, гулкий, как биение чужого сердца.
Телефон! Ей нужен телефон! Пусть не горит фонарь, но в телефоне совершенно точно было достаточно заряда.
Втайне ожидая, что его не окажется в кармане, как тогда в пещере, когда Леон пытался связаться с духом мистера Оливера, Алиса принялась хлопать себя по бокам и почти сразу почувствовала его в кармане куртки. Быстро вытащив аппарат, Алиса зажгла экран и отвернула от себя. Дисплей подстроился под отсутствие освещения и светил неярко, поэтому Алиса видела лишь ближайшее пространство вокруг себя, и рядом с ней никого не оказалось. Внезапно она поняла, что звука органа тоже больше не слышит.
  
Медленно сев, Алиса включила в телефоне фонарик и осмотрелась уже внимательнее. Вокруг нее были те же развалины, что она видела накануне вечером. Потемневшие от копоти стены, сломанный крест за алтарем, пустые скамейки, валяющиеся под ногами осколки статуй и молитвенники. Никаких людей с лицами-масками, никакого священника. Фрески на стенах снова обрели прежний вид, уже не пугали так сильно.
Алиса поднялась на ноги, по-прежнему светя телефоном в разные стороны. Сердце постепенно успокаивалось, и она пропустила тот момент, когда все снова изменилось. Яркий свет ударил по глазам, особенно громкий аккорд органа оглушил, заставил потеряться в пространстве. Но людей больше не было. Только орган и свечи.
– Да что тут, вашу мать, происходит?! – не сдержалась она, и будто на звук ее голоса откуда-то со стороны алтаря вылетело что-то большое.
И оно непременно попало бы Алисе в голову, если бы в этот момент словно из ниоткуда не появился Леон и не закрыл ее собой. Предмет, оказавшийся куском статуи, ударил его по лицу и упал на пол, разбившись на еще более мелкие осколки.
– Не делай резких движений, – попросил Леон, стирая ладонью кровь с разбитой губы.
Кончиком языка прошелся по зубам, проверяя, все ли целы. Повезло: ни один не выбит, хотя удар куском гипса был очень ощутимым, даже в голове зашумело.
– Где ты был все это время? – зло зашипела Алиса. – Меня тут чуть не растерзали!
– Надо было проверить кое-что, – отозвался Леон. – Идем за мной, только очень медленно.
Алиса больше не стала ничего спрашивать, сунула телефон в карман, перехватила бесполезный фонарь и направилась за Леоном, стараясь двигаться как можно плавнее. Стоило ей только сделать чуть более резкий шаг, как предметы на полу начинали подрагивать, готовые вот-вот сорваться с места и снова напасть. Изображения на стенах хоть и перестали быть такими пугающими, но теперь, казалось, следили за каждым шагом чужаков.
Чем глубже они уходили в недра старых развалин, тем хуже чувствовала себя Алиса. Ноги дрожали, каждый шаг давался ей с трудом, сердце гулко билось о ребра, подстраиваясь под тревожную мелодию органа, к горлу подкатывала тошнота. Алиса смотрела в спину Леона, понимая удивительную вещь: это ему должно быть плохо в церкви, а не ей. Но, похоже, здесь он чувствует себя абсолютно нормально. А значит, от святости этого здания уже не осталось ни следа. Демонам сейчас здесь самое место.
Наконец они добрались до стены, и Леон приоткрыл маленькую деревянную дверцу. Даже Алисе пришлось пригнуть голову, чтобы пройти в нее. Сразу за дверцей начиналась каменная лестница, уходящая вниз. Алиса остановилась, почему-то не решаясь спускаться. Казалось, крутые ступеньки ведут прямо в преисподнюю.
Мелькнула вдруг дурацкая мысль, что все это могло быть подстроено. Сейчас Алиса спустится вниз, а там ее уже ждет подготовленный ритуал и Падальщики, жаждущие крови. Конечно, в этом случае было глупо ночевать в гостинице, проще было бы найти лестницу уже вчера, но кто знает, что в голове у Леона? Он устроил спектакль с собеседованием, чтобы никто не догадался, что на роль помощницы он рассматривает только ее, может, это тоже было очередным актом спектакля.
Нет, глупости. Она ведь сама вчера согласилась на ритуал, он мог бы просто воспользоваться ее состоянием, безо всяких представлений.
– Не тормози, – раздался сверху голос Леона.
Алиса осторожно ступила вниз, держась раскрытой ладонью за каменную стену.
– Что там? – спросила она.
– Крипта.
– Крипта?
– Это помещение под главным залом в католических костелах, где обычно хоронят всяких важных лиц. Я видел ее во сне.
Значит, вот куда он исчез. Ходил проверять эту свою крипту.
– И что там?
– Сейчас сама увидишь.
Алиса сосредоточилась на крутых ступеньках, ориентируясь на свет фонаря Леона. Они оба отбрасывали длинные тени, искривляющиеся на толстых стенах, и Алиса не могла отделаться от мысли, что сзади за ней кто-то чужой, хищный. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что старается не разглядывать тень Леона, боясь увидеть лишнее. Благо ступеньки наконец закончились, и они оказались в небольшом низком зале. Ее собственный фонарь вдруг мигнул и зажегся. Что ж, уже легче.
Пол в крипте оказался земляным, а вот стены и арочный потолок – каменными. Несколько массивных колонн поддерживали свод и делили пространство на части. Потолок был таким низким, что давил на психику почти физически. В некоторых особо низких местах Леону приходилось пригибаться, и даже Алиса чувствовала, как касается волосами холодного камня. Церковь будто гладила ее, и от этих прикосновений мороз бежал по коже. В конце концов Алиса не выдержала и накинула на голову капюшон.
Крипта была пустой. Если здесь кого-то и собирались хоронить, то до этого дело не дошло. Или же саркофаги были по какой-то причине вынесены отсюда. На каменных стенах кое-где сохранились остатки краски, должно быть, когда-то рисунки были и здесь. У одной из колонн валялась старая табличка, но надпись разобрать было уже невозможно. В этот низкий темный склеп не доносились звуки органа, но Алисе казалось, что она чувствует вибрацию, идущую по стенам.
Ладно, как минимум приносить ее в жертву здесь вроде бы никто не собирается.
Пока Алиса разглядывала тесный зал, Леон обогнал ее и направился в дальний угол. Там явно что-то было, поэтому Алисе ничего не оставалось, как последовать за ним.
Оказалось, за массивной колонной спрятался небольшой каменный постамент. На нем не было ни единой надписи, зато сверху стоял деревянный ящик. Он давно рассохся, между деревяшками появились щели, через которые можно было разглядеть небольшую книжечку в черной обложке, хранящуюся внутри.
– Попробуй открыть, – попросил Леон, поднимая фонарь над постаментом.
Алиса подошла ближе, вытянула руку. За мгновение до того, как она коснулась ящика, что-то внутри прошептало ей, что это плохая идея. Предупредило, но остановить не успело. Алиса коснулась рукой шершавой поверхности, и то же мгновение ее оглушило громким звуком, будто кто-то ударил в массивный колокол в тот момент, когда она засунула в него голову. Алиса даже не почувствовала, как упала. В голове шумело, перед глазами расплывались разноцветные круги, а сердце, казалось, разорвало грудную клетку и теперь билось снаружи. Когда она снова обрела способность видеть, разглядела склонившегося над ней Леона. Он протянул ей руку, помог подняться.
– Значит, ты тоже не можешь, – загадочно произнес он.
– Тоже? – уточнила Алиса, трогая руками голову. Ей казалось, что та могла запросто развалиться надвое. – Ты уже пробовал?
Леон кивнул.
– Эффект был такой же, как у тебя. И у меня есть два варианта. Первый, плохой: здесь стоит какая-то защита вообще от всех людей. И на взлом этой защиты мы потратим много времени, которого у нас нет. Второй, хороший: это защита от тьмы. Поэтому те, в ком есть тьма, не могут открыть ящик.
  
– Во мне нет тьмы, – заметила Алиса. – Прошло уже достаточно времени с тех пор, как я ее забирала у тебя.
– Однако она навсегда оставила в тебе свой след, изменила тебя. Если здесь хорошая защита, этого достаточно. Нам остается подождать Диму. Возможно, он сможет открыть ящик.