Ван Ван из Чайны 3 (СИ)

Дверной звонок раздражающе ввинтился в уши и вырвал меня из чудесного сна о русском лесе. Снова сон не мой, но насколько же приятно было его смотреть! Душа словно наполнилась добром и светом, и даже незваный утренний гость не смог этому помешать.
По пути к двери я успел выключить будильник в смартфоне — меньше минуты до его срабатывания осталось, гость не такой уж и «утренний» — и узрел на экране оснащенного камерой дверного глазка рожу Фэй Го. Ну да, тренер Ло бы раньше будильника не пришел, даже на минуту — он вообще-то сам за мой режим ответственен.
  
— Доброе! — вполне радушно поприветствовал я телохранителя.
— Привет, — поздоровался он и протянул бумажку. — Чтобы ты не переживал, — добавил объяснений.
— «Двести пятьдесят тысяч американских долларов — премия Ван Вану, студенту первого года обучения университета Цинхуа», — прочитал я. — Подписи и печати партийные.
— Премия не от университета, а от Партии, — кивнул Фэй Го. — Заслужил.
— Заслужил значит заслужил, — зевнув, выбросил я содержимое конверта из головы.
Взрослым и опытным деятелям всяко виднее.
— Увидимся, — махнул рукой телохранитель и свалил, а я отправился приводить себя в порядок и одеваться к утренней тренировке.
День обещал быть хорошим — солнышко в кои-то веки решило спрятаться за тучками, а не обрушивать на Поднебесную раскаленные лучи. Жара от этого никуда не делась, но и на том спасибо.
Тренировка прошла как положено — мы с Шу Жу постукали по мячику, потом я немного позанимался на тренажерах в компании уже почти переформатировавшегося из жирдяя в качка Ли. Тренер Ло удовлетворенно покивал на пропотевшего меня и вынес вердикт:
— Два свободных часа у тебя сегодня будет, но один на один с почти незнакомой бабой тебе нельзя.
— Почему? — удивился я.
— Потому что если оставить тебя без присмотра, ты что-нибудь натворишь, — почти обидно ответил Ло Канг. — Попроси Ли и его невесту составить вам компанию — их отношения станут для тебя хорошим примером.
— А? — удивился Ли. — А мы здесь причем?
— Так-то да, надо бы с твоей невестой познакомиться — тебе с ней жить, — смирился я.
— Ладно, — пожал он плечами.
Главное — чтобы обошлось без ревности и непоняток, потому что портить другу и без того специфическую личную жизнь я не хочу.
Назначив время встречи, мы разбежались — Ли завтракает в компании невесты, а я — со стариной Ло Кангом, Шу Жу и Фэй Го.
— Знакомься — Догбуа Бинси, моя… — Ли замялся, но совладал с собой и уверенно продолжил. — Моя невеста.
— Ван Ван, очень приятно, — с улыбкой представился я. — Саватдикрап, — сразу выдал весь свой запас тайского языка из одного слова, зато снабженного правильным тайским приветственным поклоном.
— Саватдика! — обрадовалась Бинси, отвесив ответный поклон и что-то спросив по-тайски.
Я посмотрел на Ли, и он перевел:
— Ты знаешь тайский? — после чего сам ответил невесте на китайском. — Ван знает только китайский, русский и английский.
Девушка была очень миленькой — карие, большие для азиатки глаза, смуглая кожа, которая едва ли бы порадовала среднестатистического китайца, но я таким стереотипам не подвержен. Густая черная шевелюра была подстрижена под каре, высокая грудь второго размера была упакована в светлое скромное платье, всем видом говорящее о том, что Бинси у нас играет скромняшку. Дополнялся образ легкими кедами и брелком с японским персонажем Дораэмоном на светлой, в тон платью, сумочке с логотипом «Гермес».
Причина, по которой Ли не смог дальше избегать нашего с его невестой знакомства проста — тренер Ло и Фэй Го выделили мне пару часов свободного времени под условие, что кроме нас с Катей в караоке пойдет кто-то еще. Немного почесав репу, я не без грусти понял, что кроме Ли мне в таком деликаатном времени положиться не на кого и попросил составить компанию. Младший Хуэй проявил понимание, и вот мы здесь — в фойе общежития, знакомимся и идем к выходу, где нас ждет Фэй Го, который будет возить нас на машине, не давая фанатам добраться до драгоценного меня.
«Через минут семь будем», — предупредил я Катю сообщением, и мы пошли грузиться в «Хавал».
Бесследно наш выход не прошел — около общаги образовалась охраняемая службой безопасности кампуса от самой себя толпа человек на двести, которая дежурит с понятной целью — дождаться Вана и подвергнуть его фотографированию.
— В будущем будем пользоваться разными выходами, — пообещал оценивший обстановку Фэй Го и принялся аккуратно расталкивать народ, организовывая для нас проход.
— Извините, сейчас нет времени. Извините, мы очень спешим. В другой раз я с радостью с вами сфотографируюсь, — бубнил я расстроенным фанатам, а они на пофиг фотографировались на фоне меня и снимали наше путешествие от крыльца до машины на видео.
— А лучше выбью место на подземной парковке, — решил Фэй Го, когда двери автомобиля отрезали нас от фанатов.
— Согласен, — без нужды выразил я свое мнение.
Все равно меня не спрашивают.
— Так интересно! — поделилась впечатлениями Бинси. — На меня никогда не глазело столько людей!
— Они смотрели не на тебя, — бессердечно поправил ее Ли.
На виске улыбающейся тайки дернулась жилка, но более ничем она своего недовольства не выдала:
— Я просто пошутила, глупый жених!
— Ладно, извини, — буркнул друг.
Ощущает неловкость, но как еще может быть в ситуации, когда с первой встречи знаешь, что вот эта особа — твоя будущая жена?
  
Глава 11
 
Караоке-баров на кампусе много — популярная штука — поэтому, в силу чисто капиталистической конкуренции, их держателям приходится конкурировать между собой. В частности — вкладываться в музыкальные библиотеки, превратив их в форменный интернационал, и предлагать поделки с собственной кухни.
Я как-то привык к морепродуктам, а Катя — считай русская, поэтому я без промедлений заказал суши. Ли, рожа которого отчего-то далека от радостного выражения, решил выпендриться и заказал пиццу с ветчиной, ананасами и сырным бортиком. Суши дешевле раза в два — они считаются азиатской едой, а она на всем кампусе дешевле еды западной.
Библиотека песен меня несколько разочаровала — из русскоязычного были представлены в основном песни периода СССР. В основном — военной тематики и «саундтреки» к кинохитам. Казалось бы — отношения между соседями по карте в те времена были гораздо хуже нынешних (почти до войны), но «новых» песен в каталоге было прискорбно мало. Но мне-то что? Пусть у специально уполномоченных людей на счет «мягкой силы» голова болит, я-то гражданин КНР.
Первой песню выбрала Бинси, исполнив какой-то поп-хит на тайском. Мы с Катей к этому времени умяли часть суши, и девушка потянулась к пицце, взяв рукой кусочек — как это и принято в «белых» странах. Ли с превосходством посмотрел на нее и подцепил кусочек кусочка палочками, чем продемонстрировал владение китайским способом поедания пиццы.
Кажется, понимаю. Ну-ка проверка… Ага, друг недовольно игранул желваками на то, что я тоже взял кусок пиццы рукой. То, чего я боялся — ревность. Правда боялся я не такой ревности, а попроще — приревнует будущую супругу ко мне, а оно оказалось не так — Ли ревнует меня к Кате.
Классическое «понять можно»: она, как ни крути, для него чужая, а еще, в глазах нормальных китайцев, бесперспективная — из нищей семьи, из чужой страны, и при этом «старая». Да и жизнь в России наложила на друга отпечаток — там «нас на бабу променял» вообще один из наглухо вшитых в культурный код моментов.
Понять, конечно, можно, но почему всех вокруг обязан понимать только я, а остальные так себя не утруждают? Нечестно и обидно! Не столь хорошо знающая Ли Катя ожидаемо никакого негатива не замечала:
  
— Ананасы с ветчиной — это очень вкусно! У нас рядом с домом пиццерия есть, я там часто кусочек на вынос покупала. А мама моя вообще пиццу не ела — говорила, что кто осетинский пирог хоть раз в жизни попробует, больше ни на какую пиццу не посмотрит.