"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Вечером Павел снова налил себе рюмку. На этот раз он не стал пить залпом. Он долго смотрел на янтарную жидкость, словно пытаясь найти в ней ответы на свои вопросы. Почему так получилось? Почему жизнь так несправедлива? Он сделал маленький глоток, обжигающий горло, и поставил рюмку на стол.
Внезапно в дверь позвонили. Павел удивлённо посмотрел на часы. Кого могло принести в такое время? Он открыл дверь и увидел на пороге соседку, старушку Анну Петровну. Она протянула ему небольшую коробку.
  
--Это вам, Павел. Бабушка ваша просила передать, если с ней что случится.
Павел взял коробку дрожащими руками. На крышке было написано: "Для Павлуши". Он закрыл дверь и прижался спиной к стене. Слёзы текли по его щекам, смешиваясь с горечью утраты и внезапной надеждой.
  
Глава 3
 
Глава 3
Он не стал пока открывать коробку, решив это сделать позже. Он морально не был готов к тому,что возможно увидит или прочитает там. Он почему-то был абсолютно уверен,что бабушка написала ему какое-нибудь трогательное письмо и вложила туда с может быть какими-то вещами. Поэтому он с головой окунулся в заботы. Следующие пару недель пролетели незаметно. На работе было много заказов, он часто поздно приходил к себе в общежитие и практически сразу засыпал. К исходу второй недели решил, что память бабули он почтил, пора что-то решать с квартирой. Жить в семейной общаге было не очень удобно, поэтому необходимо было начать делать ремонт в унаследованном жилье и переселяться туда. Но для начала было необходимо освободить квартиру от старого хлама. Этому мероприятию он решил посвятить выходные. С утра пораньше начал наведение порядка с бывшей своей детской комнаты. Вещи он делил на три кучи: нужные, возможно ещё пригодятся и хлам— какой можно выбросить без сожаления. Старую мебель пока он не купит новую решил не трогать, но древний платяной шкаф стоящий в его комнате необходимо было разобрать и вынести на мусорку одним из первых, при ремонте в будущем он будет сильно мешать. Внутри него на тремпелях висели старые бабушкины платья какие она давно уже не носила, а на полках его подростковая одежда, постельное бельё, какие-то вещи, занавески и просто куски порватых на тряпки ткани. Вытащив всё и сложив на столе, он решил отсортировать их после того, как разломает шкаф. Внутри тот пах как-то особенно, было в этом запахе, что-то знакомое из детства. Он провёл ладонью по закруглённым его углам мысленно отдав дань уважения мастерам какие изготовили его в то время. Старые платяные шкафы для одежды делались из дерева, поэтому могли простоять не один десяток лет. Отодвинув его чуть в сторону на центр комнаты, чтобы удобнее было разбирать, он внезапно заметил в стене к какой был прислонён шкаф, встроенную массивную деревянную дверь обитую листовым железом с большим железным кольцом вместо ручки и ржавым запором какой закрывал её.
Павел легонько постучал ладонью по двери, она отозвалась тихим эхом с той стороны, значит за ней была пустота.
“Странно!”— Подумал он про себя — Он столько лет прожил здесь, много раз залазил в детстве в этот шкаф представляя себе, что он то внутри космического корабля, то едет на поезде, то просто хотелось побыть одному в тишине слушая тихое поскрипывание старого дерева и вдыхая устоявшийся запах старости внутри, но даже подумать не мог, что за шкафом есть дверь ведущая куда-то наружу. “Возможно это была когда-то кладовка, дом то старый ещё, а после за ненадобностью её закрыли и задвинули шкафом. Но всё одно странно, такую полезную площадь, как кладовка не использовать… А может тут был, что-то вроде чёрного хода на улицу? Или аварийный выход на случай пожара?”В любом случае он не знал о нём и ни родители, ни бабушка никогда не рассказывали про наличие этой двери. Может они и не знали вовсе о ней?— Павел присел на низкий деревянный табурет и задумчиво закурил сигарету, одной рукой попытался открыть засов на двери, но тот так заржавел, что чтобы его теперь сдвинуть с места, нужно будет выбивать молотком и зубилом. Он потушил недокуренную сигарету, в нём закипел дух авантюриста, его воображение уже рисовало, что за этой дверью с той стороны спрятаны несметные сокровища какие прежние жильцы этого дома хранили там, а после не смогли вернуться за ними, или какие-то редкие картины, или…— Он усмехнулся про себя и наставив зубило на край засова начал молотком бить по нему. Стальная шина очень медленно и нехотя начала сдвигаться с места, ему удалось выбить её из удерживающих скоб и дверь ничего больше не удерживало.
С силой потянул за кольцо, дверь с жутким скрипом открылась наполовину и дальше открываться не хотела, железные кованые петли требовали смазки, в нос ударил застоявшийся запах сырости и затхлости, появившегося проёма было достаточно, чтобы в него он смог протиснуться, но внутри было темно и ничего не видно, вытянутая насколько можно вперёд рука тонула во мраке и не находила опоры, значит здесь был проход и довольно глубокий, потому что лёгкий поток тёплого воздуха доносился откуда-то из глубины. Он пошарил в столе и комоде, в поисках фонаря, но ничего не нашёл, вспомнил про фонарик на мобильном,включил его и смело шагнул в проём стены.
Внутри стена была выложена из красного кирпича, под ногами валялись обрывки старых газет и какой-то хлам, и к сожалению никаких сокровищ Али-Бабы какие так красочно нарисовала его воображение. Шириной коридор был достаточным, чтобы в нём мог пройти человек, но выпрямиться не получалось из-за невысокого потолка. Он пытался разглядеть, что в конце, но рассеянного света его фонарика явно было недостаточно, пройдя ещё вперёд заметил, что в одном месте свет стал искажаться, а сама рука держащая телефон начала словно качаться на волнах в воздухе. Он преодолев внутреннюю не решимость смело шагнул дальше, на пару секунд показалось, что он внутри какого-то желе, появилось чувство тошноты, но тут же пропало. Конец коридора знаменовала обычная железная дверь с приваренной к ней ручкой. С силой толкнул её от себя, она поддалась без особых усилий, за ней было плохо освещённое округлое помещение по периметру которого расположились ещё двери имеющие овальную форму на каких через трафарет были набиты надписи: “Сан.узел”, “Компрессоры очистки воды”, “Помещение для людей”. Он вошёл внутрь и осмотрелся. С виду это помещение было похоже на бомбоубежище— на это указывали надписи на дверях, здесь явно местная пацанва время от времени бывали, потому что на нескольких стенах были чёрной аэрозольной краской нарисованы сердечки пронзённые стрелой, снизу надпись на английском “Love”, “Валя + Рома= Любовь”. Павел про себя хмыкнул, похоже некие Валя с Ромой тут любовь крутили, (надеюсь они не были одного хоть пола), на полу лежал старый ватный матрас и такое же одеяло. На поверхность бомбоубежища вела широкая сваренная железная лестница какая упиралась в квадратный люк в земле сваренный из листового металла. Он без труда поднял его и выглянул наружу: он не ошибся это было стандартное бомбоубежище какие возводили возле жилых домов— представляло собой сверху земляную насыпь заросшую зелёной травой, а сам люк трудно было увидеть с дороги из-за густой поросли вокруг.
Он полностью вылез наружу и осмотрелся, считая что этот коридор вывел его куда-то на соседнюю улицу. Вокруг были старые 5 этажные “сталинки” выполненные из красного кирпича, во дворах стояло несколько припаркованных “Жигулей” и “Волга”— Павел ещё удивился, что у кого-то до сих пор сохранились эти марки да ещё в таком идеальном состоянии. Он спустился на дорогу осматриваясь по сторонам. Светило ярко солнце, день был чудесным, на пустыре детвора играла в футбол, на детской площадке малышня лепила из песка куличи, а возле подъездов дома на скамеечках сидела армия бабушек грозно провожая взглядами всех входящих и выходящих из подъезда попутно обсуждая между собой во что одевается сейчас современная молодёжь.
  
Павел не мог понять, вроде вокруг всё знакомо и одновременно чужое. Не мог же он через тот тоннель попасть в другой район города?! Но факт был фактом, он точно видел, что это двор и дома ему вполне знакомы, но внутренний голос вопил, что он не у себя на районе. Обошёл одно из строений вокруг, чтобы прочитать название улицы, увидел на тыльной стороне здания огромный транспарант, где был изображён брутальный мужик с поднятой мускулистой рукой рукой, одетый в рабочую спецовку и строительный шлем на голове, а надпись ниже гордо гласила: