Ненавижу тебя (ЛП)

— Садись. Я разберусь с этим.
— Но я могу помочь.
— Все в порядке. Я хочу, чтобы ты расслабилась.
Приподнявшись на носочках, Сиенна чмокнула меня в щеку.
— Спасибо, — пробормотала она, проводя кончиком пальца по моей челюсти.
От этого простого прикосновения у меня по спине побежали мурашки. Если бы у меня была сила заставить весь остальной мир исчезнуть, чтобы остались только мы, я бы сделал это. Все, что мне было нужно, — это она.
  
Ее глаза.
Ее лицо.
Ее губы.
Ее улыбка.
Ничто не могло сравниться с ней, и ничто никогда не сравнится. Я был так влюблен в эту женщину, она поглотила меня своими мириадами потрясений и эмоций.
Мой взгляд остановился на ее талии, когда она направилась к кожаному дивану, покачивая бедрами. При каждом шаге рубашка, которая была на ней, приоткрывала мне вид на округлую попку. Я не думал, что она когда-либо выглядела так сексуально, одетая только в мою белую футболку «Леви». А осознание того, что я могу получить Сиенну в любое время, когда захочу, дурманило мне голову, ведь теперь я хотел ее все время, черт возьми.
Сиенна села на диван и положила руку на живот, внезапно побледнев, как призрак.
— Эй, ты в порядке?
— Кажется, меня сейчас вырвет, — поморщилась она.
В следующую секунду Сиенна бросилась через всю комнату, прикрыв рот рукой.
— Сиенна, что…
Дверь ванной захлопнулась, и я услышал звуки ее рвоты.
— Сиенна, ты в порядке? — Я повернул ручку двери.
— Пожалуйста, не заходи сюда.
Я замер.
— Но тебе плохо. Позволь мне помочь.
— Не входи сюда, Ной. Я не хочу, чтобы ты видел меня в таком состоянии.
— К черту это дерьмо!
Я ворвался внутрь и бросился к тому месту, где она сидела, сгорбившись над унитазом.
— Что только что произошло?
Я собрал ее волосы в кулак и убрал их с лица. Ее тело напряглось, и спина выгнулась в очередном приступе рвоты. После окончания приступа Сиенна протянула руку, схватила кусок туалетной бумаги и вытерла рот.
— Я же просила тебя не входить.
— Ты больна. Я не собираюсь сидеть и просто смотреть на это.
— Я в порядке. — Сиенна откинулась назад, ее лицо было очень бледным. Глаза слезились, и она продолжала держаться за живот. — Кажется, я переборщила с блинчиками.
Я нахмурился.
— Ты уверена, что дело только в этом?
— Наверное, было слишком много сахара.
Я помог ей подняться и внимательно наблюдал за ней, пока она полоскала рот. Сначала Сиенна настаивала на том, чтобы идти самостоятельно, но после первого шага и приступа головокружения я подхватил ее на руки и понес в постель.
— У меня в сумке есть «Зофран». Я принесу тебе.
Она протянула руку и схватила меня за запястье.
— Нет. Я в порядке.
— Просто прими чертово лекарство, Сиенна.
— Я же сказала, что я в порядке.
Сиенна отпустила мое запястье и повернулась на бок.
— Мне просто нужно поспать.
Когда я дотронулся до плеча Сиенны, ее кожа показалась мне липкой.
— Ты уверена?
— Да. Просто дай мне час или два.
— Хорошо. Но если тебе снова станет хуже, я буду прямо за дверью.
Сиенна кивнула, не глядя в мою сторону, и, когда она повернулась ко мне спиной, у меня возникло стойкое ощущение, что она пытается от меня отгородиться. Мне это не понравилось. Мне это совсем не понравилось.
Я закрыл за собой дверь и начал убираться на кухне, но все это время мои мысли крутились вокруг Сиенны. Я все еще не мог избавиться от ощущения, что с ней что-то не так, и я пытался понять, что именно.
Погруженный в свои мысли, я прибрался во всем чертовом доме. Я осознал, что прошло уже два часа, только когда Сиенна вышла из комнаты. Ее щеки снова приобрели легкий румянец.
Я подошел и положил тыльную сторону ладони ей на лоб.
— Тебе лучше?
— Намного. — Сиенна улыбнулась, но улыбка не достигла ее глаз. — Я же говорила, что мне надо всего лишь поспать.
— Ага, но если тебя снова вырвет, я сам засуну этот чертов «Зофран» тебе в горло.
Она села на диван, скрестив руки.
— Я в порядке. Я просто пока воздержусь от блинчиков.
— А я-то думал, что смогу кормить тебя ими на обед и ужин, — ухмыльнулся я, и Сиенна захихикала. Я сел рядом с ней, обхватил ее ноги и положил их себе на колени.
Сиенна откинулась назад, ее волосы были в идеальном беспорядке.
— Итак, каков план, Ной?
— Что ты имеешь в виду?
— Мы не можем просто оставаться здесь до конца наших дней.
Я заерзал на месте. Это был не тот разговор, который я хотел сейчас вести. Не только сейчас, да и когда-либо.
— Почему бы и нет? Я могу представить, как мы будем жить здесь вечно.
— Ну, да, конечно.
Она прошлась взглядом по каждому сантиметру пространства, вбирая в себя богатый декор и вид высоких бревенчатых потолков.
— Мы, конечно, можем. Но я говорю серьезно.
Наши взгляды встретились.
— Что нам делать дальше? И есть ли вообще это «мы»?
Дрожь пробежала по ее коже, когда я провел кончиками пальцев по ее ногам.
— Я не думаю, что смогу снова оставить тебя. — Это была гребаная правда. — Но ты же знаешь, что все не так просто.
— Поверь мне, я знаю.
Это проскользнуло снова. Тот намек, который дал мне понять, что с ней что-то не так. Или, может быть, что-то, о чем Сиенна мне не говорит. Я чувствовал это нутром, ощущал, как в затылке у меня предупреждающе покалывает. Но после нашего совместного утреннего завтрака, после того как я снова услышал ее смех и смог просто побыть с ней, я не хотел, чтобы это заканчивалось. Я хотел провести с Сиенной хотя бы один нормальный спокойный день. Один день, когда мы могли бы притвориться, что у нас нет на хвосте кровожадных ублюдков. Один день, когда мы могли бы просто побыть вдвоем.
— Ной, — начала Сиенна мягким, почти осторожным голосом. — Мне нужно сказать тебе…
— Тебе уже лучше, да? — прервал я, обхватив пальцами ее лодыжку.
— Да.
— Хорошо. Как насчет того, чтобы на остаток дня забыть обо всем?
— Что? — нахмурилась она.
— Только сегодня. Всего на несколько гребаных часов. А завтра мы сможем поговорить обо всем и снова начать волноваться.
Я схватил Сиенну за руку и притянул к себе. Она оседлала меня, и я убрал несколько рыжих локонов с ее лица.
— Давай притворимся, что этот мир принадлежит нам и только нам.
Глава 16
Сиенна
Слова вертелись у меня на языке. Я была в нескольких шагах от того, чтобы сказать это. В нескольких шагах от того, чтобы изменить его жизнь, как две крошечные розовые полоски изменили мою. Но я хотела этого дня, когда будем только мы, так же сильно, как и Ной. Дня, когда я смогу забыть о боли, тоске и страхе. Забыть о том, что завтра все изменится.
Я заслужила это, не так ли? Сколько ночей я плакала, сколько дней я сидела в своей комнате и мечтала, чтобы мир просто закончился. Сколько часов я задавалась вопросом, где он, и чувствовала, как мое тело умирает без него.
Я заслужила всего один день.
Всего один гребаный день.
Дождь барабанил в окно, а ледяной ветер свистел в кронах деревьев. Потрескивание пламени в камине и ощущение рук Ноя, обнимающих меня, казались почти идеальными. Это было все, о чем я мечтала, когда мы были в разлуке, — провести с ним такой день, как этот.
Мой желудок успокоился после утреннего приступа тошноты. Это был мой первый случай токсикоза, и он пришел без предупреждения. Я все еще ощущала во рту вкус сиропа, когда мой желудок скрутило. Эти чертовски вкусные блинчики пропали зря.
Я молилась, чтобы тошнота не вернулась с новой силой, ведь Ной ясно дал понять, что запихнет мне в глотку «Зофран», если меня снова вырвет. Мне бы не хотелось рассказывать Ною о беременности во время ссоры из-за лекарства от тошноты.
Мы провели весь день, нежась в тепле и уютно устроившись под одеялами. Ной казался более спокойным и менее озабоченным. Но я заметила, как время от времени в его глазах вспыхивало беспокойство, особенно когда мы делили моменты молчаливой привязанности. Я смеялась, а Ной просто смотрел на меня, заправляя выбившийся локон мне за ухо и проводя пальцами по моим волосам.