Ненавижу тебя (ЛП)

Ее щеки вспыхнули, и Сиенна поджала губы и оглядывала дом, игнорируя зрительный контакт со мной.
— Чей это дом?
— Друга.
— Богатый друг. — Сиенна вздернула бровь. — У тебя много друзей для человека, который не задерживается на одном месте слишком долго.
— Некоторые дружеские отношения никогда не умирают, особенно если они завязываются в ситуации между жизнью и смертью.
  
— Ты сказал, что тебе помогают друзья. Где они сейчас?
— Там, где им нужно быть.
Я встал и открыл холодильник.
— Ты голодна?
— Нет.
— Тебе нужно поесть.
— Я знаю это, — отрезала Сиенна, и я хмуро посмотрел на нее через плечо. — Я не ребенок, Ной. Я знаю, что мне нужно поесть. Просто в данный момент я не голодна.
Я ухмыльнулся.
— А вот и она.
— Что?
Я закрыл холодильник и повернулся к ней лицом.
— Упрямая рыжая девчонка, которую все знают и любят.
Сиенна переплела пальцы и посмотрела на свои колени.
— Многое изменилось.
— Я вижу это. — Я прислонился к холодильнику. — Почему?
— Потому что мне разбили сердце.
— Дело ведь не только в этом, не так ли?
Сиенна, не поднимая глаз, заерзала на стуле, нервно теребя подол своей рубашки. Что-то с ней было не так. И это не имело никакого отношения к ситуации, в которой мы оказались. Это было что-то совсем другое. Я это чувствовал.
Все дело в нем? В Эндрю, с его фальшивой улыбкой, которая практически умоляла меня вырвать ему селезенку? Все то время, пока я наблюдал за ними с противоположной стороны улицы, они пили кофе и ели пирожные, как будто им было на все наплевать. Мне хотелось подойти и натянуть его задницу на его долбаное лицо. Чертов собственник во мне хотел ворваться в ту кофейню, сорвать с Сиенны джинсы, наклонить над столом и засунуть в нее свой член так глубоко, чтобы она задыхалась и выкрикивала мое имя, пока этот мудак давился куском шоколадного торта. Я бы трахнул Сиенну жестко, грубо, сцепив ее руки за спиной и глядя этому ублюдку прямо в глаза, передавая недвусмысленное послание. Эта женщина была моей.
К несчастью для меня, арест за непристойное поведение в общественном месте разрушил бы наш план. Тем не менее, моя кровь кипела. Я должен был узнать, стоит ли Эндрю за этой переменой, которую я почувствовал в ней.
Я провел подушечкой большого пальца по нижней губе, изучая ее.
— Сиенна, посмотри на меня.
Она прикусила губу и посмотрела на меня из-под ресниц.
— Что изменилось?
— Я изменилась, — ответила она и пожала плечами. — Все изменилось.
Огонь в камине мерцал, прорываясь сквозь темноту и рассеивая тени. Отблески огня подчеркивали цвет и блеск рыжих волос Сиенны, придавая им золотистые оттенки, а отблески пламени танцевали на ее безупречной бледной коже. Сиенна Уитлок была не просто красивой, она была изысканной.
Она была моей.
Больше нет.
За окном вспыхнули фары, и я взглянул на свои наручные часы. Как раз вовремя, с точностью до гребаной секунды.
— Оставайся здесь, — приказал я, схватил куртку и вышел из дома, закрыв за собой дверь.
Уотсон вылез из грузовика «Шевроле» и встретил меня на полпути к крыльцу, запахивая свою пуховую куртку.
— Они знают о ней, — сказал Уотсон с мрачным выражением лица. — Мы засекли, как они следят за домом Уитлоков.
— Ты уверен, что это они?
— На сто процентов.
— Твою мать, это пиздец, — выругался я, уперев руки в бока. — А ее братья?
— Ничего необычного. Думаю, они купились на сообщение, которое мы отправили с ее телефона.
— Это ненадолго, — заметил я. — Максимум два дня, а потом они начнут переворачивать город вверх дном ради нее.
Уотсон еще ниже натянул на уши свою шапку, его теплое дыхание клубилось в холодном ночном воздухе.
— Я все еще думаю, что привлечь к этому братьев, было бы хорошей идеей.
— Ни в коем случае. Чем меньше людей вовлечено — тем лучше.
— Это помогло бы выиграть нам больше времени. Если они начнут поднимать шум по всему городу, разыскивая девчонку, это только привлечет нежелательное внимание.
— Мы не будем привлекать близнецов.
— Он прав.
Какого хрена?
Я повернулся и увидел Сиенну, стоящую у входной двери.
— Серьезно? Я же сказал тебе оставаться внутри, мать твою.
— Ты, как никто другой, должен знать, что я плохо выполняю приказы.
— Это опасное дерьмо, Сиенна.
— Я в курсе, поскольку сама оказалась в центре событий. — Сиенна подошла ближе, засунув руки в карманы пальто. — Твой друг прав. Если ты не хочешь привлекать внимания к моей семье или ко мне, ты должен рассказать Сайласу и Спенсеру, что происходит.
— Ни в коем случае.
— Они будут искать меня.
— Мы выиграли немного времени, когда речь зашла о твоих братьях.
Она нахмурилась.
— Как?
— Мы отправили им сообщение с твоего телефона.
— Какое?
— Что тебе нужно побыть одной, и ты скоро вернешься.
Сиенна издала издевательский смешок.
— Они никогда в это не поверят.
— Почему нет?
Сиенна скрестила руки.
— Потому что я бы так не поступила.
Я приподнял бровь.
— Ты хочешь сказать, что уехать одной, захотев побыть в одиночестве, — это не то, что бы ты сделала?
Трудно было не заметить, как изменилось выражение ее лица, когда Сиенна задумалась. Уверенность внезапно исчезла, Сиенна опустила глаза и отвернулась в сторону.
— Может, ты и прав, — пробормотала она. — Они могут подумать, что я могу сделать что-то подобное прямо сейчас.
Я прищурился, интуиция подсказывала мне, что что-то действительно изменилось. Есть что-то, о чем Сиенна не договаривала.
Она ушла в дом, не сказав больше ни слова, и я повернулся к Уотсону.
— У ее братьев есть друг по имени Эндрю. Я не знаю фамилию этого ублюдка, но мне нужно, чтобы ты узнал о нем все, что сможешь.
— Зачем? Как он связан со всем этим?
— Пока не знаю. Но мне нужно знать об этом парне все. Начиная с его группы крови и заканчивая точным временем, когда он каждый день ходит в туалет.
Уотсон посмотрел на меня, приподняв бровь.
— Ты какой-то странный. Что с тобой не так?
— Ничего. Все нормально.
Он наклонился ближе и обнюхал меня, как гребаный пёс.
— Я чувствую запах ревности?
— Какого хрена? Отвали от меня.
Уотсон хихикнул.
— Этот парень, Эндрю, вторгся на твою территорию?
— Просто сделай, как я просил.
— Отлично. Но послушай, теперь, когда они знают о ней, тебе нужно начать думать о том, что ты собираешься делать в долгосрочной перспективе. — Уотсон бросил на меня знающий взгляд.
— Я знаю.
— Это никогда не будет безопасно для нее, Ной. Она никогда не сможет…
— Господи, Уотсон. Я, блядь, знаю.
— Ладно, чувак, — поднял руки Уотсон, отступая. — Я займусь этим Эндрю как можно скорее. Вернусь завтра вечером.
Я кивнул и просто смотрел, как Уотсон садится в грузовик и уезжает. Я нервничал, был взбудоражен и чертовски зол. Мы знали, что картель Эспозито не случайно оказался в Атертоне. Но пока не было точно подтверждено, что они знали о Сиенне и о том, что она значила для меня, все еще оставалась надежда, что они пойдут по моему следу, и только по моему. Тогда наш план был прост. Спрятать Сиенну на несколько дней и следить за ними, пока мы будем выводить их из города с помощью тщательно расставленных «хлебных крошек». Но теперь все было не так просто. Я молил Бога, чтобы близнецы не натворили каких-нибудь глупостей. Если ублюдки Эспозито пронюхали о чем-нибудь, связанном с Сиенной, теперь, когда они знали о ней, они бы перевернули весь город, чтобы добраться до нее.
Когда я вернулся в дом после долгого пребывания на холоде, тепло камина согрело меня. Сиенна стояла у кухонной раковины, скрестив руки на груди.
— Они в опасности?
— Кто?
Я закрыл дверь.
— Мои братьям. Они в опасности? Эти люди пойдут за ними?
— Сейчас они ничего не предпримут. Последнее, что они сделают, — это привлекут к себе нежелательное внимание, когда не будут уверены, где находится их цель.