Наследник Хаоса (СИ)

И последняя фраза подействовала особенно сильно. Я сжал медальон, нахмурился, почувствовал, как сердце начинает колотиться быстрее, а кровь бежит по венам, гонимая не только им, но ещё и энергией Хаоса.
По телу прокатилась волна мурашек, под кожей растёкся жар, в висках застучали молоточки, а перед глазами всё поплыло. И тогда по коже пробежал холодок, будто я падал в самую глубокую кроличью нору. Но под ногами оказалась твёрдая земля. Точнее, брусчатка.
  
Я раскрыл глаза и сперва увидел лёгкое мерцание, исходившее от медальона. А затем обратил внимание на площадь, заросшую ещё гуще прежнего. Потом заметил хитрые глаза Линн и понял уловку.
— Провела меня, бестия! Всё-таки проскочила прицепом. Теперь нам придётся сражаться с монстрами вдвоём, пока остальные не приедут. Из принципа не вернусь назад.
Она улыбнулась и виновато спросила:
— Злишься?
— Конечно, нет. Всё вполне ожидаемо.
— Я просто хотела помочь тебе обуздать Хаос…
— С этим возникнут проблемы, — намучившись и осматривая окрестности, произнёс я. — Именно Хаос я и собираюсь здесь устроить.
  
Глава 8
 
Иноземным растениям сразу не понравилось, что кто-то вторгся на захваченную территорию. Первый разумный бутон цветка, оплетённый разорванной гирляндой, засёк нас почти сразу. Лианы тут же ползли в нашу сторону, а цветок, распахнув плотоядную пасть, выдвинулся следом. Он напоминал мне гигантскую зелёную анаконду, проглотившую ярко-красный зонтик, который раскрывался и клацал зубами, норовя отожрать какую-нибудь конечность, а то и проглотить целиком. Размеры позволяли.
— Держись позади. Очень поможет, если подключишь кошачий супернюх или суперслух, чтобы лучше понять, как действовать дальше.
Она кивнула, а я решил проверить самый очевидный вариант.
Пятясь к центру площади, который был меньше опутан зеленью, мы отбивались от лиан, уводя «анаконду» подальше от собратьев. По первичному анализу можно было понять, что именно такие бутоны — это центр управления всем этим растительным месивом. Лианы, плющи и прочие отростки — конечности этих тварей. И стоит отметить, очень длинные и быстро растущие.
Завидев ещё не до конца разрушенную металлическую скульптуру оленя, сосредоточился на ней. Она была послойной, каждый слой добавлял объёма конструкции. Но заинтересовала меня не эстетика, а функциональность. Я вытянул руку, нащупывая уязвимое место. Нашёл. Применил силу.
Стык треснул, и я ментально потянул к себе оторванную часть.
Так в моих руках оказался обломок металлических рогов, который отлично подходил для разрубания всего, что пыталось подползти, свеситься с покошенных лотков с едой или просто броситься от «тела» цветка.
Конечно, можно было попробовать вернуться за нормальным оружием, а потом опять вернуться сюда, но я не был уверен, что потяну сразу несколько переходов туда-сюда, да ещё и с пассажиром. А оставлять Линн тут одну было нельзя. Что если я не смогу вернуться? Получится, что бросил девушку тут одну. Она, конечно, сама напросилась, но если с ней что-то случится…
Зелёное щупальце потянулось ко мне, и я рубанул со всей силы. Вязкий сок, которым меня обдало, словно кровью, источал обычный травянистый запах.
— Ничего особенного пока не чувствую, — пожаловалась Линн.
— Я тоже. Значит, будем отрабатывать версию за версией, пока не прибудет подмога.
Я щёлкнул пальцами, извлекая искру. Раздул пламя до размеров футбольного мяча и направил на импровизированное тройное лезвие, которое раньше было рогом скульптуры. Благо меня оно не обжигало. Возможно потому, что подчинялось мне как хозяину, а может, просто потому что устойчивость к любым воздействиям была снижена, как у всякого Героя.
Рывком переместился вперёд, но не благодаря телекинезу, как считал раньше, а благодаря телепортации, усиленной медальоном и энергией Хаоса.
Вжух. Прыжок на два метра.
Вжух. Вжух. Ещё на четыре.
Растение за такими манипуляциями поспеть не могло, поэтому, когда я оказался возле бутона, тот не то что не сумел развернуться вовремя, он даже не смог понять, что я уже рядом.
Взмах пылающим самодельным клинком рассёк бутон напополам. Второй взмах отсёк шляпку целиком, оставляя ножку извиваться и брызгать соком.
— Смотри! — крикнула Линн, указывая в сторону часовой башни.
Кирпичную стену обвивали лианы, расползаясь к макушке, срывая циферблат, который одна из них случайно поддела. Треснутое стекло полетело вниз, но не разбилось о землю, потому что ударилось об обвитую плющом брусчатку. Оно потонуло в зелени, как и стрелки, полетевшие с башни следом.
Два самых крупных отростка вырвались к крыше, и начало происходить что-то странное. Они будто набухли, расширились к концу, и стало понятно, что это растёт бутон. Два красных клыкастых «зонтика» раскрылись и взревели, уставившись на нас, хотя глаз не имели.
— Эта дрянь связана, — констатировала Линнея. — Оно ругается, определённо. И каким-то образом видит нас.
Я уставился на разрубленный бутон. Развернул несколько лепестков огненным клинком. По краям виднелись острые зубы. Вдоль лепестка по самым крупным жилкам — тоже ряд зубьев, но уже более мелких. Судя по анатомии этой штуки, «анаконда» хватала добычу, распахнув «зонтик», зубьями проталкивая её внутрь, в нутро лианы. Проходила ли добыча куда-то глубже, в какое-то централизованное чрево, пока было неясно. Но одна мысль начала беспокоить, и я решил проверить её.
— Жди здесь! — скомандовал я и, осмотрев площадь, заметил ещё один цветок.
Те, что расцвели на башне, решил пока не трогать. Телепортироваться по горизонтальной поверхности уже научился, а вот с высотой могли возникнуть проблемы. И свалиться со здания в шесть этажей в мои планы пока не входило.
Очередной «вжух» подарил мне прыжок на три метра вперёд, следующий — не четыре. Интервал рос, и я уже точнее научился контролировать дальность, сохранять баланс, равновесие и совершенно победил чувство укачивания. Конечно, пока непонятно, уйдёт ли оно при прыжках между мирами, но в рамках одной площадки — всё отлично. Неприятный сюрприз возник, когда я метнулся к цветку, а тот, будто предугадав мои действия, развернулся ровно в ту сторону, с которой я «прыгнул».
Видимо, эта тварь тоже быстро обучалась. Однако это её не спасло.
Взмах огненного клинка под бутоном прекратил существование оного.
Я начал крутиться и смотреть по сторонам. И очередной всплеск активности пришёлся на лианы, оплётшие крышу одного из жилых домов. Там тоже пошла движуха, и расцвело ещё два цветка.
— Сраная гидра… — вырвалось у меня.
Линн подскочила в образе кошки и опять обернулась девушкой.
— Она что, отращивает в два раза больше голов?
— А ты наблюдательна… — подтвердил я.
— И что делать? — В глазах беспокойство, на лице больше никаких игривых эмоций. — Может, вернёмся к Школе, ребят наверняка только погрузили в вертолёты, расскажем им…
Я оборвал её, помотав головой. Девушка умолкла, ожидая моих предложений.
— Раз пришли, проведём разведку полноценно. Оно оценивает нас, учится. И мы не должны уступать ему в этом.
Линн кивнула. И если сначала я подумал, что она пожалела, что переместилась сюда вместе со мной, то теперь она развеяла сомнения. Выпрямилась, сжала кулаки и начала изучать местность.
Военных, к слову, не было видно совсем. Они, вероятно, переключились на задачи по эвакуации людей из ещё не поглощённых растениями зон. Где-то вдалеке слышались звуки сирен, и можно было не беспокоиться о других районах и сосредоточиться на этом.
В некоторых домах в оплетённых плющом окнах виднелся дрожащий свет. Электричество вырубилось, и кто мог — зажигал свечи.
«Думай, думай»… — приказал я себе.
Если растение действует по принципу гидры, то оно быстрее станет более агрессивным и многоголовым. Благо оно не торопилось само на нас нападать. Возможно, боялось. Или копило силы для чего-то более масштабного.