Системный приручитель 1 (СИ)

— Проявить себя перед Системой, как и было в задании. Пока что никого не убили из этих тварей только ты и Сметана.
Юля вдруг хихикнула:
— Только при ней такого не ляпни, Елена Андреевна это прозвище терпеть не может.
— Ну, ты же меня не сдашь?
Она хитро усмехнулась.
— Да-а-а? — пропела. — А можно я себе ружьё оставлю?
Вообще-то, план такой и был. А сайгу я всерьёз подумываю закрепить за Мэй. Только вот, Юля, при всех её достоинствах, ещё и человек невероятно упрямый, хитрый и, временами — офигительно наглый. И любит проверять на прочность границы дозволенного.
  
Я, впрочем, тоже не позволяю вольготно сидеть у меня на шее, болтая ногами. Так что — она не выцыганит ружьё мелким полушутливым шантажом, а заслужит его сама. Результат тот же, а вот смысл событий совершенно противоположный.
— Хочешь ружьё — докажи, что оно тебе реально нужно. И что ты с ним принесёшь группе пользу. Так то, Илья тоже не плохо стреляет.
Тут я слукавил, конечно: парень говорил о том, что по школе хорошо стрелял из воздушки. Зато Юля теперь мало того, что не уверена, что оружие достанется ей.
У неё ещё и появился соперник.
— Ладно, — надулась она. — Убить монстра?
— Убить мутанта. Первое правило, Юль: чтобы завалить их, целиться нужно в глаза. Кости у них прочные, даже сайга не берёт. А убивает их только уничтожение мозга. Остальное — только замедляет.
— Как зомби?
— Что-то типа. Но они точно не классическая нежить, скорее — просто дико живучие мутанты. В общем, без мистики и некромантии, только фантастика и боди-хоррор во все поля.
— Поняла.
Вот и проявилась разница между Юлей и Мэй. Китаянка, когда я собрался её проверить, на весу сайгу не держала. Сначала приняла сидячую позу — как по учебнику прям, с опорой карабина на колено. Потом стреляла лёжа.
Юле на всё это было побоку — она подняла ружьё, прицелилась в рожу ползущего крюкача и выстрелила. В голову попала, да — но не в глаз. Зато, разом сняла с мутанта скальп.
Бросила на меня виноватый взгляд и решительно сблизилась с тварью. Выстрел!
— Я попала! — она подпрыгнула, взмахнув в воздухе кулаком. — Я прошла тест?
— Не совсем. Теперь ты должна добыть из него эссенции. Доставай нож, Юль. Будем учиться прокачке.
С вскрытием крюкача она справилась, и в итоге пошла лутать двух других и танка. Вот к плевуну и медведице я запретил ей приближаться, объяснив про кислоту. Сам я проверил то, о чём подозревал уже давно. Я вскрыл трупы студентов и нашёл в них эссенции.
Правда, не богато, по одной: в девушке интеллект, в двух парнях силу и выносливость. Третьего, как и одного из волков, реально вскрыл крюкач. Ну не ублюдок ли? И сам по итогу сдох, и у нас лут забрал.
Ребята, скорее всего, с перспективы вскрывать человеческие трупы будут не в восторге. Но — я им на людей охотиться и не предлагаю. А сам… Не особо приятно, но мёртвое тело — это просто кости и мясо. Сакрального значения я трупам не придаю.
Все необходимые мелочи я тоже собрал, у студентов нашёл пару зажигалок и нафиг больше не нужные смартфоны.
— Ну всё, Юль, идём за ребятами. Как бы на них там никто не напал, пока мы тут.
Стрельбы, конечно, не было, так что пока всё должно быть нормально. Мэй и Шенга хотя бы видно на возвышенности, а вот остальных — нет.
— Эй! Вы же не бросите меня тут⁈ Меня… Меня сожрут! Не надо!
Причитания декана я пропустил мимо ушей. Оставить его на корм зверью — идея неплохая, если не считать два «но»: тогда пропадут эссенции — раз.Мой план совершенно другой — два.
Вообще, как по мне, для насильника-психопата идеальное наказание — сажание на кол. Это мерзко, но очень наглядно. Жаль, что конкретно этому насильнику-психопату такое может понравиться, я не забыл про страпон в его рюкзаке.
— Расслабься, у меня на тебя другие планы. Мы проведём суд, — то, как декан вытаращился, определённо доставило мне удовольствие. — Ты решил, что правил нет, что можно творить, что угодно. Но именно правила отличают нас от животных. Поэтому, даже такое дерьмо как ты в нашей группе ждёт справедливый суд.
— Я… Я могу оправдаться? — он, кажется, ушам своим не поверил.
— Я же сказал — справедливый суд, — моя усмешка заставила ублюдка взбледнуть. — Думаю, будет справедливо, если у тебя не будет защитника. Зачем он, если и так всем всё понятно? Обвинителем буду я. Судьёй и палачом — тоже.
  
Глава 22
 
Самый гуманный суд в мире
 
Хоть в чём-то нам сегодня повезло — на разделённый отряд больше никто не напал. Илья видел бронелисицу, но та свалила так быстро, что Олег её уже не успел засечь, только услышал шебуршание в кустах.
У Мэй и Шенга всё и вовсе было спокойно.
На этом, впрочем, везение закончилось. Декан, которого мы потащили с собой, сразу же разнылся про искалеченное лицо и усталость, но жалости от нас Юлей не дождался. Мы просто заткнули ему рот кляпом из кусков его же футболки.
А ещё — Сметане резко стало хуже, и она металась на носилках в бреду. Горячая, как печка, белая, покрытая всё тем же липким странным потом, она шептала что-то бессвязное, стонала и на внешние раздражители никак не реагировала.
Я склонился над ней, прислушиваясь:
— … уровень… токсины… из организма… восприимчив… силы первый…
Странно, ничего не скажешь. Видимо, приход Системы с его оповещением и заданиями и укус гадюки в её голове сейчас смешались в лютую кашу, и в итоге получилось то, что получилось.
— Мы как-то сможем ей помочь? — спросил Олег, с беспокойством глядя на девушку.
— Я не уверен, что ей сейчас помог бы даже врач. Неизвестно, как повлияла на яд гадюки Система. Неизвестно, как повлияли эссенции и рост выносливости на организм Лены. Ладно… Поить вы её пробовали?
— Мы ей уже одну полторашку воды почти споили.
— Ну, тут молодцы. А вот укутали вы её зря — тело должно отдавать лишнее тепло.
Собственно, первым делом я отбросил шмотки, которыми девушку укрыли, и снял с неё кофточку. На Сметане остались только лёгкая свободная юбка и майка.
— Олег, сделай компресс, приложи ко лбу. И подготовь ещё один для обтирания. И не мочи тряпки слишком сильно, мы тут не полы мыть собираемся.
— Понял.
Вообще, для компрессов и обтираний я бы предпочёл попросить помощи у девушек, чтобы Сметана, когда ей станет лучше, не смущалась лишний раз. Но они — наши лучшие стрелки. Юлю я сейчас обеспечил патронами, так что в случае опасности пользы от неё будет больше, чем от Олега.
Шенг и Илья тоже с огнестрелом, так что да — я снова припахал Пятницу.
Покопавшись в аптечке, я снова дал Лене супрастин — антигистаминное. Это не только средство от аллергии, но и лекарство, которое рекомендуют пить при укусе гадюки. Следующим был ибупрофен — как жаропонижающее.
И ещё я дал ей одну эссенцию выносливости.
Раз ничего не можем сделать сами — во всяком случае, с уверенностью, что это реально поможет, — оставим лечение на откуп Системе. Если есть возможность прокачиваться, надо её использовать.
Обтирание сделал я сам: протёр смоченной футболкой шею, руки, подмышки, ноги. Заодно, проверил место укуса.
Синяк, ещё недавно бывший чёрным, по краям очень красочно развалился на пятна жёлтого, зелёного, фиолетового оттенков. Как то слишком уж быстро, будто не пара часов прошла, а сутки.
Вот теперь появилась опухоль, охватившая часть бедра. Ну, хотя бы не всю ногу, и то хлеб.
Радость от возвращения в группу Юли сильно смазали беспокойство за Лену, лечебные мероприятия и присутствие декана, злобно пялившегося на нас единственным глазом. Хорошо хоть, ему хватило ума не пытаться сбежать.
  
К слову, меня удивил Шенг.
Когда мы поднялись на их с сестрой позицию, он вышел навстречу. Коротко кивнул Юле, бросив:
— Рад, что ты в порядке, танцорка.
Она слабо улыбнулась в ответ:
— Спасибо.
А на мой удивлённый взгляд только отмахнулась: