Замуж за принца

К счастью, Элиза надеялась, что ей, по крайней мере, хватит разума понять: не следует опускаться до того, чтобы ее соблазнил совершенно незнакомый человек.
Мужчина почти незаметно приблизился, и его мощное желание как будто окутало ее, отрезая путь к побегу. Он поднял руку и бесстыдно, медленно и легко коснулся пальцем ее ключицы, отчего у нее по всему телу пробежала дрожь.
— Разве вы не этого хотели? Чтобы вас с легкостью соблазнили в темном коридоре?
Элиза фыркнула в ответ. Нелепая самоуверенность мужчин, которые искренне верят, что если к ним приближается женщина, то исключительно для того, чтобы ее соблазнили!
— Я хотела выпить пунша и не попасться на глаза распорядительнице бала. — Она обхватила пальцами его запястье и оттолкнула руку мужчины. — Вы слишком много возомнили о себе, сэр. Но мне придется объяснить вам: если женщина просто прячется в коридоре и потягивает ром, это не значит, что она жаждет от вас авансов.
Он самодовольно усмехнулся.
— Вы, наверное, удивитесь моему вопросу, но я все равно спрошу: «Что еще за причины могут заставить женщину затаиться в этом узком коридоре?»
— Я могла бы назвать вам сотню причин. — Однако же в голову приходила только одна. — Я отлично себя знаю и никогда бы не позволила соблазнить себя в коридоре. Поэтому, если не возражаете, прошу вас отойти в сторону.
Он вновь скользнул взглядом по ее фигуре и отступил в сторону.
Элиза сделала глоток пунша, как будто ее ничуть не заботило происходящее, но в действительности казалось, что кожа ее горит. И пульс участился. А где-то на краю сознания проскакивала мысль, что она слишком практична. Этот высокий алусианец с удивительными глазами притягивал ее, как магнит. У кого же возобладает холодный разум? Она совсем не возражала против того, чтобы ее поцеловали на королевском балу… но, с другой стороны, ей не хотелось рисковать и тем более не хотелось, чтобы ее вышвырнули с бала до того, как она встретит принца.
Хвала Всевышнему, дверь распахнулась, и вошел еще один алусианец. Но, увидев Элизу, он резко остановился от удивления. Он посмотрел на незнакомца и заговорил на своем языке.
Высокий алусианец что-то негромко ответил, обошел Элизу, как будто и не было между ними недавнего разговора, и направился в зал, даже не попрощавшись.
Дверь закрылась за его спиной.
Но тут же с противоположной стороны распахнулась другая дверь, в очередной раз вошел лакей с очередным подносом напитков.
— Мадам, вам нельзя здесь находиться, — напомнил он ей.
— Уже ухожу, — ответила Элиза и с бокалом пунша направилась за алусианцами в зал.
Она тут же заметила распорядительницу бала, которая, подобно коршуну, с высоты обозревающему долину, оглядывала бальную залу. Поэтому Элиза поспешно отвернулась и тут же отошла подальше от группки ожидающих приглашения на танец девиц. Она обошла зал по кругу, а когда остановилась и огляделась, обнаружила, что находится в толпе каких-то женщин. Среди какого-то собрания. Со стороны это было похоже на то, что две женщины постарше загоняли молодых женщин, будто пара породистых овчарок.
Вот так Элиза и оказалась в длинной череде девиц, которых намеревались представить принцу.
Она не сразу это поняла: слишком была поражена молодостью и красотой собравшихся. Все были облачены в красивые платья и маски и, в отличие от жавшихся у стен остальных девиц, держались с заметной уверенностью. Вот такая компания ей подходит!
Элиза подумала, что, наверное, следует избавиться от четвертого бокала ромового пунша, чтобы от этого пьянящего напитка не развязался язык, — если, конечно, уже не поздно. И когда она подалась вперед, чтобы выглянуть из толпы, ей на глаза попалась группа алусианцев. Как любопытно! Элиза похлопала по мраморному плечику высокой худощавой девушки, стоящей прямо перед ней.
Та обернулась. У нее были темные волосы, на лице — искусно сделанная маска из павлиньих перьев, которые мастерски были уложены вокруг глаз. Сине-зеленые павлиньи перья были в тон ее синему убранству. Девушка с явным неудовольствием посмотрела на Элизу сквозь прорези маски.
 
— Прошу прощения, но кто эти люди? — поинтересовалась Элиза, кивая в сторону мужчин.
Девушка недоуменно уставилась на нее.
— Я полагаю, что лучше задать вопрос, кто вы такая, милочка? — резко ответила она.
— Элиза Триклбэнк. — Она сделала реверанс. — Рада нашему знакомству…
— Вам здесь не место, — оборвала ее незнакомка. — Здесь очередь исключительно для избранных гостей. Вас должна была внести сюда леди Мальборо. Вас леди Мальборо приглашала?
Элиза имела дерзость засмеяться. Неужели, чтобы оказаться в этой очереди, необходимо получить особое приглашение? Но Пава нахмурилась, поэтому Элиза ответила:
— Разумеется! — И фыркнула вдобавок, как будто ей было смешно слышать подобные вопросы.
— Неужели? — холодно отреагировала собеседница.
— Смею вас уверить, — подтвердила Элиза. — Она велела встать здесь, прямо за вами.
Казалось, что Пава ей не поверила, но тем не менее не стала продолжать этот разговор. Она отвернулась от Элизы и начала шептаться со своей компаньонкой.
Неужели действительно необходимо получить приглашение, чтобы встать в очередь? Откровенно говоря, Элизе не верилось, что кому-то нужно становиться в очередь, дабы быть представленным, если только тот, кому должны представить, не крайне важная особа. Или невероятно богатая. Важная, богатая и раздающая деньги мешками. Вот в такой очереди она совсем не против постоять.
Или же здесь ожидали быть представленным королеве или еще кому-то королевской крови…
Внезапно Элизу осенило, как будто она увидела вдали маяк, освещающий путь. Ну конечно же! Она вновь подалась вперед. Алусианцев, облаченных в тончайшей шерсти черные сюртуки и белые жилеты, в одинаковых масках, можно было различить только по цвету волос. Да и цвет волос при ближайшем рассмотрении оказался похож — темно-золотистого цвета, хотя и различного оттенка. Совсем как волосы у того незнакомца в коридоре. К тому же роста они были одного. Только один из них был на пару сантиметров выше остальных. И, что самое удивительное, все были гладко выбриты. А Каролина ранее утверждала, что принц носит бороду.
Должно быть, это младший брат! Она сейчас стоит в очереди, чтобы быть представленной одному из алусианских принцев! Элиза была вне себя от счастья, ей хотелось смеяться, и она, не в силах стоять на месте, постоянно оглядывалась по сторонам, отчаянно пытаясь разглядеть свою сестру, которая никогда не простит Элизе, если та познакомится с принцем, а сама Холлис — нет.
Но Холлис нигде не было видно, поэтому Элиза сделала добрый глоток пунша и вновь тронула за плечо стоящую впереди даму. Та нетерпеливо обернулась.
— Ну что еще?
— Там что, принц стоит?
Даже несмотря на красивую маску, было видно, как Пава закатила глаза.
— Господи, мисс Триклбэнк. Вы недвусмысленно продемонстрировали, что вас сюда не приглашали. Вам лучше покинуть эту очередь, пока вас не заметила леди Мальборо. — И Пава решительно повернулась к Элизе спиной.
Но Элиза не собиралась никуда уходить, уж точно не сейчас, когда до принца было рукой подать. И поскольку она не знала, куда поставить свой бокал с пуншем, продолжала потягивать напиток. А пока очередь медленно двигалась вперед, развлекала себя тем, что рисовала в воображении, как же ее представят. Мисс Элиза Триклбэнк. Мисс Элиза Триклбэнк. Мисс Элиза Триклбэнк из Бедфорд-сквер Триклбэнк. Не путать с Чипсайд Триклбэнк, поскольку после смерти ее деда в семье наметился раскол.
 
Она наклонилась, чтобы выглянуть из-за толпы дам и рассмотреть джентльменов. Тот, что стоял посередине, показался на удивление знакомым.
Нет! В душе зашевелились нехорошие предчувствия. Быть такого не может! Или может? Господи, так и есть! Именно этого мужчину она встретила в узком коридоре. Неужели ее пытался соблазнить сам принц? Холлис от изумления лишится чувств. Да и сама Элиза тоже. Он пил из ее бокала! Сам принц! Молодой принц…