Десять желаний (СИ)

— Не верится, что меньше суток назад я думала, что умру… — Кэт подалась вперед. Представляешь? Я по-настоящему думала, что замерзну насмерть! Сейчас мне даже немного смешно от этих мыслей, но тогда…
— Вчера я тоже здорово перепугался. Не до смерти, конечно. Но все же… — Ян ощутил мелкую дрожь в теле — как отголосок вчерашнего озноба Кэт. — Стоишь передо мной, белая, как мел. Дрожишь. Прижимаешь к себе сумочку, словно она позволяет удерживать в теле чуть больше тепла… Никогда себе этого не прощу.
Кэт задумалась, вертя ножку кубка. Потом ее рука замерла. Кэт медленно подняла голову.
— Где ты видел меня такой?
— Дома, когда ты только вошла, — не раздумывая, соврал Ян.
Кэт медлила, ворочала в голове глыбами мыслей. Следующую фразу она произнесла через силу.
— Сумочку вчера в автобусе разрезали воры. Я ее выбросила.
Ничто не шевельнулось в пространстве, даже не колыхнулись огоньки свечей, но Яну показалось, что все вокруг пришло в движение, сменились декорации — и тронный зал в считанные секунды превратилось в чулан.
— Ты все-таки приехал вчера на остановку? — спросила Кэт. Ее голос даже не дрогнул. Настоящая королева.
«Пом-пом…», — глухо ударил барабан внутри Яна.
Не говори — пожалеешь.
Но молчание в этом случае мало отличалось от правды. А спасительное вранье, на которое Ян всегда был готов, не приходило в голову. Он бы соврал, запросто, непринужденно, без зазрения совести, потому что новый Ян не уехал бы с той остановки. Только что здесь можно было соврать? Она вернулась без сумочки — теперь он вспомнил.
— Ян… — в голосе Кэт словно послышалась нежность. — Ты видел меня на остановке, но не забрал. Почему?
Ян и хотел бы объяснить, но, судя по ее дрожащим ресницам, Кэт вряд ли бы дослушала до конца первого предложения.
— Что ужасного в том, чтобы сходить со мной на свидание?! Я что, настолько хуже нее?! — Кэт указала дрожащим пальцем в сторону дома. И хотя она несколько ошиблась с направлением, Ян знал, на что именно был нацелен ее палец. На фото, которое стояло в коридоре.
— То желание я уже выполнил. О ней мы больше не говорим, — сухо ответил Ян.
Кэт встала из-за стола. Не обжигая Яна взглядом. Не громыхая стулом. Приподняв низкий подол платья, она медленно спустилась со ступенек — и молча скрылась в темноте пустого зала.
Кэт ушла, стук каблучков ее туфель затих, а Яну казалось, — все еще звучал.
  
Глава 24. Проблема
 
Кэт не устраивала скандалов, не била посуду, не собирала вещи, громко хлопая дверью шкафа — ничего из того, что ожидал Ян. У него было решение для любого из перечисленных вариантов — с другими женщинами он проходил это не раз. Но молчаливая реакция Кэт выбивала Яна из колеи.
Он пришел к ней на следующую ночь. Тихо опустился на край кровати и быстрее, чем Кэт успела обернуться, приник к ее губам. Она изо всех сил уперлась в его грудь ладонями, но сопротивление было сломлено быстро, и его маленькая Кэт снова оказалась полностью в его власти.
Эта ночь была похожа на длинную спираль, сплавленную из желания и наслаждения. Ян, вымотанный, успокаивался, падал на подушку. Но стоило ему коснуться Кэт — всего несколько нежных движений — как снова раздавались ее стоны, ее пальцы сжимали простыню, волосы метались по кружевам стянутой сорочки — и он не мог остановиться. Тогда под его напором тело Кэт превращалось в горячий податливый воск — и начинался новый виток.
Под утро Ян, опустошенный, и в то же время наполненный чем-то болезненно-сладостным, лег позади Кэт и положил руку на ее влажное бедро. Он почувствовал, что все, наконец, вернулось на свои места.
* * *
Катя очень медленно, не дыша, убрала ладонь Яна со своего бедра, но, едва попыталась привстать, как он схватил ее за ладонь. Катя резко выдернула руку.
— Тебе не понравилось? — с легким недоумением спросил Ян.
Не понравилось?!
 
Ей захотелось закричать.
Разве он не чувствовал, насколько ей понравилось? Катя не смогла бы это скрыть, даже если бы захотела. Только от одного напоминания о ночи внутри что-то скрутилось в жгут, сладостно и так сильно, что Катя невольно прижала ладонь к животу.
— Ты предлагаешь все проблемы решать таким способом?
— Почему бы и нет, — Ян улыбнулся искренне, как ребенок.
— Потому что это не решает проблем, — поспешно натягивая джинсы, ответила Кэт. — А только позволяет забыть о них.
— Забвение, в общем-то, тоже решение.
— Ян! — гневно бросила Катя его отражению в зеркале.
— Ладно, давай по-другому, — Ян сел на край кровати. Он все еще был спокоен и расслаблен — разве что немного обескуражен ее упрямством. — Объясни, в чем твоя… наша проблема, — быстро исправился Ян.
— В том, что ты — это ты! — почти выкрикнула Катя, застегивая блузку.
Он закатил глаза.
Катя с силой захлопнула дверцу шкафа.
Ян схватил ее за локоть уже у двери спальни.
— Кэт, ну прости! Просто твоя формулировка звучит… не решаемо.
Катя молча сверлила его взглядом.
— Хочешь меня переделать? — вежливо поинтересовался Ян.
— Нет, — отчеканила Катя. — Как ты сказал, это «не решаемо». Я пытаюсь понять, смогу ли и дальше жить здесь, с тобой, таким не решаемым, — передразнила она Яна. — Я пытаюсь привыкнуть к твоему миру, твоему… образу жизни. А ты мне мешаешь! Мешаешь мне даже думать, потому что после твоего ночного прихода я могу думать только об этом!
Катя прикрыла глаза. Зря она это сказала.
Ян сел на край кровати и притянул ее к себе. Уперся головой ей в живот.
— Я тоже не могу думать ни о чем другом…
Катя почувствовала, как его пальцы ловко расстегнули пуговицу на ее джинсах. Секундное замешательство — и Катя отпрянула. Он снова притянул ее к себе — и повалил на кровать.
— Ян…
С некоторым опозданием она и сама поняла, что ее оклик больше походил на стон, а ее губы уже отвечали на его поцелуи.
— Ян! — она попыталась вырваться, но он сжал ей запястья над головой. Свободная рука уже нырнула под блузку и начала свой сладостный танец. — Ян! — но он не слышал ее.
Тогда Катя перестала сопротивляться.
— Если ты сделаешь это — я уйду, — спокойно произнесла она.
Ян замер. Медленно отстранился. В его глазах было такое непонимание, словно она предала его. Она. Его.
Катя стала застегивать блузку. Пальцы не слушались. Сердце все еще бешено колотилось, а тело жаждало прикосновений.
Это что, такая форма зависимости?!
Отдаляться от Яна было физически больно.
— У тебя кто-то есть? — вдруг спросил Ян — словно хлестнул ее по лицу.
Катя пошатнулась.
Значит, Ян допускал, что она способна на такое?.. Эту ночь с ним, а следующую — с другим — чужим, которому позволит то же, что и Яну?
— Нет, — выдавила Катя.
— Я не верю тебе.
— Как мне доказать то, чего нет?!
А возможно ли это — привыкнуть к его миру?..
Катя нащупала ручку двери — и выскочила из комнаты.
* * *
Как ему было понять эту женщину?
Ян видел и чувствовал, чего она хочет на самом деле, — и это полностью совпадало с тем, что хотел он сам. Но Ян оставался на кровати, все еще хранящей тепло ее тела, а Кэт уже срывала пальто с вешалки в коридоре.
О чем ей надо было подумать?
Что могло это изменить?
Зачем было тратить такое драгоценное время на капризы?
Что еще он мог сделать? Ян перепробовал многое — нежность, терпение, страсть. Что еще он мог предпринять, чтобы Кэт перестала издеваться над собой, а заодно — и над ним. Как объяснить ей, что побег от него, ее замкнутость — вот что уж точно не решат проблему. В чем бы эта проблема ни заключалось.
 
Как еще можно было приблизить ее к себе?