Дрим-каст (СИ)

Она посмотрела на меня недоверчиво, даже оглянулась на конкуренток сзади. Но я, коснувшись её плеча, подтвердил:
— Да-да, мисс, именно вы. Остальным — большое спасибо за уделённое время.
— Так быстро? — удивилась одна из тех, кого я не взял. — Но мы же только пришли, вы нас даже толком не рассмотрели! Давайте пройдём ещё раз…
— Сожалею, мисс. У нас практикуется блиц-отбор. Такова специфика.
  
От дальнейших вопросов я сбежал в дальний конец двора, где дожидались парни. Розанна, перехватив меня, зашептала на ухо:
— А давай возьмём вон того, который с бордовым галстуком? И вот того ещё, в куртке, который с краю?
— Почему именно этих? — полюбопытствовал я.
— Ну, они — прям ух!
Столь исчерпывающий и развёрнутый аргумент нельзя было игнорировать. Я присмотрелся к названным претендентам — ну, в общем, да, они оба вполне тянули на авиаторов. И если предположить, что зрительницы в кинотеатрах согласятся с Розанной, то я не видел смысла усложнять процедуру.
На всякий случай я оглядел ещё раз всю группу и объявил:
— Господа, мы сделали выбор. Моя коллега проводит отобранных кандидатов.
Поблагодарив их, я отправился в офис. Парней с девицами пригласили в комнату с кинопроектором. В отсутствие Сон-Хи там распоряжались Мей-Лин и Джессика.
По итогу все разрешили использовать свои фотографии, замены нам не понадобились. Мей-Лин раздала бумажки для подписания, а я обратился к той претендентке, которую отобрал последней:
— Мисс, можно вас на минутку? Пройдёмте в другую комнату.
Её улыбка поблёкла, плечики опустились. Кивнув понуро, она последовала за мной. Я указал ей на стул:
— Прошу. Как вас зовут?
— Эмма…
— Не беспокойтесь, Эмма, договорённость в силе. Вы уже приняты и появитесь в эпизоде. Просто хочу с вами обсудить кое-что дополнительно. Но сначала спрошу — у вас всё в порядке? Вас что-то смущает в нынешней ситуации?
— Нет-нет! — сказала она поспешно. — Ничего не смущает! Просто меня ещё ни разу не приглашали, всегда отсеивают…
— А вы часто посещаете кастинги?
Она покраснела:
— Ну, если честно, то постоянно. Сейчас учусь на бухгалтера, но мне это совершенно не нравится, а кино увлекаюсь с детства. Ну, и мне кажется…
— Не стесняйтесь, я слушаю.
— Я, по-моему, вполне красивая, но на кастингах меня отбраковывают. А однажды кастинг-директорша объяснила мне мимоходом, из-за чего так. Сказала, что у меня лицо унылое, даже если я улыбаюсь…
Не удержавшись, я хмыкнул:
— Простите, Эмма. Не хочу вас обидеть, но та директорша в чём-то была права. Другое дело, что вам это придаёт некую изюминку. И для нашего эпизода как раз-таки является козырем, поэтому я вас выбрал. Теперь у меня вопрос. В кино вас не брали, ясно. Но, может, вы хоть в школьном театре разок играли? В любительском? Чтобы был минимальный актёрский опыт?
Она вздохнула, помотав головой с виноватым видом.
— Ладно, — сказал я. — Я всё же предложу вам сыграть непосредственно перед камерой. Там всего пара реплик, правда, и тем не менее. Попытаетесь?
— Если можно…
— В нашей ситуации — даже нужно.
Я предупредил Джессику, что одна из статисток превращается в актрису на эпизод. Пока переоформлялись бумаги, я сделал распечатку диалога с компьютера и дал её Эмме:
— Сцену вы уже видели, но без звука. А это — реплики, которые сейчас будут произноситься. Ваша героиня — девица, которая старается быть весёлой, но у неё есть секрет, который всё портит. Отсюда — некая подспудная тоска. Ну, из текста это понятно, думаю. Если будут вопросы, то не стесняйтесь, спрашивайте. Меня зовут Дмитрий.
Прочитав эпизод, она сообщила:
— Да, понимаю, как себя чувствует эта девушка.
— Это и требуется для сцены. Пойдёмте.
Мы вошли в павильон, но на пороге Эмма неожиданно оробела, увидев там сразу толпу мужчин. Шёпотом спросила:
— Это актёры? Настоящие, а не как я?
— Четыре актёра, оператор и мастер по спецэффектам.
— Ой, я не справлюсь, наверное…
Голландско-уругвайско-австралийский канадец замахал ей призывно, но это окончательно её напугало. Она непроизвольно попятилась.
— Так, — сказал я. — Парни, одну минуту. Сейчас вернусь.
Я отвёл её в офис, посадил в свою комнату и заглянул к Розанне:
— Слушай, нужна твоя квалифицированная помощь.
— Вот, правильный подход, — сказала Розанна царственно. — Что стряслось?
— У меня сидит барышня, её зовут Эмма, она боится. Не давай ей сбежать. Потом мы её введём в эпизод, отдельно от остальных актёров. Справишься?
— Что за странный вопрос? Естественно, справлюсь! Никуда не денется твоя девочка, можешь идти работать.
И я отправился в павильон.
— А где красотка? — возмущённо спросил австрало-канадец.
— Увидела вашу шайку и разлюбила кинематограф. Не отвлекаемся, джентльмены! У нас сложный эпизод, динамичный.
Экран протаял, и мы начали работу.
Один раз сделали паузу, обсудили нюансы, затем продолжили.
Не сказать, что всё получалось именно так, как мне представлялось в воображении, но в общем и целом игра актёров меня устроила.
Когда мы закончили, я отправил их по домам, а сам пошёл в офис. Эмма обнаружилась у Розанны — они болтали и пили чай. Эмалированный чайник в очередной раз вскипал на электроплитке.
— Итак, дамы, — сказал я. — Страшные дяди, заваленные «Оскарами», разошлись и больше смущать не будут. Попробуем?
— Конечно, попробуем! — заявила Розанна. — Я провела воспитательную беседу с одной стеснительной барышней. Она перевоспиталась и стала смелая.
Судя по лицу Эммы, утверждение не совсем соответствовало действительности, но сбежать она больше не пыталась — уже прогресс.
В павильоне мы объяснили ей общий принцип и спроецировали её сначала в предыдущую сцену, когда принц Эллиот, Майлз и дамы садились на дирижабль.
Фотографии двух статисток Джеф уже «вклеил», теперь добавилась Эмма. Актёрской игры от неё пока не потребовалось, она только улыбалась. Причём от волнения улыбка получалась слегка натянутой, но это вполне укладывалось в контекст.
Теперь предстояло главное — драматичная сцена, в которой только что отработали актёры-мужчины. Я проинструктировал Эмму. Розанна шепнула ей что-то на ухо, и мы подвели её к объективу.
— А если не получится? — жалобно спросила она. — Или оговорюсь?
— Твоя героиня поначалу сидит тихонько, — ответил я. — Вот и не усердствуй, не переигрывай. А насчёт оговорок — ничего страшного. Звук будем отдельно записывать. Всё, поехали.
В кадре — снова салон-каюта.
Одна девица сидела в обнимку с Майлзом, другая — с Эллиотом на соседнем диванчике. Героиня же Эммы пристроилась на отшибе, в кресле. Он цедила вино, поглядывая на остальных с лёгкой завистью.
В дверь деликатно постучали. Вошёл стюард, чтобы заменить на столе бутылку. Вид он имел смазливый и хлыщеватый. Когда он оказался рядом с завидующей девицей, та вдруг застыла и странно повела носом, будто принюхиваясь.
Эмма старательно выполняла написанное в сценарии. Получалось несколько неестественно и топорно — но, как ни парадоксально, именно это сейчас и требовалось.
— Ты, — сказала девица, указав на стюарда. — Скрытный.
Все посмотрели на неё с удивлением. Затем принц расхохотался, две другие девицы захихикали в унисон. Майлз усмехнулся тоже, но взгляд его стал внимательным.
— Прячешь что-то, — сказала странная девушка. — И боишься.
— Майлз, где ты её откопал? — поинтересовался Эллиот весело. — Или у неё от винишка мозги прокисли?
— Может, и так, — пожал Майлз плечами. — Но этого холуя я бы проверил. Мало ли?
— Да ладно тебе. Давно у нас служит. Его наши параноики из дворцовой охраны проверяли уже раз десять, я думаю.
  
— Люди меняются, дружище.
Майлз посмотрел на стюарда:
— Слышь, как там тебя. Покажи карманы.
— Простите? — проговорил стюард неуверенно.
— Карманы выверни, говорю. Если они пустые — пять сотен крон с меня. Таких чаевых ты в жизни не получал.