Не лечи мне мозги, МАГ! (СИ)

— Теперь нас будут просить повторить этот фокус с летающим атласом, — сказала Соня, подошедшая к нам. — И что мы скажем? Магия за отдельную плату? 
— Скажем, что фишка в собственности Коростелевых, а уж Вика точно не захочет, чтобы ее кто-то копировал. Даже не сомневаюсь, — ответила я и повернулась к Георгу. — Спасибо, ты спас нас. Я даже не знаю, как тебя благодарить. 
— Покорми меня. Сейчас. А заодно и сама поешь, я видел ты с утра ни кусочка в рот не положила, — и Георг нежно поцеловал меня в уголок губ. 
  
— Ты неисправим, только пожрать на уме, — сказала я и шутливо стукнула его кулаком. — Так и быть, пойдем, покормлю твое Сиятельное проглотство. 
Оставшаяся часть свадьбы прошла идеально. Перед тем как уехать, молодожены подошли к нам и поблагодарили за работу. 
— У меня уже несколько человек взяли ваши контакты, — с улыбкой сказал Дмитрий. — Так что, Людмила, ждите новых клиентов. 
Пока Вика радостно щебетала о том, какие великолепные подарки им сделали, Коростелев о чем-то перемолвился с Георгом. Они улыбнулись друг другу и пожали руки, после чего молодожены отбыли. 
— Что он сказал? — подозрительно спросила я. 
— Еще раз поблагодарил за плечо, — беспечно отмахнулся Георг. 
Когда мы усталые добрались до дома, он с порога начал меня нежно целовать. Я думала, что сил мне не хватит ни на что, но оказалось, что для занятий любовью мой организм с удовольствием нашел резервы. В этот вечер Георг был нежен, как никогда ранее. Казалось, он хочет поцеловать каждую клеточку, каждую складочку моего тела. Я же плавилась под его руками и губами, медленно приближаясь к огненному взрыву. 
Потом мы долго лежали, обнимаясь и тихо беседуя о ничего не значащих вещах. Я постаралась отодвинуть на задворки сознания разговор Сони с бабушкой, не хотелось портить такой прекрасный вечер. Перед сном Георг подошел к горшку с небольшим зеленым ростком, стоящему на столе. Цветок, который подарил мне маг неделю назад, рос не по дням, а по часам. Георг легонько дунул на него и сказал: 
— Цветы умеют говорить, помнишь? 
— Помню-помню, — зевая ответила я. 
Уже проваливаясь в сон, мне показалось, будто я услышала тихое: 
— Он скажет тебе то, что не сказал я. 
  
Глава 18
 
Утром по недавно приобретенной замечательной привычке я выгнула спинку, надеясь ощутить сзади тепло мужского тела. Но услышала лишь недовольный мявк. Фабио на месте Георга? Медленно повернулась и приоткрыла один глаз. Георга не было. Странно. 
Взгляд зацепился за что-то красное на столе. Я села в кровати, натянув до груди одеяло. В горшке, где еще вчера был маленький росток, сегодня гордо распустила бутон красная хризантема. 
Но вместо радости от созерцания красивого цветка, я почувствовала панику. Так быстро вырос? Однозначно магически. Но зачем? 
— Георг! Ты где? — крикнула я, голос предательски сорвался. 
Я вскочила с кровати и побежала на кухню. 
— Георг! Не пугай меня, пожалуйста! 
Тщетно. Ни на кухне, ни в ванной его не было. Мозг в панике уцепился за совсем уж невообразимую идею. Может быть, приходила мама, и они вместе ушли в магазин, например? Я схватила телефон. 
— Привет! Мам, а ты где? — в волнении спросила я. 
— Дома, где же еще. Что за странные вопросы в девять утра, — мама недовольно засопела и сделала потише звук телевизора. — А тебе чего не спится? У тебя ж выходной. Или Георг разбудил? 
Я осела на пол, слезы хлынули из глаз неконтролируемым потоком. Истерика подступила резко и стала душить в своих объятиях. 
— Мила, ты плачешь что ли? Что случилось? — заволновалась мама. 
— Георг. Его нет. Мне кажется, он ушел…— наконец смогла выговорить я сквозь рыдания. 
— Мы с папой сейчас приедем! — Мама положила трубку. 
Я обессиленно легла на кровать и свернулась клубочком. Перед глазами пронеслось все, что произошло вчера. Нет, Георг не мог уйти, не сказав ни слова. В голове всплыли тихие слова про цветок. Я вскочила и подбежала к горшку, из-под него выглядывал край записки. 
Нетерпеливо вытащила и прижала ее к груди, было страшно заглядывать в записку. Наконец я решилась и дрожащими пальцами развернула сложенный вчетверо лист бумаги. 
Здравствуй, Мила. 
Пишу и представляю, какая ты аппетитная спросонья. Сразу хочется изменить свое решение. Но я не могу. Я много думал над твоими вчерашними словами и понял, что не в моих силах победить твое недоверие. Ты и впрямь будешь считать, что я могу покинуть тебя. И это, в конечном итоге, встанет между нами стеной. Я не желаю такого. Я не хочу, чтобы ты страдала. 
Поэтому я принял решение вернуться в свой мир, пока еще могу пережить наше расставание, ведь дальше это станет совершенно непереносимым. Ты помнишь, я обещал, что все будет хорошо? Я не обманул тебя. Ты будешь счастлива, только не со мной. Не спрашивай откуда, но я знаю это точно. 
Прости меня, Мила. А о моих чувствах за меня расскажет цветок. 
Всегда твой Георг. 
Он ушел. Он и правда ушел! Он меня бросил! На смену слезам пришла злость. В стену полетела скомканная записка. Недолго думая, я смахнула со стола ненавистную хризантему. Перевернувшись, керамический горшок упал и разбился, превращая красивый кустик в груду грязной зелени. 
Боже, что я делаю? Я села на пол, вытащила цветок и стала разгребать кучу земли, выбирая из нее осколки. Слезы капали на грязные руки, перед глазами все расплывалось. 
Мама с папой так и застали меня сидящей на полу, в грязи, с прижатой к груди литровой банкой с хризантемой. 
— Доченька моя! — жалостливо сказала мама. — Иди ко мне, иди. 
Она потянула меня за руку, вынуждая подняться и сесть рядом с ней на кровать. 
— Давай отдадим цветок папе? Он польет его, — ласково проговорила мама, вынимая банку из моих безвольных рук. — Аркадий, забери! И чай завари с мятой, у меня в сумке лежит. 
Мама стала влажными салфетками оттирать мои руки от грязи. Я не сопротивлялась, мне было все равно, что со мной делают. Хотелось лечь, закрыть глаза и провалиться в вечный сон. 
Лишь раз я встрепенулась, услышав, как на телефон Георга, лежащий на тумбочке, пришла смска. Я, не раздумывая, метнулась к нему. Мама только ойкнула от неожиданности. Не знаю, что я ожидала там увидеть, но обнаружила лишь предупреждение о списании оплаты. 
— А он ушел! И платить не надо теперь! — горько рассмеялась я. 
Хотелось швырнуть телефон об стену, и я даже подняла руку для этого, но мама с удивительной прытью выхватила его у меня. 
— Нечего портить хорошую вещь, — сказала она. — Ох, а какая заставка красивая! Красные хризантемы, похожие на твои. И написано что-то, мелковато правда. Ага. «На языке цветов красные хризантемы обозначают вечную любовь». Странно, я думала, что розы. 
— Георг просто знал, что я не люблю ро-озы, — злость мгновенно перешла в боль потери, и слезы хлынули с новой силой. — Мамочка, как я без него? Я не переживу! Что мне делать? Помоги мне! Пожалуйста, помоги! 
Я схватилась за маечку пижамы на груди, хотелось расцарапать кожу, чтобы вырвать ноющее сердце. Чтобы оно перестало стучать набатом. Перестань же! 
Мама прижала меня к себе крепко-крепко. Она плакала вместе со мной, баюкала на руках, пока я не забылась беспокойным сном.  
  
Глава 18/1
 
Утром смотреть на мир я могла через две узкие щелочки, настолько опухли от слез глаза. Да и ладно, все равно видеть никого не хотелось. Было безразлично все окружающее, еще бы сердце можно было успокоить… 
— Мила, а пойдем сходим в парк погулять? Или в тот грузинский ресторанчик, помнишь? А может вообще в зоопарк? Я слышала в передаче по первому каналу, что зверюшки — это живой антистресс, — тормошила меня неугомонная мама, тут же привлекая и папу: — Аркаша, что ты молчишь! 
И она начинала наседать, потому что ему «безразлично состояние дочери». Звонок Сони стал моим спасением.