Угарит (СИ)

Все это великолепие было залито величественными сакральными лучами света. Источниками этого чуда служили несколько парящих под самым потолком шаров. Сайджед не удивился, когда ощутил ферролит. Сделать так, чтобы ферролит стал источником света - трюк не сложный, но придать свечению такие свойства не каждый сможет.
“Сколько же в пирамиде ферролита. Если собрать весь, что здесь есть, хватит на три, а может на пять сотен адептов Аспекта Битвы” - изумился Сайджед.
— И на пару тысяч бесполезных адептов Аспекта Памяти, — прошептал он, хмуро улыбнувшись.
Древние конструкты ровными рядами стояли по обе стороны от Сайджеда, образуя коридор. Нерушимый щит, отделяющий непрошеных гостей от желанных сокровищ. Стальные воины были чем-то похожи на тех, с которыми ему довелось столкнуться на Ивелии, но эти больше походили на церемониальную охрану. Он не собирался испытывать судьбу, пытаясь взять себе сувенир на память. К тому же он проделал весь этот путь не ради золота. 
Проведя взглядом вдоль ряда конструктов, в дальнем конце зала, он увидел широкую площадку посреди которой стоял каменный саркофаг. Над последним пристанищем Ориадны, возвышалась статуя женщины. Не в силах отвести от неё взгляд, ноги сами понесли его вперед. 
Полуобнаженное изваяние женщины возвышалось до самого потолка. Мастерской рукой творец этого шедевра сумел через камень передать внешность женщины, красивой и властной. 
“Это не та девушка из видения, не Ориадна” - озадаченно подумал Сайджед. Он услышал голоса и обернулся.
Наемники завороженно вертели головами. Некоторые изумленно протирали глаза, ожидая, что прекрасное видение может рассеяться. Другие хохотали и, бросив оружие, ринулись набивать свои карманы. Хифдирт снял шлем и смотрел на набитый доверху драгоценными камнями сундук. Он улыбнулся и начал отдавать своим людям приказы. На Сайджеда они внимания не обращали.
Аспектор вновь взглянул на статую и подумал: “Возможно, это какая-то древняя богиня, которой поклонялись в Гелеспионе”.
“Владычица Обмана! Богиня, чье могущество неподвластно пониманию смертных! Разрывающая оковы жалких догматов последователей Сид! Та, кто за завесой Лжи хранит Истину!” 
Голос инскрипты ворвался в его разум.
“Преклони колени, ищущий, перед Той, что шепчет во тьме звезд. Восславь Её, познавшую Истинный лик вселенной. Восславь первую среди равных! Светлейшую из Ассаид’ари! Отдайся телом и душой Преумножающей Ложь!” 
Сайджед настолько увлекся, что не заметил, как оказался у саркофага.
— Приумножающая Ложь, — прошептал он и, глядя на утонченные черты лица богини. Ему казалась, что ещё мгновение, и она оживет. Используя всю свою силу воли, чтобы больше не смотреть на монумент, он опустил взгляд на каменную плиту закрывающую саркофаг. Она была покрыта замысловатыми символами, которые на первый взгляд выжгли на поверхности черного камня.
— Рунирические сигилы! — Сайджед не в силах был сдержать свой энтузиазм и тут же тихо выругался. Он обернулся. Наемники были заняты грабежом и не обращали внимания. Убедившись, что ему ничего не грозит, он вернулся к сигилам.
— Похожие сигилы изучают адепты в Аспекте Ремесла, но таких я раньше не видел… 
Он дотронулся к плите, почувствовал гладкую поверхность камня, и ладонь буквально прилипла к ней. Изумленный аспектор почувствовал, как в его сознание что-то врывается. Сопротивляться было бесполезно. Для этого нужна была сосредоточенность и спокойствие, а картина, которую он наблюдал, мало кого могла оставить хладнокровным. 
Символы на плите засветились и начали двигаться к ладони Сайджеда. Он еще раз попытался одернуть руку. Снова неудача! Сигилы продолжали двигаться. “Ферролитические нити!” - внезапно осознал он, чем сигилы являются на самом деле. Ему хотелось кричать, но от поглощающего его ужаса у него перехватило дыхание. Обронив инскрипту, он пытался помочь себе свободной рукой, но неведомая сила удерживала его. Символы начали терять свою форму, и теперь Сайджед с ужасом наблюдал, как нити, извиваясь, словно змеи, ринулись к его руке. 
 
Когда первая нить едва коснулась ладони, его словно ударило током. Чувствуя, как холодный пот стекает прямо на глаза, он не мог отвести взгляд от того, как первая нить порвала кожу между указательным и средним пальцами и проникла в его тело. За ней последовала другая, а потом ещё и ещё. Сайджед закричал или ему казалось, что он кричит. Физическая и ментальная боль слились воедино. Он проваливался во тьму, а где-то на границах его сознания звучал приятный голос, который постепенно приближался и звучал как злобное ворчание старухи. Постепенно голос становился все чище и приятней, а потом Сайджед вспомнил, что уже слышал его.
— Что это тут у нас? — Ориадна хихикнула. — Какой интересный экземпляр нам попался. Постойка. 
Он чувствовал её. Она рыскала в его сознании. Звонко смеясь, она прыгала от мысли к мысли, от воспоминания к воспоминанию, а потом она наткнулась на кодекс.
— Ах, вот оно что. Подбери инскрипту. Подбери немедленно!
Сайджед повиновался. Каким-то невероятным образом ему удалось сохранить сознание и, несмотря на боль, поднять артефакт.
— Молодец. Славно. Я так долго ждала нашей встречи, братишка.
Яркая вспышка света и боль исчезла.
Сайджед падал в пустоту, и падение это длилось целую вечность. Окружённый тягучей серостью пустоты, он ничего не чувствовал. Все страхи и переживания куда-то исчезли. Тревога сменилась приятным чувством умиротворения, а воспоминания о минувших днях, дружба, любовь, горечь утрат и бесчисленные сожаления растворились в пустоте, не оставив после себя и следа. Даже его пытливый ум, в котором всегда роились мысли, был чист и невинен. Сайджед Корделион падал, и всё было в порядке. Ему не хотелось покидать это место, он желал раствориться в пустоте, слиться с ней воедино и навеки остаться здесь. 
“Лабиринт вечен!” 
Далекое эхо произнесенных Ориадной слов задержалось на краю его сознания. 
“Сайджед Корделион! Какой интересный разум. Столько барьеров. Столько страстей! Любимый сын и брат, верный друг и аспектор. Презренный изгнанник и отступник. И самое главное - ты убийца!” 
На мгновение он вернулся на Ивелий. В тот самый момент, когда у него был выбор: спустить курок или позволить охотнику умереть. 
“Нет! Я спас Дейна! Не выстрели я, охотника бы убили, а Хенликс ведомый волей инскрипты, продолжил бы терроризировать планету!” 
“Так вот какое оправдание ты себе придумал. Скрываешься за благородными мотивами. Как банально. Мой брат тоже так думал. Считал себя вестником правосудия. Приумножающая Ложь позаботилась о том, чтобы убедить его в этом. Но ты справляешься с этим и без посторонней помощи!” 
“Ты ошибаешься!” 
Безумный, оглушительный смех Ориадны сотрясал пространство вокруг.
“Ошибаюсь? Я вижу тебя насквозь. Считаешь себя героем, Сайджед? Думаешь, твои мотивы чисты? Нет! Сай Корде спустил курок. Сай Корде спас охотника за головами, а не ты. Сайджед Корделион никогда бы не смог этого сделать. Ты - слабый, забившийся в угол, беспомощный, ничтожный человек. Трус, который боится взглянуть себе в глаза и увидеть истину! Охотнику ты помог не потому что заботился о жителях трижды проклятого Ивелия. Ты спас его, потому что он был тебе нужен. Потому что без него ты бы не заполучил инскрипту! Ты - трусливый манипулятор, который все свои проблемы вешает на других и ждет, пока другие их решат! Сам ты ни на что не способен! Или ты забыл, кто втянул её в ту историю? У тебя не хватило храбрости самому сделать то, что нужно! И ты обратился к ней. Если бы не ты, они бы все были живы!” 
“Замолчи! Замолчи! Я никогда…Я” 
“Замолчать? Сайджед, это твои мысли! Та сам навесил на себя все эти ярлыки, а теперь требуешь меня замолчать?” 
Её смех напоминал раскаты грома. Вернулись все тревоги, страхи и боль. Он снова был собой. Эманации Лабиринта ринулись к искорке его сознания. Сплетаясь в вихрь, они окутали Сайджеда, одновременно формируя его тело. Снова яркая вспышка.