Необычное и обыкновенное (СИ)

“Извини, друг, но взрослые — не наш профиль”.
“Я не знаю, к кому ещё обратиться. Полиция завела дело, но что они могут? Только внести её данные в базу пропавших”.
Это только в популярных сериалах целый отдел занимается одним делом, и лучшие специалисты ищут пропавшего без оглядки на его пол, возраст и статус.
“Всё так”.
Через полминуты невидимый собеседник добавил.
“Попробуй поискать её сам. Какая у неё машина?”
Я уже узнавал у Фло, поэтому тут же ответил.
“Машины нет”.
“Тогда езжай на вокзал. Покажи её фото. Я понимаю, шансов мало. Но, согласись, всё лучше, чем сидеть и маяться?”
”Ты прав! Спасибо, друг!”
“Удачи”.
Толком уснуть я так и не смог. Забылся в муторной полудрёме на рассвете, а очнулся ещё более разбитым.
Фотография Салли нашлась у Фло. С этим снимком я поехал на автовокзал. Если ничего не выйдет, поеду на железнодорожный. Потом в аэропорт. Действительно, всё лучше, чем сидеть и маяться.
Но мне повезло сразу. Пришлось расстаться с пятью долларами, и за эту скромную сумму официантка из местного кафе рассказала о женщине с фото. Запомнилась ей Салли из-за сумочки:
— Я такую купила на днях, думала: эксклюзив! А тут вышла покурить, смотрю: такая же. Я прям взглядом эту женщину сверлила, когда она в автобус садилась. Какой автобус? Не обратила внимания, но время было ровно шесть вечера. Гляньте по расписанию.
— Спасибо.
В шесть уходил автобус в Гринлейктаун. Едва я увидел название городка, нахлынуло воспоминание: Салли рассказывала, как они с дочкой отдыхали на Гринлейк. Я ещё попытался пошутить: а это озеро правда зелёное? Она грустно улыбнулась и сказала: дочка тоже об этом спрашивала.
Что же случилось, Салли?
Ты столько сделала для меня, а теперь тебе, кажется, нужна помощь.
Я взял билет до Гринлейктауна.
Купил газету, чтобы прочесть по дороге. На первой странице огромный заголовок требовал призвать полицейских к ответу: в городе орудует серийный убийца, ежегодно убивающий девушек, а копы бездействуют. Джо и его коллегам не позавидуешь: убийство няньки шефа полиции, теперь ещё и маньяк. Видимо, сумасшедший: автор статьи туманно намекал на какой-то ритуал в день летнего солнцестояния, значение воды и похожую внешность жертв. Не верится, что такое происходит не только в кино.
Дальше новости спорта. Курсы валют. Кроссворд.
…городок оказался совершенно обычным: в меру зелёный, в меру пыльный, в меру сонный. Я показал фото Салли кассиру, потом молчаливому уборщику — ничего.
Вышел на улицу и тут же увидел пожилую продавщицу цветов, сверлившую меня любопытным взглядом.
— Мэм, вы не видели эту женщину?
Увидев фото, цветочница заохала:
— Да, да, приехала, бедняжка. А ещё Дейзи выпустили! Сразу за ней и Салли приехала! Ох, что-то будет!
Я попытался разобраться, кто такая Дейзи, что связывает её с Салли и почему что-то должно случится. Это оказалось непросто: скучающая цветочница норовила поведать мне все новости Гринлейктауна. С трудом удалось направить поток её мыслей в нужное русло.
— Ох, Дейзи, она нянькой подрабатывала. Хоть и из богатой семьи, а родители её не баловали. Она за дочкой Салли смотрела, а потом девочка — ох, ужас-то какой! — захлебнулась в ванной! Дейзи со своим парнем по телефону ругалась, вот и забыла про малышку. А у ней, у девочки, назавтра день рождения! Вот горе-то матери! И как Салли с ума не сошла?
— Вы сказали: Дейзи выпустили…
— Да, посадили девчонку тогда! Родители её — люди уважаемые, но тут прокурор на дыбы встал. Ещё б: у него самого две крошки, чуть младше покойной девочки. А Дейзи, дурочка, как ребёнка нашла — бежать кинулась! Не домой, а прям на вокзал. Билет купила — её потом с автобуса сняли. А если б осталась, вытащила, “скорую” вызвала — может, и откачали бы девочку. Ох, что-то будет…
— А где живёт Салли?
— А вы кто будете? — наконец заинтересовалась цветочница.
— Друг. С работы, — покривил душой я.
Женщина кивнула и принялась объяснять, как добраться до Кленовой улицы.
 
По дороге мысли так и роились в моей голове. Дочка Салли утонула из-за невнимательной няньки. Видимо, на днях моя знакомая узнала, что отсидевшая срок нянька вернулась домой. Салли в гневе разбила ноут, покидала вещи в сумку и, забыв о работе, помчалась в Гринлейктаун.
Что же меня беспокоит? То, что Салли собирается отомстить? Или то, что согласно статье в газете, кто-то каждый год убивает девушек, сидящих с детишками, в конце июня, когда у Салли траурный отпуск?
Если бы кто-то был виноват в гибели моей жены, я бы тоже хотел отомстить. Я понимаю эту сводящую с ума боль, эту скорбь, въевшуюся в ежедневный быт, эту пустоту, которую не заполнить ничем.
Если бы я мог обвинить в этом хоть кого-то, было бы мне легче? Моя жена умерла из-за тромба. Трагическая случайность. Виноватых нет.
А если бы её сбила машина или убил грабитель, я бы искал кары для виновного? Наверное, да. Для скорбящего родственника наказания, отмеренного законом, всегда мало.
Но другие девушки…
Я должен посмотреть в глаза Салли и услышать ответ.
Вот и восьмой дом на Кленовой улице.
— Мистер Морган? Не ожидала вас увидеть. Заходите.
Салли выглядела странно: глаза лихорадочно блестели, волосы не причёсаны, одежда мятая, словно её не снимали несколько дней. Салли не стояла на месте: подходила то к задёрнутым шторам, то к выключенному телевизору, то к дивану, накрытому цветастым пледом.
— Салли, как вы?
— Я? — она на мгновенье задумалась, не переставая ходить туда-сюда. — Все нормально. А скоро будет хорошо.
— Я слышал о Дейзи и вашей дочери. Мне очень жаль. Что вы собираетесь делать?
— Я? — снова переспросила Салли и подошла ко мне вплотную. — Собираюсь довести дело до конца.
Она улыбнулась, и в этой улыбке не было ничего от той печальной женщины, которую я знал шесть лет. Улыбка светилась радостным безумием.
Я осторожно взял Салли за плечи и повторил:
— Что вы собираетесь делать?
— Вы должны понять, мистер Морган, — зашептала она. — Эта мерзавка отняла у меня мою девочку! Я убью её и всё закончится. Всё будет хорошо.
Я ощутил, как буграми напряглись её плечи под мятой блузкой.
— А те, другие девушки, которых топили в уборных? Вы что-то знаете о них, Салли?
Она снова улыбнулась, почти нормально, чуть виновато:
— Они были так похожи на эту стерву!
— Салли, вам нужна помощь… — мягко начал я.
Женщина вывернулась из моих рук и горячо зашептала:
— Сначала Дейзи. Дейзи!
Я попытался её образумить:
— Вас ведь все видели! За вами весь город наблюдает…
— Следят — и ладно, — отмахнулась Салли. — Лишь бы не мешали. Вы же не хотите мне помешать?
Она уставилась на меня с подозрением, и я помотал головой. Снова попытался урезонить женщину:
— Те девушки, они ведь тоже чьи-то дочери…
— Чаю, мистер Морган? — перебила меня Салли, словно вдруг вспомнив о роли хозяйки дома.
Она ушла на кухню. Внутренний голос подсказывал: пора уходить. Я уже развернулся к двери, но тут завибрировал в кармане телефон. Вытащил его, глянул на экран: Джо. Как же не вовремя!
Что-то заставило меня обернуться. Салли, оскалившись, неслась на меня с ножом. Я отшатнулся — лезвие оцарапало плечо. Телефон полетел в сторону.
Кинулся к двери. Заперто. Чудом увернулся от яростного прыжка.
Сдёрнул плед с дивана. Набросил на Салли. Женщина запуталась, упала, забилась на полу, воя и шипя, как одержимая. Я огляделся, подскочил к окну и рванул плотную занавеску — карниз с треском рухнул. Набросил на барахтавшуюся Салли штору, кинулся сверху, не давая ей встать, прижал к полу руку с ножом. Еле-еле дотянулся до телефона.
…когда приехали полицейские, она уже не дёргалась. Тихо плакала под шторой и пледом. Надеюсь, ей помогут.
Я провожал взглядом отъезжающую полицейскую машину, невпопад отвечал допрашивающему меня офицеру и думал: и так бывает, когда лезешь в чужие дела.