Необычное и обыкновенное (СИ)

— Да нет, они с братом в четверг приехали. Я с его братом, кстати, тоже пытался связаться, но не нашел. Может, у них дома что случилось?
— Так-так, они с братом, вроде как, сироты. Их, кажется, дедушка воспитывал.
— Вот и надо узнать, Алексей Петрович, вдруг помочь чем надо? — Кириллу было несколько неловко притворяться таким вот заботливым паинькой, но он успокоил себя тем, что куратору он как бы и не совсем врет, а как иначе найти Буиновых — непонятно.
Алексей Петрович, обеспокоенный его словами, заглянул в деканат, где и выяснилось, что номер, указанный Буиновым при поступлении как дедушкин, не обслуживается.
Кирилл, увязавшийся за куратором, успел заглянуть в журнал и запомнить название поселка и адрес. Выйдя в коридор, он открыл Гугл-карту и убедился, что такой населенный пункт действительно есть. Находится на самом берегу Байкала, чуть южнее Усть-Баргузина, примерно в четырех часах езды от города.
Поселок маленький: на карте обозначено всего три улицы.
Кирилл долго смотрел на экран телефона и внезапно решил: надо ехать. Всего на один день, а вдруг получится что-то разузнать? Деньги у Кирилла были: откладывал со стипендии на новый смартфон к Новому году, так что с билетом проблем не будет. Матери скажет, что на выходных заночует у приятеля.
Кирилл съездил на автовокзал и купил билет на утро субботы, а обратный решил взять на месте.
К субботе энтузиазма поубавилось, да и день выдался пасмурный и промозглый. Но Буинов все еще не нашелся, а билет был уже куплен.
Пыльная "Истана" быстро наполнилась помятыми, невыспавшимися пассажирами и неожиданно резво помчалась на запад.
Кирилл в очередной раз безуспешно попытался связаться с Буиновым и всю дорогу мрачно размышлял о том, как глупо он будет выглядеть, если Макс просто потерял телефон и загулял с братом.
Маленький поселок встретил мелким дождиком и сырым ветром. Кирилл плотнее закутался в куртку и натянул шапку почти на нос. От автобусной остановки до поселка пришлось пройти пешком пару километров через сырой осенний лесок.
Вот и нужные три улицы — весь поселок. Одна из них "украшена" старым пожарищем. Кирилл осторожно побрел вдоль покосившихся заборов, сторонясь сердитых собак. С трудом, но все же припомнил, что ему нужна улица Ленина, а на ней — дом номер восемь. Парень огляделся, но табличек с названием улицы не нашел, хотя номера домов были намалеваны прямо на стенах.
Из-за забора высунулась любопытная девчонка, окинула его опасливым взглядом и стремительно скрылась.
— Вы не подскажите, где тут Ленина, 8? — спросил Кирилл у забора, не очень надеясь на ответ.
— А тебе чего? — калитка приоткрылась, и в проеме показалась женщина непонятного возраста в сером поношенном пальтишке: то ли мать девчонки, то ли бабушка.
— Я ищу дедушку Максима Буинова. Меня Кирилл зовут, я с Максом учусь.
— В городе, что ли? — недоверчиво уточнила женщина.
— Ага, — кивнул Кирилл.
— Ну, вроде похож на городского. Ладно, — смилостивилась аборигенка, внимательно оглядев его, — давай-ка я тебя провожу. А ты расскажи, чего надо. Ленка, ворота закрой!
— Да Максим на занятия не приходит и на звонки не отвечает. И брат его, Леня, тоже. Я их ищу.
— Прям из города за ними приехал? — удивилась женщина. — Ну, сейчас их тут точно нет. На прошлых выходных приезжали, было дело. Уже давно должны были в город вернуться.
— А скажите, вы не знаете… кстати, вас как зовут?
— Тетя Таня — меня так все кличут.
— Тетя Таня, а вы знаете Петра Крайнова?
— Знаю, конечно, как не знать? У нас тут все друг друга знают. А чего Петька? Он парень тихий, хороший. Жалко его: папка спился, мамка померла… А он что, тоже пропал, что ли?
Кирилл кивнул, видя, что его собеседнице не терпится поделиться знаниями. Женщина вздохнула и поежилась.
— Вон, вишь там пожар был?
— Вижу.
— Так вот, там Митька сгорел. Уж лет десять как. Стакан его кликали, ясно почему? Вот он с пьяных глаз Сашеньку, дочку Крайновых, застрелил. Ирод! Она маленькая совсем была, лет шесть, кажется.
 
Женщина снова зябко повела плечами.
— С города следователи приезжали, весь поселок на ушах стоял. Говорили ведь Митьке: не пей в сезон! Браконьерил он помаленьку. Видно, Сашка за кем-то увязалась в лесок, — тетя Таня махнула рукой направо, туда, где за домами виднелись золотые по осени березы и темные силуэты сосен. — А он, ирод, то ли обознался с пьяных глаз, за зверя ее принял, то ли вообще не глядел, куда палит. Да и шут его знает! Петька ее нашел, а у ней лица не было. Дробью прям в лицо зарядил!
Женщина всхлипнула и перекрестилась.
— Тогда их папка и запил. До того-то только по праздникам, как нормальный мужик, выпивал, а потом — днем, ночью, будний ли день, выходной ли, — тетя Таня горестно вздохнула. — А мамка их на глазах растаяла: похудела, побледнела, а через полгода померла. И понятно оно, вроде: чай, дочку потеряла, — и непонятно: как сына-то оставила?
Кирилл молча слушал неспешный рассказ, осознавая, до чего он сам — счастливый человек. Со смертью он сталкивался лишь раз, когда скончалась его бабушка. Но ему тогда было всего четыре, и бабушку он почти не знал, помнил только, как мама плакала. А что чувствовали Крайновы и этот Стакан, случайно убивший маленькую девочку, Кирилл не мог даже представить.
— Вот мы и пришли, — она остановилась у дома с синими ставнями. Перед домом росло раскидистое дерево, незнакомое Кириллу. Во дворе заворчала собака, но тетя Таня рявкнула:
— Тихо, Найда, все свои! Ты не боись, — нормальным голосом сказала она Киру. — Она не кусачая, брешет только.
А затем снова закричала:
— Деда Леша! Ты дома? Деда Леша!
Она повернулась к Кириллу:
— Подождать надо, счас выйдет. Он уже старенький совсем. Сам мальчишек поднял, а как уехали, так совсем ослаб. В январе вот заблудился в родном селе! — женщина сокрушенно покачала головой. — Чуть не замерз насмерть. Хорошо, его Петя нашел.
— Тетя Таня, — заверещал детский голосок в соседнем дворе, — Андрейка с сарая упа-а-а-ал!
— Ох ты, господи! Бегу! Ты уж деду Лешу сам дождись, ладно? — торопливо бросила тетя Таня и кинулась на детский плач.
Что ж, Буиновых тут нет: действительно от соседей здесь не спрячешься. Что он скажет незнакомому дедушке? В кино Кирилл видел родственников жертв, и даже на экране они выглядели такими подавленными, что ему становилось неловко смотреть на их горе. А тут живой человек! Кирилл встряхнулся: все-таки это не родственник жертвы, а дедушка его одногруппника. Ну поговорит он с пожилым человеком, не развалится. Опять же дедушке приятно будет: одному тут куковать — невесело, наверное.
В щель между досками забора высунулся любопытный собачий нос, Кирилл попытался разглядеть собаку, но тут дверь в дом отворилась, и на крыльце показался седой старик, тяжело опирающийся на трость.
— Кто там? — хрипло, словно со сна, спросил он, близоруко щурясь.
— Здравствуйте… — начал Кирилл.
— Ленька, ты?! Заходи, заходи! — дед начал неловко спускаться с крыльца, и Кирилл спешно вошел во двор и кинулся навстречу, чтоб старик не упал с высоких ступеней.
Собака принялась радостно скакать вокруг.
— Я… — начал Кирилл, приблизившись.
Дед уже спустился на пару ступеней и, едва Кирилл подошел, цепко ухватил его за локоть.
— Леня, не было ничего, запомни! Одно ружье у деда! Вам с братом дальше жить надо! — темные стариковские глаза диковато уставились на Кирилла, и ему вдруг стало страшно.
— Я Кирилл, учусь вместе с Максимом… — начал он, но дед перебил его:
— Девчонку жалко, да. — продолжал дед. — Так ведь и вы не со зла. Нечего жизнь себе портить. Поклянись, что все забудешь!
Кириллу ничего не оставалось, кроме как поклясться. Старик отпустил его руку и, разом потеряв к нему интерес, принялся неуклюже подниматься на крыльцо.
— Чего он? Чудит? — из-за калитки показалась тетя Таня.