Его выбор (СИ)

– Ладно. Но без пригляда бойцов Клэр чтоб даже в туалет не ходила.
Я нервно хохотнула:
– Боюсь, это будет чревато…
– Демира, я серьезно. Меня не будет в мире Железа, я физически не смогу тебя защитить.
– Ты будешь защищать интересы нашей страны в мире Воздуха. А это то же самое, что и защищать меня. Матриарх и ее мир неделимы по праву королевского дара.
За одним маленьким, неприятным исключением, на котором Кириону скорее всего придется скоро жениться.
  
Глава 22
 
– Ваше Высочество, какая приятная встреча!
Клэр оре-Роул широко улыбалась, приветствуя мое Высочество, которое, меж тем, мысленно обещало свернуть старшего брата в бараний рог.
В моем любимом рыжем зале идеально-ровной линией выстроился отряд Клэр. Мне подумалось, что женщина отбирала личный состав в первую очередь по внешним данным. Это были красивые, хотя отмеченные Фронтиром, мужчины. Высокие, широкоплечие, с одинаково внимательным, сосредоточенным и твердым взглядом. Тем не менее, моему взору предстал действительно лучший отряд лучших бойцов, которых Кирион призвал в столицу для усиления моей защиты.
Я мазнула взглядом по мужчинам, и сердце мое пропустило удар – Вальтер оре-Марлоу стоял в ряду с точно таким же бесстрастным выражением лица. Просто хорошо тренированный боец на задании – один из списка. Машинально отметив про себя, что маг хорошо держится, не бледен и не клонится на раненную сторону, я мрачно посмотрела на старшего брата.
– Клэр, рассчитываю на тебя, – проговорил Кирион, находящийся практически одной ногой в портале в мир Воздуха.
– Мы тебя не подведем, – со всей серьезностью ответила капитан.
Мы рассчитывали, что Кирион будет отсутствовать пару-тройку дней, а потому по легенде он отчаливал обратно на Фронтир по моему крайне важному поручению. Я надеялась, что этого времени хватит, но была готова импровизировать в случае его задержки. К тому же матриарх в целостности Кириона заинтересована меньше всего, а потому вряд ли будет терзать меня с пристрастьем, куда я услала старшего брата.
Едва Кирион покинул зал, Даян извлек из воздуха кинжал и повернулся к оре-Роул:
– Кирион передал ваши договоренности. Трое бойцов всегда должны сопровождать принцессу вне зависимости от места и конфиденциальности поездки.
Клэр кивнула, и ее отряд один за другим начал приносить клятву о неразглашении. А после этой нехитрой процедуры, капитан отобрала трех человек – двух обычных бойцов и одного мага, чтобы начать исполнять возложенные на них обязанности. И я очень надеялась, что Вальтер в первой тройке оказался случайно.
Но никаких попыток заговорить со мной мужчина не предпринимал, а потому мы в почти что торжественной тишине дошли до расфуфыренной кареты и отправились исполнять мои наследные обязанности. Мы с Даяном – в карете, а бойцы Клэр – верхом в составе сопровождения.
Из поездки на Фронтир я привезла с собой кровавые кошмары, разбитое сердце и несколько пленных кочевников. Их-то мы и ехали допрашивать с близнецом.
Тюрьма Ирониума с поэтичным названием Туррет находилась на отшибе города. Это была старая крепость, технически состоящая из восьми башен, соединенных меж собой, с крошечным внутренним двором, используемом для торжественных казней. Построена Туррет была настолько давно, что скучный серый камень видел на троне мира Железа еще мужчин. Казни, собственно, тоже закончились примерно в то же время. Матриархи не очень любили рубить головы, предпочитая награждать неугодных персон новой жилплощадью в Туррете и забывать об их существовании.
Как принцессе мне не было необходимости посещать такие места, но я справедливо полагала, что наследница должна знать все. В том числе кого, за что и как надолго сюда упекли. В основном, в тюрьме содержали откровенных отморозков, но и для благородных заключенных было местечко. А я втайне надеялась, что и для политических в конце концов найдется место, потому как виконт Навал уже порядком всех допек.
Узкие и редкие бойницы Турреты не пропускали солнца, а потому место это было крайне унылое. Нас встречал комендант крепости – невысокий мужчина с холодным, злым взглядом. Когда-то он был дознавателем, но отошел от дел и за особые заслуги перед короной, а также благодаря его личным садистским наклонностям, господин Лорнот получил эту должность.
  
– Ваше Высочество, – мужчина низко поклонился, когда я выбралась из кареты.
Я обозначила кивок, как и положено при нашей разнице в социальных статусах.
– Хотел бы сказать, что рад вас видеть, но Туррет не место для прекрасной беседы, – жестко усмехнулся мужчина. – А потому – прошу следовать за мной.
Атмосфера в Туррете была максимально гнетущая. Освещалась тюрьма редкими чадящими факелами, и мое сопровождение зажгло переносные магические светильники, чтобы никто не поломал ноги. Окна в Туррете отсутствовали в принципе, во всей крепости было счетное количество узких бойниц для вентиляции. С этой задачей они справлялись так себе, и воздух внутри был спертым, сырым, холодным и душным. А на этажах с живыми заключенными еще и смрадным.
Комендант крепости коротко отчитывался о делах прямо на ходу, и дела в Туррете шли прекрасно. Заполнена тюрьма была примерно на половину, содержали узников как положено: в жутких и кошмарных условиях, кормили тоже как положено: раз в день какой-то бурдой. Дополнительных расходов не планировалось, а потому финансирования не требовалось. Вот все бы так!
Спустились мы в итоге на самый нижний этаж. Тонным камня над головой давили, но это было лучшее месте, чтобы спрятать от посторонних наш ценный груз – несколько пленных кочевников. Из всей толпы их выделяли знаки отличия – они были командирами. В нашем понимании – даже офицерами.
Их держали по одному в камере, прикованными за ногу, как животных. Во мне шевельнулось что-то жалостливое, но отпустило, стоило мне вспомнить руины форта Патронум. Враг навсегда остается врагом.
– С кем желаете говорить, Ваше Высочество? – спросил господин Лорнот.
Вместо меня ответил Даян:
– С тем, у кого на груди татуировка в виде когтистой лапы.
Это должен быть самый сильный, самый влиятельный воин. И он определенно должен знать больше, чем остальные. Он сидел на полу, откинувшись спиной на стену, гордый, несломленный, с удивительно одухотворенным лицом.
Брат кинул взгляд на группу сопровождения, и от нее отделился один из бойцов. Этот человек говорил на кочевом наречии, и должен был помочь наладить коммуникацию.
– Принцесса желает говорить с тобой, – произнес толмач.
Кочевник, медленно отрыл глаза.
– Мне нечего ей сказать.
– Она будет задавать вопросы. Ты – отвечать.
– Мне нечего ей сказать.
– Будет лучше, если ты согласишься, – толмач терпеливо продолжил уговаривать кочевника. – Принцесса строга, но справедлива.
– Ей нечего мне дать.
Кочевник прикрыл глаза, как бы говоря о том, что аудиенция окончена.
– Ваше Высочество, может мы его это? – комендант неопределенно мотнул головой в сторону пыточной.
Я усмехнулась, покачала головой и медленно начала подходить к пленнику. Шаг. Другой. Третий…
– Ваше Высочество… – позвал меня Вальтер. – Это небезопасно.
Оклик мага я проигнорировала и подошла к пленнику максимально близко. Так, что при желании он могу бы меня схватить рукой.
– Я предлагаю тебе смерть, – спокойно произнесла я на чистом кочевом наречии, заставив мужчину у моих ног широко распахнуть глаза. – Чистую, гордую, свободную смерть от благородного клинка. Если же ты и твои люди откажутся, то вы останетесь здесь навсегда. И год за годом будете дряхлеть, болеть, превращаясь в немощных больных стариков. Выбирай.
Мужчина смотрел на меня снизу вверх, и в его равнодушных серо-карих глазах мелькнуло удивление.
– Ты не боишься меня, – медленно произнес кочевник. – Почему?