Благословенная Империя (СИ)
Чуть погодя псов немного подуспокоили загонщики. Прицепили к поводам, оседлали коней, да вывели свору из замка, а там лай затих вдали. С псарни теперь гавкали редко и обиженно. А Амарими злился, распалённый затянувшимся поединком, но выглядел, в целом, уже куда лучше, чем с утра. Даже позавтракал с охоткой, в тишине приведённого в порядок большого зала. Чуть погодя появился страдающий Алан. Чуть-чуть перехватил остатки завтрака, и ушёл страдать дальше. Надо признать, прочие гости дас Саммеши показались только к обеду. А уже после него выехали на охоту.
Шоуки сперва беспокоился, что выехали поздно, но охота оказалась так, пшиком. Достигли какой-то прогалины, не сильно запорошенной снегом, потрубили в рога, и чуть погодя загонщики со сворой выгнали прямо на них оленя.
Благородные бодро его закололи, и вся процессия двинулась назад, в замок, в сгущающихся сумерках. Действо оказалось на редкость скучным, но Амарими вроде понравилось. Оленя испекли к ужину, большую часть которого занимала символическая делёжка туши. Кто нанёс первый удар, кто завалил оленя, кто гость, часть отдали лесничему, часть — псарям, и всё происходящее больше напоминало какой-то ритуал, чем званый ужин.
Как оказалось, чем то таким оно и было, ибо следующие охоты проходили более традиционно. Выезжали с утра, гоняли зверьё полдня, то с помощью загонщиков, то пуская псов по следу, а ввечеру пировали, хотя и не так отчаянно, как по приезду. Успели загнать пару волков, секача, который едва не затоптал Алана, после того как сшиб в снег и распорол бок его лошади, гоняли странного массивного оленя с длинными ногами и рогами, похожими на шипастые лопаты. В целом, всё проходило более-менее гладко, но очень выматывало морально. Надо было следить и за принцем, и за окружающим лесом, и за замышляющим недоброе конём. Но Шоуки был внимателен, и когда вредная скотина якобы оступилась и съехав в заснеженный овраг завалилась на бок, успел отпрыгнуть в сторону и его не покалечило.
Впрочем, на исходе недели ставшую привычной рутину загонной охоты разбила заминка, случившаяся на опушке древнего леса. Псы сбились со следа, заинтересовавшись глубокой бороздой, оставленной кем-то в снегу, да едва не налетели на человека, пересекавшего поляну едва не на четвереньках. Хорошо собак успели отозвать, и загонщики, да с охотниками окружили непонятного нарушителя.
— Что там происходит? — Амарими приподнялся на стременах. Он, да Алан, да прочие аристократы, кроме дас Саммеши, не торопились выезжать из леса на открытую местность, да рисковать своими скакунами в глубоком снегу.
— Сейчас разберутся, — Алан немного напряжённо наблюдал за происходящим, в глазах его плескалась тревога. — Но обычно такого не случается. Наказания очень суровы за охоту или вырубку в заповедных лесах, чернь просто не станет подставлять себя и родственников. Разве что, кто-то неместный, не знающий границ и лесов.
Псы надрывались. Знать гомонила. Амарими расспрашивал о подробностях местного устройства, и хмурился задумчиво, выясняя некоторые детали местных традиций и порядков.
Наконец дас Саммеши покинул своих людей, и нетерпеливо понукая коня направился к основной группе. Шоуки навострил уши, ожидая услышать, что так встревожило молодого весельчака.
— Друзья! Довольно странные и тревожные новости принёс этот человек, — аристократ повернулся, бросив взгляд на оборванного мужика, которого как раз запихивали в седло одного из коньков. — Его раны подтверждают его небывалый рассказ, я велел доставить его в замок, отогреть да перевязать, и немедленно послать весть отцу, однако же…
— Не томи, Сев, что стряслось на ваших землях, что заставило деревенщину ломиться через заповедный лес? — пробасил на Гаер — самый старший, пожалуй, в этой компании отпрысков богатых и влиятельных. Уже с порядочной бородой, широкоплечий и высокий он казался чересчур здоровым для своего меланхоличного пегого скакуна. Ну, или пышный шерстяной плащ так увеличивал его фигуру?
— Этот человек — охотник из одной из ближайших деревень. Лесничие признали его. Он рассказал что прошлой ночью на его деревню напали безумцы. Они хватали людей и вытаскивали из домов, били и кусали сопротивляющихся, и вовсе не боялись ни ран ни боли, — тревожно поведал дас Саммеши. — Охотник жил на окраине, и потому сумел вырваться из рук безумцев, когда всё началось. Однако же, деревня была окружена, как он сказал, людьми, что выглядели так же безумно, но были вооружены и облачены в броню, и за ними присматривало несколько всадников в тёмном. Он сказал, что за ним погнались и лишь знание этих лесов позволило ему оторваться от погони.
Рассказ озадачил присутствующих, они переглянулись разок, но размениваться на вопросы не стали, один за другим поворачиваясь к Алану.
Тот напряжённо хмурил брови, и поудобнее перехватив поводья, уточнил:
— В какой стороне та деревня?
— Не скажу точно… — качнул головой дас Саммеши, — Но все деревни, что промышляют палом угля расположены вдоль Извилистой, а это к северу отсюда.
— Извилистая? Я слышал те места славятся насыщенным эфирным фоном.
— И от того уголь из тамошней древесины особенно ценится у кузнецов, — кивнул нервничающий балабол. — И, конечно, следовало бы дождаться, когда отец пришлёт отряд для проверки всей этой ситуации…
— Понимаю, — кивнул Алан, и повернувшись, бросил взгляд на замершего в задумчивости Амарими. — Однако же мы здесь, и в силе достаточной, чтобы разведать всю эту… ситуацию.
Остальные приняли предложение не задумываясь. В их возгласах чувствовались азарт и беспечность, но Шоуки заметил, что оба принца выглядят встревоженно. Если подумать, в их разговорах в тишине посольства то и дело упоминались странные события в насыщенных проклятием регионах…
Перестроились, отослав часть псарей и пяток охранников обратно в замок вместе с раненным охотником, да поехали по следу несчастного, принесшего дурные вести.
Глава 8
Через пару часов блуждания по заснеженной чаще от первоначального плана пришлось отказаться. Лесничий вывел отряд на звериную тропу, подальше от буреломов и опасных оврагов, которыми кружил охотник, сбрасывая погоню со следа. Но главное — удалось частично подтвердить его слова, обнаружив следы двух всадников и пятёрки пеших, что, похоже, преследовали злополучного охотника ещё несколько часов назад. По крайней мере, так сказал лесничий. Сам Шоуки хоть ты тресни не мог сообразить, что протопталось по снегу — конь ли, стадо кабанов, или же пеший. И как давно — снега тут не было уже с неделю, и местами он был вытоптан и перепахан животными, что водились в этих лесах в изобилии.
Как бы там ни было, разобрав, что преследователи оставили погоню, и направились по своим следам назад, лесничий предложил вывести отряд звериными тропами на ближайшую дорогу, огибающую лес, а там уже направится в сторону названой деревни.
Дас Саммеши, с оглядкой на Алана такой план одобрил, и довольно скоро отряд выбрался на наезженную дорогу, где и ускорился существенно. По левую руку начали попадаться поля да вырубки, лес стал более чахлым, а довлеющее проклятие начало то усиливаться, то опадать, что тревожило, но пока не доставляло Шоуки проблем.
Переехали через старинный каменный мост, перекинутый через совсем неширокую, но быструю и от того не замёрзшую речушку. За ней начались развилки, одна из них ныряла в не слишком густой, после заповедной то чащи, хвойный лес. Видимость в нём была отличная, именно потому через некоторое время быстрой скачки кто-то заметил в стороне от дороги группу людей, пробирающуюся через лес. Двое конных, да пяток пеших. Тут уж молодые аристократы не сумели справиться с азартом, засвистели, заулюлюкали, подгоняя коней, и несмотря на окрик Алана, бросились в погоню. Амарими, слава Предкам, хватило ума остаться в кругу телохранителей. Так что к спонтанной погоне они присоединились едва ли не в конце всей процессии, в отличие от Алана и его телохранителей, рванувших вперёд, наводить порядок. Вернее, пытаться. Безуспешно.