Благословенная Империя (СИ)
— Некоторым невыносима сама мысль, что королевство подчинено кому-то, пусть даже и столь формально, — пожал плечами Алан. Шоуки тоже протянули чашку, и он кивнул благодарно, грея о неё озябшие руки. Кожу лица начало немного пощипывать, стоило хватке мороза отступить. Пусть серьёзных ожогов он и не заработал, но бровей лишился почти полностью.
— И на фоне традиционных споров нашей оппозиции о статусе будущего королевства, молодёжь, как водится, начинает подражать старшим и пытается играть в большую политику. И не надо таких взглядов! Да, нас это тоже касается, но речь сейчас о нашем дорогом Аскольде на Лит. Его, оказывается, уже продолжительное время никак не хотели принимать в полные члены одного радикально настроенного тайного общества, и он посчитал, что убив кого-то из южан, да позначимее, заработает себе право подняться в иерархии. А там уж склонить к дуэли кого-то из вас — дело техники.
В этот раз хмыкнул Шоуки, а вот принц нахмурился.
— Постой, тайное общество? Серьёзно?
— Традиции у нас тут такие. — вздохнул Алан. — Многолетние… Я сам в трёх состою, между прочим. Это, скорее, что-то вроде клубов по интересам. В большинстве случаев. Наша служба, конечно, активно работает над тем, чтобы выявлять потенциально опасные и попросту запрещённые общества, но это не всегда так легко, как хотелось бы. А тут — такое. А общество, в действующие члены которого метил наш общий наивный друг, оказалось самым что ни есть радикальным и зарвавшимся. Ибо вчера Аскольда попытались показательно устранить.
— Что?!
— Как?!
Судя по лицу Алана, его забавляло видеть насколько ошарашены его собеседники этой новостью.
— Ну смотрите — Аскольд был нетерпелив в попытках пробиться выше в иерархии потому наверняка многих раздражал. Это раз. Так же, с этим вызовом на дуэль он повёл себя довольно топорно, что могло навести определённых людей на лишние мысли — это два. В целом поставил тайну общества в опасное положение, да ещё и взбудоражил других молодых и глупых кандидатов — это три. Так что, они посчитали, что показательно устранив буяна смогут и приструнить наиболее рвущихся в бой членов, и обострить ситуацию в обществе, подкинув улики против вас.
— Немыслимо! — возмутился Амарими. — Хотя ход, в целом, неплохой в определённых ситуациях… Что?
— Не важно… В общем, мои люди, присматривающие за Аскольдом очень удивились, когда того попытались по-тихому выпотрошить южным клинком. Удивились, но не сплоховали, так что всю ночь в допросных шла активная работа. И в ближайшие дни в столице, вполне возможно, будет жарко, поэтому мы…
— Мы едем на охоту! — радостно перебил Алана принц.
Шоуки медленно выдохнул, опустил полупустую чашку на стол и помассировал переносицу пальцами.
***
В эту сторону, вдоль реки, город всё длился и длился. Склады и пристани перемежались высокими зданиями-коробочками, из пристроек которых через высокие трубы валил едкий чёрный дым. Ветер относил его за реку, где бедные хибары быстро уступали место чахлому лесу, обступающему гору, чем-то напоминающую сгорбившегося медведя. По реке ползли широкие, угловатые баржи, нагруженные тюками и ящиками. Гружёные — в одном направлении, вниз по реке, пустыми — вверх, у противоположного берега, влекомые упряжками из местных мохнатых волов. В город, на этом направлении, припасы, товары и сырьё ввозилось на телегах, и потому отряд ехал вдоль плотного встречного каравана телег, которому не было ни конца ни края. К счастью, на местных производствах активно использовались магические печати, и плотность проклятия тут была довольно низка. Шоуки ещё не отошёл от отравления “эфиром” полностью, и потому радовался этому месту, несмотря на шум, вонь и гарь заводских районов. И в кои то веки развернул своё “внимание” пошире, пытаясь не только выполнять свои обязанности, но и заглянуть за стены и в телеги, чтобы попробовать угадать, какие товары тут производят и перевозят. Некоторые моменты вызывали вопросы, особенно, когда мимо пошла очередная череда подвод с углём, но спросить едущего неподалёку Алана он не успел — отряд свернул на перекрёстке, и едущие впереди гвардейца с руганью разгоняли возниц, верховых и пешеходов, стремящихся попасть на перекинутый через реку мост. Отряд растянулся, прогрохотал по деревянному настилу и вырвался на другой берег, показавшийся пустынным после правобережной толчеи. Сразу ускорились, а там и вылетели из трущоб на покрытый сероватым снегом простор.
Пятнышко недовольно зафыркал и замотал головой, заставляя Шоуки натянуть поводья, чтобы напомнить кто тут главный, и некоторое время уделять повышенное внимание скакуну. А там начала понемногу возвращаться лёгкая дурнота. Но да и невзрачные виды сменились дорогой, углубляющейся в лес. Отряд растянулся и ускорился, кони бодро взрывали копытами утоптанный наст дороги, ломившейся всё глубже в лес, к далёкой горе. Снег становился чище, деревья выше и гуще, дорога ветвилась, и едущих на встречу телег и конных становилось всё меньше. В какой-то момент лес начал чередоваться заснеженными полями, там и сям то и дело возникали деревушки, мелкие, но быстрые горные речки с перекинутые через них каменными мостами, над деревьями виднелись дымы поселений.
Проклятие становилось то гуще, то жиже, но в целом, было терпимо. Вон, принц с телохранителями его вовсе не замечали, не говоря уже о местных. К полудню достигли заповедного леса, а там и охотничьего замка, принадлежавшего дас Саммеши. Как и леса вокруг, насколько понял Шоуки. А ещё на небольшом, и довольно уютном каменном замке стояла мощная зашита, что снижало эфирный фон. Делать вид, что у него всё в порядке стало значительно легче, и кусок в горло полез на развернувшейся по прибытии пирушке. Потом правда, пришлось проявить твёрдость и на пару с Шотиши утаскивать Амарими из-за стола. Тот вяло сопротивлялся, не желая оставлять веселье, устроенное молодой аристократией, но заснул, едва будучи уложенным в постель.
Шоуки сел у дверей, подперев мощные створки спиной, и медитировал всю ночь, приводя себя в порядок, да настраивая сосуд на нормальное существование в отравленной проклятием среде. И едва за узким оконцем забрезжил рассвет, немилосердно растормошил подопечного, и потащил во двор, разминаться. Принц страдал, но стоило надеяться, что осознал, что слишком уж увлёкся, да ещё при таких обстоятельствах. В столице северян демоны знают что происходит, разборки фракций, тайные общества, натуральное покушение на убийство, от чего их и отправили куковать подальше под благовидным предлогом, а он тут изволит забывать наставления о крепости здешних напитков!
Или на Амарими так сказалось отсутствие старших? Ни госпожи посла рядом, ни господина старого посла, что всё ещё передаёт преемнице дела…
— Может, не надо? — предложил Амарими, увидев, как Шоуки вынимает клинок из ножен.
— Ежедневное оттачивание навыков столь же важно для здоровья ума и тела, как соблюдение гигиены и поддержание достойного вида! — процитировал Шоуки, прищурившись. — Надо, дорогой мой принц, надо. Заботу о тебе вверили в мои руки, и потому я буду заботиться, хочешь ты того, или нет!
— Шо-оу-киии… — простонал Амарими, но всё же взялся за свой клинок, да потянул его из ножен. — Ну вот в кого ты такой… ответственный?
— Предки наблюдают за мной из Нефритовых Чертогов, как я могу посрамить их, будучи на столь ответственном посту? — принял высокую стойку, готовясь атаковать, как только принц перестанет мяться и вздыхать. — Вряд ли кто-то из них удостаивался столь высокой чести.
— Злишься? — упрямо вздёрнул подбородок Амарими.
— Злюсь, — помедлив, согласился Шоуки.
Младший принц вздохнул, и наконец перехватив клинок как следует, атаковал первым. Звон стали разнёсся по двору, со стороны псарни раздалось тявканье, сменившееся беспорядочным лаем. На границе восприятия маячили оба телохранителя, не говоря уж о местной страже. Замок был далеко не таким впечатляющим, как Орлиное Гнездо, но охранялся не менее ответственно.