Одиночка. Том III (СИ)

Он вспомнил пустые глаза только что убитого василиска. В них не было ничего. В глазах же Е-ранга было что-то, спрятанное глубоко. Что-то, что не должно гореть в глазах у выживальщика низкого ранга. Опыт, не купленный на пунктах прокачки, а выжженный в иных печах.
Света, проходя мимо, бросила на него короткий оценивающий взгляд. Он ей едва заметно кивнул: всё в порядке, просто задержался. Потом шагнул вперёд, наступая пяткой на голову мёртвого василиска с таким безразличием, будто давил окурок. Пусть наблюдает. Пусть строит свои догадки. В этом был свой интерес.
  
Обычно люди от него отводили глаза, старались не встречаться взглядом. А этот — искал.
Туннель начал меняться, стены стали более влажными, и чем дальше группа заходила, тем светлее становилось вокруг. Стены были покрыты биолюминесцентным мхом, который мерцал тусклым синеватым светом. Воздух стал гуще, насыщенный запахом сырости и чего-то тухлого.
Игорь, шедший впереди группы, дал сигнал: остановка. Охотники остановились и начали осматриваться. Впереди, в зоне видимости, копошилось что-то крупное, многоногое. Не василиски. Сколопендры. Каждая — размером с телёнка, с блестящими чёрными сегментами и жёлтыми ядовитыми шипами на последних кольцах. Их было штук пять, и они методично обгладывали какие-то грибовидные наросты на стенах, производя противный хруст.
Марк, обойдя Игоря и заняв позицию впереди, глухо щёлкнул забралом. Игорь начал тихо отдавать приказы, распределяя цели. Лёха сжал посох, его пальцы побелели на узле. Коля, стоя в тени за выступом скалы, наблюдал не за мобами, а за Е-рангом.
Тот не суетился, не пятился. Он просто принял низкую стойку, перехватив кинжал обратным хватом. Его взгляд скользил по тварям, будто рассчитывая траектории, оценивая расстояния. Не страх, не азарт — холодный расчёт.
Атака началась внезапно.
Одна из сколопендр, уловив движение, резко развернулась и рванула вперёд, её многочисленные лапки застучали по камню. Марк шагнул навстречу, приняв удар на щит. Раздался скрежет хитина о сталь. В этот момент остальные твари пришли в движение.
Игорь швырнул какой-то навык, синяя вспышка ослепила одну из них. Света, не меняя положения, выпустила болт. Он со свистом пронзил воздух и вонзился в сочленение между сегментами у второй сколопендры. Та завизжала, закрутилась.
И тут Коля увидел то, что ждал. Е-ранг не бросился в бой. Он словно растворился в полумраке, сместился вдоль стены, используя суматоху и внимание мобов, прикованное к более шумным и ярким целям. Когда третья сколопендра, проигнорировав Марка, рванула к Лёхе, целителю, тот инстинктивно отпрянул, поднимая посох для щита. Но защита не успела сформироваться.
Из тени, будто из самой стены, вышел Е-ранг.
Одно движение: короткое, резкое, вверх. Клинок блеснул в синем свете мха и вошёл точно в мягкую ткань под челюстным сегментом твари — туда, где, предположительно, был узел нервных скоплений.
Сколопендра не закричала. Она просто обмякла, рухнув на бок, её лапки дёрнулись в последней судороге.
Парень уже отскочил, избегая падающего тела, и его взгляд на мгновение пересёкся с Колиным. В нём не было ничего: ни напряжения боя, ни злорадства. Пустота. Та же пустота, что была в глазах василиска. Рабочая пустота профессионала, для которого убийство — это техника, а не эмоция.
«Не Е-ранг, — окончательно, с ледяной ясностью осознал Коля. — Это паршиво. Совсем паршиво. Неизвестный игрок на поле».
Он понимал, что парень не «ешка». В-ранг, скорее всего.
Пока группа добивала оставшихся оглушённых тварей, Коля незаметно сместился к Лёхе, который, тяжело дыша, опирался на посох. Он притворился, что поправляет напульсник, наклонившись к уху целителя.
— Слушай сюда, — его шёпот был тише шелеста хитина, но в нём была стальная прожилка приказа. — Видишь этого Е-ранга? Когда придёт пора его лечить, если будет надо… сделай так, чтобы он затормозил. Не навсегда. Просто дай ему лёгкую дезориентацию, замедление реакций. Понимаешь?
Лёха вздрогнул, его глаза округлились. Он хотел что-то сказать, возразить, но встретил Колин взгляд — плоский, без угрозы, но и без вариантов.
Это была не просьба. Это было напоминание об уговоре с Барановым, о деньгах, которые уже лежали на счету, и о проблемах, которые могли случиться, если уговор не выполнить.
Целитель проглотил ком в горле и едва заметно кивнул. Он был солдатом, пусть и не самым храбрым, но понимал, что Коля был его прямым начальником в этой группе. Не Игорь, и не их цель — Романовы, а именно Коля.
Дальше по туннелю начались настоящие адские скачки. Стены стали походить на пчелиные соты, и из каждой ячейки с противным щёлканьем выпадали и сползали вниз новые твари: помесь паука и скорпиона размером с кошку. Их были десятки. Стрельба Игоря и болты Светы теперь были малоэффективны: нужно было уничтожать массу, а твари лезли со всех сторон, пытаясь окружить.
Марк ревел, вращаясь на месте, его булава крушила хитиновые тела, разбрызгивая липкую внутренность. Света убрала арбалет за спину и, выхватив два коротких тесака, начала крушить мобов. Игорь просто давил противников своим магическим щитом
Коля работал молча и методично, его длинный нож выписывал зловещие узоры, оставляя за собой груды рассечённых туш. Но его внимание было раздвоено. Он следил за Е-рангом.
Тот действовал не как солдат на линии фронта, а как хищник на своей территории. Он не стоял на месте, а постоянно двигался, используя неровности стен, выступы, тени. Его кинжалы, которых оказалось два, мелькали то здесь, то там, каждый удар — точечный, смертельный: в глазной стебель, в сочленение, в уязвимое брюшко.
Он не тратил сил на размашистые удары, не принимал на себя атаки. Он их предвосхищал, уходил, контратаковал. И при этом, Коля поймал себя на этой мысли, всё так же будто наблюдал за всеми. За Марком, теряющим дыхание. За Светой, чья ярость начинала брать верх над техникой. За ним, Колей.
В самый разгар боя, когда клубящаяся масса тварей уже начала теснить группу, одна из крупных, размером с собаку, прорвалась сквозь завесу из щупалец и клешнёй замахнулась прямо на Лёху. Целитель в ужасе вскрикнул, поднимая посох, но его защитное поле было на исходе. Коля был слишком далеко. Марк развернуться не успевал.
Е-ранг оказался рядом. Он не оттолкнул Лёху. Он просто шагнул между ним и тварью.
Его движение было похоже на удар змеи — быстрый, точный, без обратного хода. Клинок вошёл в пасть существа и вышел через затылочный сегмент. Тварь рухнула. Но в последний момент её отравленное жало, уже выпущенное в смертельной агонии, чиркнуло по предплечью парня, разорвав ткань куртки. Кожа под ней лишь покраснела: яд, способный свалить быка, видимо, не подействовал сразу. Но рана была.
Лёха, дрожа, увидел это. Он увидел возможность. Его глаза метнулись к Коле, ищущие подтверждения. Коля, срубая голову очередному пауку, едва кивнул. Долг есть долг. Уговор есть уговор.
Когда группа, отбив атаку, сделала передышку, Лёха, бледный как мел, подошёл к Е-рангу.
— Дай руку, — пробормотал он. — Жало могло быть ядовитым… хоть и не пробило глубоко. Очищу.
Парень молча протянул руку. Его лицо не выражало ни боли, ни подозрения. Лёха, избегая его взгляда, накрыл рану ладонью.
Из кристалла на посохе полился мягкий золотистый свет. Целитель начал стандартное заклинание очистки от яда и лёгкого исцеления, но в самый последний момент, как и договорились, его мысленный импульс дрогнул, поток энергии сбился, пошёл не туда.
Вместо чистого исцеления в тело Е-ранга вошла тонкая струйка хаотичной, дестабилизирующей магии. Эффект должен был быть не сильным: лёгкое головокружение, замедление реакции на минуту-две, не больше.
  
Золотой свет погас. Лёха быстро отдёрнул руку, будто обжёгшись. — Всё… должно помочь, — выдавил он и поспешно отошёл.
Е-ранг посмотрел на затянувшуюся красную полосу на руке, потом поднял глаза на лицо целителя. Его выражение не изменилось.