Хозяйка постоялого двора «Рыжая лисица»

Я тихо вздохнула. День ещё даже толком не начался, а уже какие-то проблемы назрели и решать их не кому-то, а мне.
 
Глава 4
 
Сол ушёл, так и не дождавшись от меня хоть какого-нибудь внятного ответа на озвученные проблемы. Я просто промолчала. Мне нужно время, чтобы вообще осмыслить своё пребывание в чужом теле и, по всей видимости, мире.
  
С помощью Шельки встала и направилась на выход, опираясь на сердобольную женщину. Променад до уборной, затем назад в комнату. По пути мне никто так и не встретился. Странно, я думала в этом доме гораздо больше людей, если судить по обмолвкам новых знакомых.
Помощница помогла натянуть серого цвета платье, и хотела было остаться, чтобы покормить меня с ложечки, но я категорично отказалась и попросила меня не беспокоить. Шелька недовольно поджала губы, но противиться моим словам не стала, кивнула и вышла, тихо притворив за собой дверь.
Держась за край стола, медленно села на стул и выдохнула. Вот тело молодое, но чувствую себя самой настоящей старухой, которая ещё немного и развалится.
Подтянув к себе глубокую тарелку с кашей на вид овсяной, опустила в густую массу деревянную красиво вырезанную ложку. Зачерпнула и отправила в рот. Солоноватая с отчётливыми нотками сливочного масла и кусочками какого-то разваренного мяса. Очень вкусно! Мне показалось, что я никогда не ела ничего вкуснее! Следом в дело пошла большая округлая булочка, с ароматом мёда, сладковатая, воздушная, и неважно, что серого цвета. Эта сдоба была просто обалденной!
И всё это великолепие я запила горячим травяным взваром: терпкость и "холодок" мяты смешался с кислинкой и сладостью сушёных ягод малины и согревающим нектаром пролился внутрь.
Зажмурившись, наслаждалась каждым глоточком невероятного напитка. После сытного завтрака жизнь уже не казалась такой хмурой, беспросветной. Появилась энергия, кровь словно стала горячее.
Итак, теперь я молодая женщина с интересным, даже красивым именем – Эйлианна Бейл. Незаконнорождённая дочь какого-то графа, это, естественно, гораздо лучше, чем если бы я угодила в тело бесправной холопки или замученной тяжёлым трудом простолюдинки.
У меня есть дом и даже кое-какая землица во владении. А это уже немало! Мне посчастливилось переродиться в человеке с внешностью очень схожей с моей предыдущей и в относительно здоровом теле, но, думаю, раны заживут, и эта проблема исчезнет сама собой. Меня окружают какие-то люди, вроде как готовые прийти на помощь и не бросить в беде. Если всё в действительности так, то это очень неплохо! Но верить без оглядки, кому бы то ни было, не собираюсь. Время покажет, а действия докажут. Если честно, то я бы и одна неплохо себя чувствовала.
Отставив в сторону опустевшую глиняную кружку, посмотрела в окно. Взгляд упёрся в шершавую кору мощного дерева: именно оно отбрасывало тень на эту часть дома, а в частности, на мою комнату, поэтому так сложно было по первости понять, какое время суток. Кряхтя и морщась, встала, обогнула стол и выглянула в окно, в котором не было стёкол, только ставни, сейчас широко распахнутые. Пришлось наклониться вбок, чтобы разглядеть то, что скрывалось за мощным стволом древнего дуба.
Моё сердце замерло на мгновение, зависнув где-то в центре грудной клетки, словно в невесомости, а потом забилось сильнее.
Вдали виднелся густой лес, он был везде, куда бы я ни бросила взор, а за ним… горная гряда с белоснежными пиками, многие из которых скрывались в пелене перистых облаков. Время остановило свой бег… У меня свело бок от неудобного положения тела в пространстве, в ладонь впилась мелкая заноза, но всё это казалось мелочью перед величием природы – я затаила дыхание, боясь моргнуть, а вдруг вся эта красота возьмёт и исчезнет?
Местами у лесной кромки виднелись подтаявшие, ноздреватые, но всё ещё крупные сугробы. Пели птицы, радостно приветствуя весну и солнце, что настойчиво согревало землю и вскорости должно было растопить "дары" зимы.
– Госпожа! – дверь скрипнула, и я вернулась в реальность. – Да что же это такое! Из окна так недолго и выпасть!
– Я скорее ваших криков напугаюсь и свалюсь, – негромко проворчала под нос, но втянула корпус назад в комнату. Потирая сведённый судорогой бок, повернулась к Шельке и вяло улыбнулась: – не переживай, мне просто было любопытно, что там скрывается за деревом.
– Дык сказали бы! Проводила бы вас вниз, у нас такое крыльцо большое, скамейки стоят, красиво вокруг и удобно посидеть, отдохнуть.
– Это всё прекрасно, – кивнула я, благодаря женщину за вовремя подставленное плечо, – но давай теперь я буду задавать вопросы, а ты дашь мне как можно более чёткие ответы, – обращаться на "ты" к женщине по сути намного лет меня старше, оказалось непросто, но я выше по положению, статус обязывает. Правила на то и существуют, чтобы им следовать, и никуда не деться от новых реалий. Придётся просто привыкнуть.
Устроившись на кровати, откинула саднящую спину на большую взбитую подушку, дождалась, когда Шелька усядется на стул напротив, и начала своеобразный допрос:
– Итак, кто такой Джек? И почему я, словно с ума сошла, отправилась к нему на ночь глядя?
– И я вам также говорила, но вы упрямая, если что втемяшите себе в голову, так всё, ни за что на свете не отступите! Возможно, вы соскучились по Джеку, ведь он давно к вам не захаживал, считай целую зиму. Вот вы и отправились к нему под благовидным предлогом: договориться о временном убежище для нас, тех, кого по его же просьбе и приютили. Джек – главарь банды разбойников, что промышляет на основном тракте и на дорогах по ту сторону гор. Сильно не наглеют, обдирают только богатеньких, потом продают через свои какие-то пути, помогают тем, кто голодает.
Час от часу не легче! Какие-то шуры-муры с местным «Робином Гудом». Пфе!
– Своим промыслом занялся аккурат два года назад, когда случился первый сурьёзный неурожай в обоих королевствах. Но вам тут повезло больше – король не самодур и хоть как-то, но заботится о своих подданных, например, выделяет из казны средства на покупку зерна. Не то, что в соседней стране, там совсем плохо. А прошлой осенью, когда старики и дети его родного поселения пухли от голода, взял, да и перевёз нас всех сюда. Уже тогда вы были знакомы с ним и, – женщина помялась, но всё же сказала: – любили Джека больше жизни.
Ага-ага, притащил кучу нелегалов и загрузил ими же влюблённую в него девчонку. А что, удобно. Как ни крути, со всех сторон он хороший, герой.
Но моя собеседница явно что-то недоговаривает, нужно надавить на неё и выяснить всё до конца.
– Как только дорога полностью оттает, сюда приедет проверяющий. Он появляется здесь раз в пять лет. И если найдёт нас, вас упекут в темницу.
"Что-о?" – мысленно взвыла я, сумев удержать восклицание и не выпустить его наружу. Но бурлящие во мне эмоции не позволили затмить голос разума:
– Погоди-ка, – помассировав вдруг заломившие виски, я замерла на минуту, обдумывая услышанное, – почему меня могут посадить? Какая причина?
– Налоги. На вашей земле числятся люди, за каждого из них вы платите в казну круглую сумму. Таких людей, прикреплённых к вашей земле и имеющих подтверждающие бумаги, всего ничего: два конюха, два повара, три помощницы на кухне, три горничных, две подавальщицы, один принеси-подай сколоти-почини. Итого тринадцать душ. За нового работника раз в год надо платить один серебряный, считай полноценные две коровы отдать. Это очень большие деньги.
– А по факту? То есть, сколько здесь живёт на самом деле? – чувствуя, что ответ мне не понравится, осторожно уточнила я.
  
– С прошлой осени нас стало тридцать человек, – выпалила Шелька, а моя челюсть против воли поползла вниз.
– Как вы, то есть мы, пережили зиму?
– Дык, госпожа, ради того, чтобы Джек смотрел на вас одобрительно, вы готовы были работать не покладая рук.
Охохонюшки! То-то тело такое измождённое!
– Пойдём! – свесив ноги с кровати, решительно заявила я, – вопросы мои ещё не закончились, но мне хочется подышать свежим воздухом и поглядеть на свои владения!