Шаг из тьмы 2 (СИ)

— Товар нравится, но боюсь общего дела у нас не получится. Не потяну, — гость в удивлении поднял левую бровь и кивнул, приглашая продолжить мысль, — не торгую я дорогим товаром, дело это хлопотное, больших затрат требующее. Я же не на столько богат, как ты подумал. Сам посуди, ну наскребу я на десяток твоих зеркал и пару десятков книг, а придёт другой и купит их у тебя сотню. И цена будет для него другая. Прибавь к этому нашу дорогу и получится, что свой товар он, всяко дешевле моего сможет продать. Для меня один убыток.
— Знаю, по этому нашим товаром торговать в Полоцком княжестве будешь один ты. С остальным, будет составлена специальная грамота, где будет прописан запрет на торговлю в Полоцке. Ну и для начала, можно будет поддержать тебя, дадим в долг, под малый рост. И отдашь мне не кунами, а незначительными услугами, по сравнению с вашими ростовщиками, почитай даром.
— А как ты узнаешь, что ни кто тебя обманывать не станет? Можно ведь не самому торговать, а через подставных.
Боярин взял одну из книг, раскрыл на последней странице, ткнул пальцем в какую-то надпись — по этой надписи можно сразу понять кому товар продан — Акинфий с удивлением всмотрелся, в ряду закорючек он узнал индийские цифры, о которых читал в газете. Счёт конечно интересный, но разбираться с ним было некогда, так что теперь он смотрел на надпись как баран на новые ворота. Страхолюд между тем продолжал — если заметишь, что кто-то в Полоцке нашим товаром торгует, просто запомни третий и четвёртый знак слева, скажешь мне, а я с обманщика спрошу виру и твой убыток покрою.
— Выгодное дело предлагаешь, но думаю так, в Полоцке торгуют люди и побольше меня. А раз ты ко мне пришёл, значит, хочешь получить что-то лично от меня.
Боярин оскалился, наверное, до своего ранения у него это означало улыбку, теперь выходил либо оскал, как сейчас, либо гнусная ухмылка.
— У меня есть там одно дело, исполнить которое я самостоятельно не могу. Нужен для него честный человек хорошо знающий местные порядки. Я же, не очень представляю, где этот Полоцк находится, про остальное вообще молчу. Нужно найти там и доставить мне пятерых человек, бережно, чтоб волос с головы не упал. Серебро под это дело с меня. Возьмешься?
— Что за люди?
— Вот, ознакомься, — он протянул несколько исписанных листов.
Бегло просмотрев, Акинфий облегчённо вздохнул. Странный гость не требовал брать на щит княжеский терем, дабы выкрасть семью владетеля, вообще ничего опасного. Всего-то сделать небольшой крюк. Может конечно возникнуть одна неприятность, интересующих его людей скорей всего уже давно обратили в рабство или они сами в холопы продались, но это не беда, дело решаемое. За такой товар много не запросят, да и платить гость намерен из своего кармана.
— Берёшься?
— Берусь, жди в начале лета, думаю, успею обернуться.
Девка была просто оболденная, этакая средневековая Барби. Высокая голубоглазая блондинка с косищей чуть ли не в запястье толщиной. Не смотря на юный возраст, сарафан уже не мог скрывать приятные мужскому глазу округлости. Не девушка, а просто мечта любого мужика от пятнадцати до семидесяти. Хотя, по тому, как на неё смотрит Путимир, возрастные границы мечтателей можно смело сдвинуть к четырнадцати. Ко всему прочему, первая новгородская красавица, по совместительству являлась самой завидной невестой в городе. Ну, ещё и любимой младшей доченькой, в которой отец души не чаял. Это судя по тому, сколько папа был готов выложить серебра за новый дизайн её светёлки.
Папаша заглянул домой к Милану сговориться на счёт заказа новых ладей и увидел, как люди живут. Естественно, олигарха начала душить жаба, как так, он один из богатейших людей города, член совета, владелец огромного терема, который не всякий князь себе позволить может, жил все эти годы фактически в норе. В то время, как простой купец, далеко не самый богатый, живёт в просто вызывающей роскоши.
Светлые комнаты с красивой удобной мебелью, нормальная печь, ни у кого в городе ничего подобного нет. В конце осени всем коллективом постарались на славу, сделав мужику оригинальный подарок. Его супруга аж расплакалась от счастья, увидев, во что превратился привычный дом. По словам Милана, при знакомстве с современным дизайном, у олигарха чуть сердечный приступ не случился. Так у них появилось новое направление бизнеса и первый крупный клиент. И сегодня, он принимал работу.
 
Над проектом трудились всем миром, торговец чёрным деревом и компания разрабатывали дизайн, увеличенный штат столярной мастерской трудился в круглосуточном режиме над мебелью и установкой окон. Управились за три недели, тютелька в тютельку к дню рождения красотки. Получилось вполне современно, напичкать электроникой и не поймёшь, какое дремучее средневековье вокруг. Только в окно не выглядывать. Девица про дремучее средневековье, слыхом не слыхивала и ходила по своей модернизированной комнате, удивлённо хлопая глазами. Иногда, восхищённо ахала, когда Наташка открывала очередной шкафчик, зажигала спиртовой светильник или объясняла правила пользования вешалкой.
Олег смотрел на происходящее безобразие со смешанным чувством. С одной стороны, олигарх был ему нужен, конечно не он сам, а его земли в районе волховской губы. С другой стороны, похоже сегодня они открыли ящик Пандоры. Естественно, завтра к ней придут подружки, а на следующий день к Себастьяну выстроится очередь из желающих приобщиться к прекрасному. В смысле потешить свою гордыню. Разложение правящей верхушки ускорится и республика не дотянет до своего логического конца в пятнадцатом веке. Родную империю угробили джинсы с жвачками, республику угробят зеркала и мягкие кресла. От такого расклада Олег невесело усмехнулся. Пора уже заканчивать с приёмкой и переходить к самому интересному. К расчёту.
Для такого дела пришлось пройти в кабинет хозяина. Боярин недовольно покосился на увязавшегося за ними Путимиром, Олег жестом велел подождать тому снаружи. С олигархом они придерживались разных политических взглядов, по этому всю приёмо — передачу чувствовалась некоторая напряжённость. С тоской взглянув на строителя, тяжело вздохнув, водрузив на стол весы и набор гирь. По ходу, с серебром у мужика в настоящий момент было негусто, а мехом они принципиально не рассчитывались, что повышало шансы на успешный исход их маленького предприятия.
— А нет ли у тебя нужды в каком либо товаре? — сделал первый ход олигарх, — слышал усиленно скупаете железо, могу предложить пять пудов, как часть оплаты.
— Роман Глебович, ни железа, ни рухляди мне не нужно, но твои земли на Сясе мне очень нравятся, их возьму с удовольствием.
— Да ты в своём уме, в русской земле есть княжества меньше чем той земли.
— Ха, ну и какой тебе с неё прибыток, земля не родит, зверя с каждым годом всё меньше. Сама Сясь не судоходна и ведет в болота ненаселённые. На всей той земле у тебя два десятка холопьих семей, вот и всё богатство.
— Я смотрю, ты уже всё моё достояние счёл.
— Для этого особого старания не требуется, ведь ты сам его не скрываешь.
— Спрашивать не буду, на кой тебе эта земля, — олигарх хмыкнул, — добавь две сотни гривен и пошли к посаднику.
Столько наличности у них имелось всего два раза. Первый раз, когда по прибытию в город потрясли местных ростовщиков и второй раз, когда обули город на боях. Слишком много им пришлось делать с нуля, а расширение производства поглощало львиную долю прибыли. По этому, думая над тем, что предложить боярину в обмен, Олег вновь обратился к экспроприированным документам. Кой-какие из них, вполне могли заинтересовать оборотистого мужика. А именно, долговая расписка одного из ближников владимирского князя. По мимо государственных дел, боярин вёл обширную торговлю хлебом, железом и солью, словом, сплошь стратегическими товарами и пошлины с них платил немалые.
— Есть другое предложение. Имеется у меня долговая грамотка одного известного человека, приличная сумма и рост по ней приличный, потому как человек о ней уже забыл. Не желаешь взглянуть?