Я - борец! Назад в СССР (СИ)

— А ты их тренер да, чё салаг своих не учишь, как со старшими разговаривать?
— Ты что ли старший?.. — Тренер сделал пару шагов в нашу сторону.
— А не видно?
— Парню восемнадцати нет, а ты к нему лезешь. Он что тебе посыльный?
— Да всё равно же туда идёт, а я бы ему и денег дал.
— Ещё б ты без денег его просил.
— А может бы и попросил. Что бы было?
— Ты как с тренером разговариваешь? — спросили у сержанта сбоку и с полок полезли ребята, лет шестнадцати, человек девять — десять. Были среди них и те кто помогали мне по пробуждении.
  
— Что, думаешь испугаюсь?
— Думаю что лезть к детям, не то чему учат сержантов в армии. — ответил тренер.
— Да ладно, ребят, все друг друга малость не поняли, — подключился к диалогу младший сержант.
— Вот и я о том же, — улыбаясь продолжил тренер, — Ребят, чё в проходе стоите людям пройти мешаете?
И юные спортсмены принялись расползаться по своим местам. Дембеля последовали их примеру.
А тренер обернулся ко мне, и покачав головой произнес, — Саша, Саша. Поговорим с тобой после.
— Буду только рад. — кивнул я и продолжил свой путь.
Дойдя до конца вагона, я вдруг понял, что все это время я шел к туалету. Ну что же, значит судьба. Пройдя внутрь, я первым делом открыл кран и застыл, с удивлением глядя на свое отражение в зеркале. Холодная вода слабым напором лилась на мои пальцы, а я смотрел на самого себя. Кареглазый, молодой человек с косматыми каштановыми волосами лет шестнадцати.
— Кобздец! — выдохнул я. Смотреть на себя и не узнавать, это чертовски страшно. В голове просто не укладывалось, как так.
Умывшись холодной водой, я вернулся назад. Сидящие на тех же местах сержанты смотрели на меня, словно волки на отбившуюся овцу. Еще бы, для них я молодой, в край охреневший пацан за которого вступился тренер и куча ребят. А мои слова слова по поводу того, что я уже отслужил, могли вообще расценить как угодно.
Но я прошел мимо них молча. Тренер и правда оказался вовремя ведь моего опыта без крепкого тела будет явно недостаточно. А тело? Его я подкачаю до прежних кондиций! Нужно только время… Тем более я судя по всему в какой то секции связанной с борьбой на ковре. Самбо, дзюдо, классика, грекоримка?.. Новомодного бразильского джиу-джитсу и панкратиона с грэпплингом ещё в помине нет, а вот мои знания по этим видам есть, тем легче будет адаптироваться под новые реалии. Кстати о реалиях…
Идя мимо и видя сидящих в своих полу купе, за столиками людей, я всё еще хотел найти подтверждение или опровержение тому безумию, в котором я оказался. Одежда, сумки, и даже водка… Стоящая на столе бутылка с красно-золотой этикеткой «столичной» и закуска разложенная на газетку в виде вяленой рыбы и огурцов. Двое сидевшие за столиком тихо приподняли рюмки и закинули прозрачное содержание внутрь.
Пробираясь через наложенные сумки, уступая дорогу идущей на встречу семье, видимо еще не нашедшей свои места, я думал о бесконечных перспективах моей ситуации — я мог прожить новую, более счастливую и чего уж греха таить, более полезную жизнь. А мог повлиять и на что-то совсем глобальное. Спасти СССР? Не допустить войн в постперестроечной России? В перспективе создать свою партию? Во время приватизации сделать так, чтобы крупнейшие оборонные предприятия не перешли в дурные руки? Идеи будоражили мой болеющий от сотрясений мозг, а я всё ближе и ближе подходил к «уголку» проводника.
Но прекрасное долетает до юных глаз, как известно, со скоростью света и я узрел обтянутую синим форменным полотном спортивную задницу и облачённые в капрон телесного цвета, обаятельные ножки. Кому бы не принадлежала нижняя половина тела, верхняя часть обладательницы спортивной фигуры была скрыта от меня почти полностью…
Ух ты, это что, проводница?
 Глава 3 
 Проводница 
Стройняшка в синей форме проводницы, увлеченно копалась на нижней полке, что-то бормоча себе под нос. Само собой, мне захотелось познакомиться с обладательницей такой замечательной фигуры.
— Девушка, вам помочь?
Та от неожиданности аж вздрогнула, затем резко выпрямившись, посмотрела на меня с растерянностью и даже некоторым удивлением.
— Простите, что?
Лицо оказалось такое же симпатичное, как и все остальное. Без всякого ботокса и хирургически созданных утиных губ, без наращенных ресниц по десять сантиметров и прочих современных особенностей. Большие карие глаза, дерзко вздернутый носик, естественные дуги бровей и маленькие губки «бантиком». Форменный китель с белой рубашкой и черным галстуком, обтягивал её небольшую грудь, на которой расположился значок с изображением Ленина, на фоне красного флага с надписью ВЛКСМ.
«Ух ты, комсомолочка!» — подумал я, сразу же вспомнив давно забытое слово из своей юности.
— Извините, что напугал! — чуть улыбнувшись, ответил я. — Вам помощь нужна, говорю?
Она первым делом облегченно выдохнула. По мимике и играющим мышцам лица я понял, что сейчас у проводницы резко менялось настроение. Одновременно она мельком осмотрела мой внешний вид. После первого впечатления её взгляд прошёлся по мне сверху вниз, затем вернулся обратно. Да, выгляжу я сейчас не как городской модник, а времени чтобы создать другое впечатление у меня вряд ли будет. Наверняка, с собой запасных вещей и нет.
— Если можете помочь, тогда очень нужно! Вот, внизу постельное недавно постиранное, слежалось, никак не могу достать. Три комплекта нужно. — проводница отступила назад, пропуская меня к стеллажу с бельём.
— Понял-принял! — весело выдал я и сделав шаг внутрь помещения, добавил. — Партия сказала надо, комсомол ответил, есть!
Опустившись на колени я засунул руку в бельё, чтобы ухватить и достать эти самые наборы. Но как только мои пальцы погрузились в ткань я ощутил влагу. Да они не только постиранные, они еще влажные!
— Спасибо вам большое. — добавила проводница авансом.
— Да не за что, сейчас вытащу. Кто их туда так затрамбовал⁈ — выдохнул я, когда с первого раза не получилось.
— Это Зина уложила, у неё сил как у троих мужиков. — пояснила моя собеседница.
А вот это обидно. Спортсмен в прошлом, почти разрядник, теперь не могу справится с постельным бельём, пускай и влажным. Я уперся в стеллаж плечом, вдохнув, я резко потянул на себя и набор уложенный в наволочку выскочил из спрессованной стопке, вместе с еще пятью такими же. Но так много было не нужно, поэтому остальные два я вернул обратно.
— Пожалуйста! — выпрямившись, я протянул ей все три комплекта.
Она взяла его сразу же, но видя что я не отпуская подняла на меня глаза, медленно процедив.
— Спасибо! У меня не получилось бы.
— Не за что. — снова повторил я и улыбнулся, — Кстати, раз уж я вам помог, можно узнать ваше имя?
— Оля, — выдохнула она и потянув сверток на себя.
— Оля… — протянул я. — А я Саша. Приятно познакомиться. Можно на «ты».
— Александр, дай еще два снизу, если не сложно. — пользуясь случаем, попросила она.
— Легко. — выдал я доставая еще два влажных свёртка, которые до этого, сам туда же и определил.
Ольга приняла их и уже собиралась идти куда-то направо остановилась посмотрев на меня.
— Вы что-то от меня хотели?
— Да, чая пару стаканов и пирожков, с чем-нибудь.
— Пирожки без всего мы пока не продаём. — она улыбнулась, своей же шутке, — Слушай, а ты из тех спортсменов, да?
— Да, да, — кивнул я.
Она снова смерила меня взглядом, в нём читалось разочарование. Точно мне же тут шестнадцать, а в советское время помнится до 18 было — ни-ни. Да и кроме того, что она может видеть сейчас, парня моложе её в грязной одежде? А я вообще зубы когда чистил?
  
— Пирожков с луком и яйцом сколько вам? — перейдя вновь на «вы», холодно-нейтральным тоном спросила она.
— Четыре и пару чая. — выдал я понимая, что произошло.
— Шестьдесят копеек положи на столик, я всё сейчас принесу. — произнесла она, а в её глазах читалось, «классным парнем вырастет, если за ум возьмётся.»