Высота в милю (ЛП)

Зандерс убирает свое тело с дороги, когда Рози падает на спину перед его племянницей.
Элла смеется, потирая животик Рози.
— Она мне нравится!
— Да, думаю, мы можем поставить ей галочку «отлично ладит с детьми», — Зандерс не сводит своих карих глаз с двух девочек.
Я хочу поцеловать его. Хочу схватить его за рубашку на пуговицах и целовать до тех пор, пока не понадобится остановиться, чтобы отдышаться.
— Итак, мы делаем это? — спрашивает Шерил.
— Мы делаем это.
Улыбка Шерил сияет от радости за добермана, которая пробыла здесь год с лишним.
Мы возвращаемся к стойке регистрации после того, как познакомили Эллу со всеми собаками и увидели, как Зандерс комично покрывается собачьей шерстью.
— Итак, думаю, что завтра я смогу подготовить все ее документы и все остальное, — говорит Шерил Зандерсу. — Завтра подходящий день для того, чтобы забрать ее?
— Завтра — в самый раз.
— Мне нужен твой номер телефона.
Зандерс колеблется.
— Думаю, мы можем обойтись без номера телефона, — перебиваю я, зная, насколько Зандерс скрытен. Райан такой же, он не дает личной информации незнакомцам.
— Все в порядке, — говорит Зандерс. — Но могу ли я дать его Стиви? Это сработает?
На губах Шерил появляется озорная улыбка.
— Да, это отлично сработает.
— Милая, — Зандерс протягивает руку, возвращая мое внимание к нему. — Твой телефон.
В небольшом шоке от того, что Зандерс хочет дать мне свой номер, я сглатываю, достаю свой телефон и протягиваю ему.
Затем наблюдаю, как его покрытые кольцами пальцы с точностью набирают десять цифр, прежде чем добавить имя.
Зи (папочка) Зандерс
Я качаю головой, смеюсь, протягиваю руку, чтобы забрать свой телефон.
Но Зандерс, будучи Зандерсом, не может удержаться от того, чтобы не добавить эмодзи баклажана рядом со своим именем. Затем еще добавляет сердечко и с довольной улыбкой возвращает телефон обратно.
— Обычно перед усыновлением мы проводим домашний визит, но поскольку Стиви знает тебя, можем его пропустить.
— Нет! — прерывает Зандерс. — Думаю, домашний визит нужен. Это кажется важным.
Вот засранец. Я точно знаю, что он делает.
— Стиви, мне кажется, тебе следует провести этот домашний визит, — говорит Шерил.
Я смотрю на Зандерса, который нахально улыбается, и я качаю головой.
— Это не свидание, — напоминаю я ему.
Он прижимает руку к груди, разинув рот в притворной обиде.
— Как ты можешь обвинять меня в том, что я обманом заманиваю тебя на свидание.
Его дьявольская ухмылка говорит мне, что именно этого он и добивается.
— И последнее, плата за усыновление, — добавляет Шерил. — Это пятьдесят долларов.
Зандерс отпускает руку Эллы и роется во внутреннем кармане своего длинного шерстяного пальто. Достает чековую книжку, кладет ее на стол и заполняет чек.
Пока парень занят, я с довольной улыбкой наблюдаю, как Рози совершенно спокойно сидит по одну сторону от Зандерса, а Элла стоит по другую, терпеливо ожидая своего дядю.
— О, — неловко смеется Шерил, держа чек Зандерса в руках. — Ты неправильно его заполнил. — Ее щеки раскраснелись. — Нужно пятьдесят долларов, а здесь написано пятьдесят тысяч.
Зандерс убирает чековую книжку, отступает к Элле и кладет руку ей на голову.
— Упс, — небрежно говорит он, давая мне понять, что ничего в этом не было ошибкой.
— Ну, мы же не хотим тратить впустую отличный чек, — Зандерс пожимает плечами. — С таким же успехом можно обналичить его.
— Что? — Шерил неловко смеется. — О, нет. Я не могу это принять.
Она протягивает чек, желая, чтобы парень взял его обратно.
— Пожалуйста, возьми его, — умоляет Зандерс. — В качестве пожертвования.
Шерил склоняет голову набок, уголки губ опускаются вниз.
— Спасибо.
Она обходит стол, чтобы обнять его.
Зандерс обхватывает женщину руками, и улыбается мне через плечо.
Кажется, мне конец.
— Ну, и еще, — Шерил шмыгает носом, пытаясь тайком вытереть глаза, но я знаю, что ей нелегко. Этому приюту нужно так много всего, и пожертвование Зандерса поможет многое сделать. — Нам нужно повесить твою фотографию на стену.
 
Шерил берет со стола фотоаппарат Polaroid, а Зандерс приседает рядом с Эллой, Рози сидит прямо перед ними.
— Ви, иди сюда, — зовет он, махая мне рукой.
— О, не думаю…
— Иди сюда. Мне нужны все мои девочки вместе.
Поджимая губы, пытаясь подавить то чувство, которое испытываю, когда слышу, как он называет меня одной из своих девочек. Я занимаю место рядом с ним, присаживаясь на корточки.
Зандерс обхватывает меня рукой, а другой обнимает Эллу, притягивая нас обоих к себе. Моя рука удобно лежит на внутренней стороне его мускулистого бедра, Рози расположилась прямо перед ним, когда Шерил делает снимок.
— Идеально, — говорит Шерил через мгновение, когда черное изображение меняется.
Я пристегиваю поводок Рози, чтобы отвести ее назад для ее последней ночи здесь. Зандерс и Элла почесывают и обнимают ее на прощание.
— Значит, сегодня вечером? — спрашивает меня Зандерс. — В семь часов?
— Это не свидание, — напоминаю я ему. Или себе. Я уже не совсем уверена.
Он берет Эллу за руку, ведя ее к входной двери.
— Ни в коем случае, — смеется Зандерс. — Увидимся завтра, Шерил!
Как только они оказываются на улице, Зандерс наклоняется, чтобы Элла забралась ему на плечи. Он держит ее за ноги, пока девочка кладет скрещенные руки и подбородок на его шапочку, и они вдвоем идут домой.
И единственная мысль, которая приходит мне в голову, это то, что я пропала.
  
ГЛАВА 28
 
ЗАНДЕРС
— Боже мой. Ты нервничаешь, — хихикает Логан.
Я вскидываю голову, нахмурив брови, и с усмешкой смотрю на свой телефон, установленный на моем кухонном острове, на котором звонок по FaceTime.
— Ничего я не нервничаю.
— Ты потеешь, приятель. — Уродливая рожа Мэддисона появляется на экране телефона.
— Ну, может немного.
— У малыша Зи свидание, — поддразнивает он нараспев.
— Это не свидание, — поправляю я, проводя руками по груди и разглаживая костюм. — Стиви специально акцентировала, что это не свидание. Несколько раз.
Мэддисон щурится через экран телефона.
— Значит, твой стол накрыт свечами и цветами потому, что это не свидание?
Обернувшись к своему столу в столовой, уставленному совершенно новыми тарелками, скатертью и столовыми приборами, которые были куплены сегодня, я понимаю, что друг, возможно, прав. Не говоря уже о свечах, ожидающих зажжения, или огромной вазе с розами в центре.
— Это слишком очевидно?
И Логан, и Мэддисон разражаются смехом.
— Зи, ради всего святого, к тебе приедет личный шеф-повар.
— Черт. Я не знаю, что, черт возьми, я делаю. Никогда раньше этим не занимался.
— Просто будь собой, — успокаивает Логан. — Вот о чем сегодняшний вечер.
— А что, если ей не понравится настоящий я? — опираясь предплечьями на стойку, я продолжаю смотреть на двух своих лучших друзей через экран телефона, нуждаясь в небольшой поддержке.
— Тогда она не знает, что теряет, — добавляет Мэддисон. — Но я был рядом с вами двумя в течение нескольких месяцев. Ты ей нравишься. Ей просто не нравится игра, которую ты ведешь, так что прекрати с ней это дерьмо.
— Зи, — перебивает Логан. — Расскажи ей все.
— Расскажу.
Оглядываясь на идеально сервированный стол, я осознаю, что это не Стиви.
— Эй, ребята, мне пора. Люблю вас обоих.
— Люблю тебя, Зи.
— Удачи, чувак. Люблю тебя, — заканчивает Мэддисон, прежде чем я завершаю видеозвонок.
Как только мы разъединяемся, я звоню шеф-повару, которого нанял, чтобы отменить заказ. Затем делаю несколько различных заказов на доставку еды. Убрав все со стола, заменяю все это двумя обычными тарелками, бумажными салфетками и подставкой для пива как на своем месте, так и на месте Стиви.