Эвис: Повелитель Ненастья (СИ)

— Спасибо! — кивнул я, поздоровался с воинами и подозвал к себе единственного оставшегося на ногах вассала: — Десятник Сангор ар Эвис. Переходите в его подчинение.
В это время от близняшек полыхнуло нетерпением и злостью, и они, выскользнув из-за спины брата, требовательно уставились мне в глаза:
— Как Фиддин и Дитт⁈
— Пока еще без сознания! — ответил я, «одним глазом» рассматривая показанную искином картинку. — Но особых причин для беспокойства нет: да, ран много и крови они потеряли прилично. Но выживут. И даже возьмут в руки мечи. Эдак месяца через полтора…
  
— Это без учета наноботов и тех «тайных лечебных мазей рода Эвис», которыми обрабатываются раны! — сварливо пробурчала Амси. — А с их воздействием твои парни начнут разрабатывать мышцы меньше, чем через три десятины.
— Мы будем за ними ухаживать! — поставила меня в известность Хильда. — Днем и ночью!
— По-очереди… — поддержала сестру Хельга. — Может кто-нибудь нас к ним проводить?
— Выдели им какие-нибудь покои, пожалуйста! — попросил Магнус. А когда Тина увела близняшек и их горничную к раненым, тяжело вздохнул: — Родовое упрямство, поглоти меня Бездна: не пообещай я им, что уговорю тебя дать им переселиться к своим избранникам, сбежали бы из дому еще ночью, не побоявшись, что тем самым оборвут нить!
— Их решение достойно уважения! — сказал я, а потом грустно пошутил: — А говорят, что в Маллоре всего один Странный род…
— Разве это странности? — махнул рукой ар Койрен, а потом посерьезнел: — Ладно, с ними разобрались, давай к делу. Какие у тебя планы?
— Собираюсь прокатиться по городу. Со всей семьей. А потом навестить хейзеррское посольство! — ответил я. — Так что ждали только тебя.
— И меня! — с вызовом посмотрев мне в глаза, сообщила Ирлана. — Я еду с вами…
…Поездка по Лайвену получилась долгой и муторной, ибо пришлось объехать почти весь Верхний город со всеми его ямами, грязевыми озерами и заторами. Зато к полудню, когда мы, наконец, добрались до знакомого особняка, его забор оказался окружен сотней воинов из Ночного приказа, а перед главными воротами собралось человек семьдесят благородных — главы двенадцати сильнейших Старших родов Маллора, их жены, наследники и самые приближенные вассалы. Там же нашлись и обе телеги, заботливо накрытые парусиной.
Вопросительно посмотрев на Одена, обнаружившегося рядом с одной из них, и дождавшись его подтверждающего кивка, я неторопливо проехал сквозь расступающуюся толпу и остановил Уголька в нескольких шагах от калитки. Затем повернулся к собравшейся толпе и добавил в голос чуточку черноты:
— Вчера вечером посольство Хейзерра объявило моему роду войну на уничтожение. Я, Нейл ар Эвис по прозвищу Повелитель Ненастья, вассал короля Зейна второго, Шандора, и глава рода Эвис, принимаю их вызов!
Церемониальное оружие — древнее боевое копье с листовидным наконечником, поданное Сангором — сорвалось с руки и с силой вонзилось в правую створку ворот.
— Все, что находится за этим забором, считается территорией королевства Хейзерр! — рявкнул рыжеволосый крепыш, тут же возникший перед калиткой.
— Вокруг этого забора — территория королевства Маллор! — насмешливо напомнил я после того, как спешился. — Однако это не помешало вам убивать моих вассалов и слуг. Все, время разговоров закончилось. Пришло время клинков!
Воин оказался не робкого десятка — когда наша шестерка одновременно шагнула вперед, он выхватил меч, перебросил со спины на левую руку пехотный щит и… умер. А я, переступив через тело, бьющееся в агонии, открыл калитку, вошел во двор и двинулся по направлению к парадному крыльцу.
Шел неторопливо, не отрываясь от «боевой пятерки», и слушал эмоции тех, кто засел в особняке и готовился к обороне. А еще разглядывал мужчин, вооруженных арбалетами, через камеры в дронах Амси и шепотом раздавал указания своим женщинам.
Шагов за пятьдесят до крыльца наша шестерка разделилась на три боевые двойки. Я и Майра, пристроившаяся к моему левому плечу, продолжили идти вперед. Вэйль с Алькой приняли чуть-чуть вправо. А Найта с Тиной — влево. От выпущенных в нас арбалетных болтов ушли в сторону, так как заранее знали, в кого и сколько хейзеррцев целится, а также видели движения рук стрелявших. Когда защитники посольства начали спешно перезаряжать оружие, сорвались с места, подбежали к зданию и вломились в него через те окна, за которыми нас точно никто не ждал.
Следующие шесть-семь колец в посольстве бушевало Ненастье: каждая из трех двоек последовательно, но очень неторопливо двигалась от хейзеррца к хейзеррцу — благо при наличии двух пробужденных Даров мы точно знали, кто и где прячется — примораживала их волей или «стужей», и убивала. Причем крайне жестоко, намеренно заливая комнаты, в которых происходили стычки, кровью по самые потолки, заваливая их обрубками тел и оставляя после себя четыре четких росчерка[2] и два «намека» на них. А когда в особняке осталась в живых только та паучиха, которую арр Ассаш собирался ко мне подвести, двойки Дарующих пробежались и по подсобным строениям. Закончив с теми, кто пытался спрятаться от возмездия в сене, в подполе кухни и под пустым баком в бане, вернулись в дом, вместе со мной вышли на крыльцо. И… вызвали слитный вздох ужаса у некоторых мужчин и у всех благородных дам, которые решились зайти на территорию вслед за своими мужьями, отцами и братьями.
Ну да, выглядели мы своеобразно. Я — в идеально чистой одежде, спокойный, как океан в штиль, и волокущий за собой красавицу хейзеррку за роскошные рыжие волосы. И пять ар Эвис в костюмах торренских наемниц, поглядывающие вокруг с безумным ледяным весельем во взглядах, забрызганные кровью с ног до головы и с парящими на морозе клинками в руках.
Выдержав небольшую паузу, дабы собравшиеся во дворе как следует разглядели картину, придуманную призрачной хозяйкой, я швырнул паучиху себе под ноги и рявкнул на весь Верхний город:
— Сангор⁈
— Я, арр! — тут же отозвался воин.
— Начинайте!
Не прошло и десяти ударов сердца, как звякнул отодвигаемый запор, заскрипели петли на створках тяжеленных ворот, и на территорию посольства въехали обе телеги. С облучка первой спрыгнули Оден с Рогером, вытащили из-под парусины связку кольев и молот, и начали вбивать отточенные деревяшки в мерзлую землю. Чуть погодя их примеру последовали и двое дюжих мужиков в ливреях Шеллов, сопровождавшие вторую телегу.
Молотами стучали в полной тишине, изредка прерываемой всхлипываниями хейзеррки. Когда закончили, неторопливо насадили на каждый кол по наконечнику копья, затем вернулись к телегам, отдернули в сторону ткань, прикрывавшую страшный груз, и сбросили на землю тяжеленную колоду. Затем положили на нее первое тело, и мой десятник, к этому моменту взявший в руку мясницкий топор, деловито перерубил отточенным лезвием шею первого трупа…
— Голову арра Ассаша — на копье, торчащее у самых ворот! — приказал я, когда Оден с Рогером отбросили в сторону последнее обезглавленное тело и повернулись ко мне. — Рядом с ним — голову Озмера ар Алвери. А дальше на ваш выбор…
Пока мужчины занимались порученным делом, желающих увидеть происходящее в посольстве становилось все больше и больше, и к моменту, когда голова последнего сотрудника посольства заняла свое место, во дворе хейзеррского владения собралось человек двести.
— Все, арр, закончили! — доложил Оден, и я, рывком поставив паучиху на ноги, заставил ее повернуться к новому ограждению аллеи:
— Смотрите внимательно, аресса: перед вами то, что осталось от посла королевства Хейзерр в Маллоре, заместителя главы вашего Ночного двора, двух полных боевых звезд и кого-то там еще. Все остальные, которых я счел виновными в гибели моих вассалов и слуг — внутри посольства и вокруг него. Запомнили?
  
— Да… — еле слышно выдохнула женщина, пребывающая в диком ужасе.
— Пожалуйста, опишите эту картину вашему верховному сюзерену и его советникам, причем как можно подробнее, ладно?