По зову совести (СИ)
- Ты хочешь сказать, что я свинья? - обиделся Рэм.
Трэг, кто такая свинья, не знал, но суть понял верно.
- Я хочу сказать, что там, где ты появляешься, образуется куча трупов со следами насильственной смерти, а вокруг все кровью заляпано от пола до потолка.
- Справедливо, - согласились все присутствующие.
- Да идите вы, - отмахнулся Штопор и, ухватив стопку, взревел на весь бар, - за Рэма!
- За Рэма, - подхватило сотня глоток.
- Я смотрю, ты вошел во вкус, - рассмеялся Трэг. - Как тебе моя речь?
- Отвратительная, - закусывая, ответил Рэм. - Я вообще не знаю человека, про которого ты говорил? Слушай, может, там, в гробу, был какой-то другой Рэм, и он был такой весь из себя замечательный? Короче, Трэг, больше я тебе не разрешаю толкать речи на моих похоронах, ты врун, а пафосу столько нагнал, что меня чуть не стошнило.
Народ за столом заржал. Трэг тоже, причем, ничуть не обидевшись, он мотнул головой в сторону Граи.
- Пусть в следующий раз она говорит, вас с ней больше связывает - постель, все дела, совместная борьба.
- Да пошел ты, - произнесли все присутствующие дружно и снова рассмеялись.
Потом кто-то у бара заорал за Булавина, и все снова выпили. А потом еще раз и еще.
Примерно через час Рэм почувствовал настойчивый зов, необходимо было найти туалет. Выбравшись из-за стола, он увернулся от пары, подвыпивших мужчин, которые непременно хотели поднять тост за покойного. Рэм вообще подумывал, что пора отваливать, на рассвете ему в путь, спиртного выпито уже достаточно, состояние как раз оптимальное, он в балансе между пьян и трезв.
У бара он заметил Раду, та сидела за стойкой и пила что-то в высоком бокале. И снова она почувствовала его взгляд, повернула голову, пристально осмотрела, причем у нее на глазах был стильный визор в виде черной дугообразной полосы. Рэм кивнул ей и пошел дальше искать уборную. Та нашлась справа от стойки, он уже мыл руки, когда за спиной открылась и закрылась дверь. Рэм посмотрел в интерактивное зеркало и увидел стоящую за спиной Раду.
- Вы что-то хотели? - поинтересовался Штопор, поворачиваясь и откровенно разглядывая девушку.
- А вы? Я уже не один раз перехватываю ваши взгляды, и они очень странные. Тогда на подземном уровне вы смотрели только на меня, причем смотрели так, словно видите нечто очень важное для себя, и на похоронах вы тоже откровенно пялились, словно вам было очень важно знать, что я чувствую. Причем чувствую не к вам, а к покойнику. Хотя ведь нет никакого покойника, так, Рэм Булавин?
- Рэм умер, - твердо заявил Штопор.
Ее губы исказила саркастичная улыбка.
- Я не поленилась и сходила в свою комнату за визором. Видите ли, я издалека, и у нас есть технологии, которых нет у местных. Одна из них - мой визор. Мне вернули все имущество по первому требованию, что очень странно, больше такой чести не удостоился никто. Я попыталась выяснить у Патира, с чего такие привилегии, но он сказал, что это приказ Рэма Булавина, и ушел. Только робота зажали БАР013, говорят, он в личном подчинении погибшего, никого не слушается. Видела его на воротах, попыталась отдать приказ, проигнорировал.
- Вы ошиблись, - продолжал гнуть свою линию Булавин.
- Я же не зря сказала про визор. Я не могу определить, кто находится под маской, хорошо сделана, но это не ваше лицо. А еще я вижу блокимитатор, распознать истинный профиль не выходит, качественная поделка, но я вижу, что вы никакой не Ролл Деал. Да и женина, что была с вами, андроид, когда говорила, что вы слышите, была абсолютно серьезна, и звучало это не иносказательно. А Фаран с Патиром пытались сохранить серьезность, а не улыбаться. И так, давайте еще раз, вы Рэм Булавин, который, спасаясь от преследования Архонта, решил фиктивно умереть?
- Да, Рада, ты совершенно права, - перейдя на ты, подтвердил Штопор, - все твои выводы можно считать верными.
В этот момент в туалет ввалилась парочка подвыпивших мужиков, которые даже внимания на них не обратили, прошли к кабинкам, громко обсуждая похороны посредством огнемета.
Булавин был рад этой паузе, не было в ней никакой неловкости, он мог спокойно стоять и смотреть на девушку, которая так напоминала ему Кору, прикрываясь тем, что при посторонних не стоит обсуждать секретные вопросы.
Наконец, парочка, смерив их заинтересованным взглядом, удалилась.
- Теперь, когда мы выяснили, кто ты на самом деле, у меня есть еще один вопрос. Пожалуй, он даже важнее выяснения, кто ты такой. Почему ты смотришь на меня так, словно я единственная женщина на всем Рояксе?
- Может быть потому, что для меня так оно и есть? - решительно произнес Рэм. - Что ты знаешь о своей семье?
Рада озадаченно уставилась на него, похоже, вторую часть вопроса она не услышала.
- Почему? - ее голос был растерянным.
- Что ты знаешь о своей семье? Кстати, мы можем поговорить где-нибудь в другом месте, а не посреди туалета?
- Пойдем, - Рада направилась к выходу. - Я делю комнату с бывшей рабыней, которая решила остаться тут с «бродягами». Сейчас она пьет с одним из боевиков Патира и не помешает нам.
Рэм кивнул и направился следом, попутно мысленно обращаясь к Грае:
- Я ушел, если не вернусь, встречаемся утром у тебя в комнате.
- Рада?
- Да.
- Успехов, - голос синты в голове Булавина был полон язвительности.
- Не надо, мы просто поговорим.
- Ну-ну, - с усмешкой подумала Грая и разорвала связь.
Маленькая тесная комнатка с двумя узкими койками, небольшой шкаф, и все. Рада уселась на левую, указав Рэму на правую:
- Эта моя, присаживайся, и давай поговорим откровенно, а то я ничего не понимаю.
- Давай, - легко согласился Булавин. - Тем более с момента, как я тебя увидел на носилках, я очень хотел, чтобы этот разговор состоялся, хотя, учитывая мою фальшивую смерть, это было почти невозможно. Итак, я повторю свой вопрос, что ты знаешь о своей семье?
- Ну, как ты уже наверняка знаешь, я родилась в Даране. Мой отец, один из потомков наемников, которые сто лет назад сумели высадиться на Роякс. Это он придумал мое имя. Моя мать - потомок подобного же слияния. У меня три старших брата. Я ответила на твой вопрос?
- Нет, не ответила, - покачал головой Штопор. - Что ты знаешь о своей бабушке?
- Она умерла до моего рождения. Мать говорила, что она местная, и влюбилась в одного из наемников. Так что, это традиция, выбирать себе в мужья инопланетников.
- Как ее звали?
- Киара, но я все еще не понимаю, какое это имеет отношение к тебе?
- Сейчас поймешь. У твой бабушки была родная сестра, звали ее Корой, слышала про это?
Рада кивнула.
- Да, они потерялись, когда началась война, и так больше и не встретились.
- Сто лет назад я был влюблен в девушку Кору. Да, ту самую Кору, сестру твоей бабушки. Ее уже нет на свете, я потерял ее, застряв в стазисе на сто лет. Двенадцать дней назад я пришел в себя и узнал, что все, кто мне был дорог, мертвы, за исключением столетней синты Граи. С Корой у меня была дочь, но и она умерла, у меня есть внучка и пара правнуков, которых я никогда не видел. И вот недавно я встретил женщину, которая приходится Коре внучатой племянницей, так говорят на моей родине, в третьем мире. А еще она очень похожа на ту, кого я лишился. Вот, смотри, - и Рэм отправил Раде послание Коры, которая держит на руках их дочь.
С минуту, пока она смотрела ролик, Рэм сидел, закрыв глаза. Он даже не знал, что чувствует, не мог разобраться в этом. Да, его тянуло к Раде, но ведь она не Кора. Да, в ней есть маленькая частичка женщины, которую он полюбил, хоть и были они вместе совсем недолго, и гены удивительным образом сложились так, что перед ним сейчас почти полная копия давно умершей возлюбленной. В одной книге, которую он читал в юности еще на Земле, и которая была написана больше двух веков назад, а теперь вообще трех, была фраза: «Вопросы крови - самые сложные вопросы в мире». И вот несколько дней назад он получил подтверждение этой крылатой фразе.