Пиастры, ром и черная метка! (СИ)
— Служанка, говоришь? — переспросил Максим. — Значит эта пленница не из простых?
— Знатная сеньорита, к гадалке не ходи! Каюта та сплошь тканью дорогой завешена, кто же из простых так жить будет? — охотно подтвердил юнга, чуть повернувшись левым боком, отчего на его лице отчетливо стал виден набухающий синяк — вот он, след от рокового канделябра!
— Чем все кончилось?
— Да ничем, запер каюту, как и было. Они стучались, но дверь изнутри выбить не смогут.
— Бог с ними! — решил Васко, отмахнувшись. — Потом разберемся. Пусть пока сидят под замком.
Сейчас было не до непонятных пленниц Бартоломью.
На берегу развернулась настоящая баталия. Туман начал рассеиваться, и яркое зрелище можно было наблюдать даже без подзорной трубы.
По пляжу от шлюпок в сторону лежавшего на боку «Мазарини» бежала толпа пиратов, подбадривавших себя громкими криками. Расстояние между шлюпками и кораблем составляло не более километра, но округлость мыса пока не позволяла обеим группам видеть друг друга. Бежать было недалеко, но ноги людей вязли в песке и продвигались они не так быстро.
На берегу неподалеку от «Мазарини» был устроен временный лагерь. Виднелись шалаши, горели несколько костров, на которых в больших чанах готовилась еда, неподалеку в джунглях раздавались звуки топоров — видно, команда де Ламбаля все же надеялась починить собственными силами корабль и убраться подальше с этого чертова безымянного острова.
— Кабальеро, а вам не кажется, что сейчас начнется резня? — задумчиво спросил Васко. — Те, кто в лагере, не видят приближающихся и к встрече не готовы. А нам совершенно не нужно, чтобы одна из команд победила с явным преимуществом!
Ганс, мгновенно уловивший суть, тут же скомандовал Мартинезу:
— Быстро! Залп из двух орудий!
Канонир, которые уже привел несколько пушек на верхней палубе в состояние готовности, тут же поднес зажженный фитиль.
Бах! Бах! — два орудия гулко выстрелили, чуть подпрыгнув на месте, окутались пороховым дымом и откатились на шаг назад.
Это кардинальным образом спутало карты капитана Шарпа. Бежавшие пираты чуть притормозили, с удивлением глядя в сторону собственной шхуны, очертания которой постепенно проступали из рассеивающегося тумана. А вот «Моржа», приткнувшегося к шхуне с обратной стороны, они видеть не могли.
Зато люди в лагере, услышав пушечный залп, наконец, заметили приближавшихся врагов и начали готовить жаркую встречу. Кто-то уже долбил в рынду, призывая всех отсутствующих в лагере срочно вернуться обратно.
Максим, обладавший отменным зрением, безо всякой подзорной трубы разглядел две пушки, видно снятые прежде с «Мазарини», которые спешно заряжали и наводили на приближающегося неприятеля.
Но в лагере в эту минуту находилось всего человек сорок, а людей у капитана Шарпа имелось более сотни и все они были готовы к немедленному бою.
Казалось бы, у защитников лагеря шансов мало, но лишь только нападавшие приблизились на более короткое расстояние, достаточное для выстрелов, как обе пушки гулко бахнули картечью, причем настолько удачно, что вывели из строя не меньше пятнадцати, а то и двадцати человек — часть из которых были убиты на месте, а часть лишь ранены, но драться больше не могли.
Люди де Ламбаля, тем временем, спешно перезаряжали пушки, но Максим видел, что второй залп они дать не успеют — расстояние между защитниками и нападавшими резко сократилось.
Тут же зазвучали многочисленные ружейные и пистолетные выстрелы с обеих сторон. Опять же большие потери несли люди капитана Шарпа, потому что им приходилось стрелять на бегу, в то время как люди де Ламбаля могли прицелиться, перед тем как нажать на спусковой крючок. Но нападавших это уже не могло остановить.
В следующую минуту все смешалось. Дело, наконец, дошло до рукопашной!
Из джунглей по открытому пляжу к месту схватки стремительно приближались на помощь еще несколько небольших групп человек по десять в каждой.
— Пошла кровавая каша! — довольно потер руки Ганс Вебер. — Пора бы и нам поучаствовать в веселье?
— Оставить трех человек на борту, остальным вернуться на «Морж»! Расцепить корабли! — громким голосом отдал приказы капитан де Кардос, а потом добавил, обращаясь уже лишь к Максиму и Гансу: — Подойдем на бриге как можно ближе к берегу. Действуем по обстоятельствам!
Максиму захотелось перекреститься, несмотря на то, что был атеистом. Но в такие мгновения даже атеист начинает верить.
— Пусть фортуна будет с нами! — хищно улыбнулся германец.
Глава 14
Глава 14
«Морж» прошел на полторы кабельтовых вперед, развернулся правым бортом и саданул из всех своих пушек по «Мазарини». Ни одни выстрел не пропал зря, каждое из ядер нашло свою цель.
Корпус фрегата, лежащего на песке, пробило в четырех местах, причем каждый выстрел попал ниже ватерлинии. Так что теперь простого ремонта было бы уже недостаточно. Это означало, что де Кардос захватил полную власть в бухте.
Бриг и так принадлежал им, шхуну удачно захватили, а фрегат повредили. Теперь кто бы ни победил в стычке на берегу, убраться с острова они не смогут.
Васко долго смотрел в подзорную трубу, морщил лоб и кусал губы. Максим видел, что он глубоко сомневается и никак не может принять окончательное решение.
— В чем дело, капитан? — спросил Максим. — Вам хочется влезть в драку?
— Думаю, мы бы справились с выжившими, — де Кардос так сжал трубу, что инструмент чуть было не хрустнул. — Пираты должны умереть!
— Это случится, но чуть позже. Подумайте о том, что сейчас мы находимся в выигрышном положении, но если высадимся на берег, то потеряем большую часть команды. Зачем? Лучше выждать! Торопиться не советую.
Васко с ним согласился, хотя было видно, что это решение далось ему тяжело.
Максим размышлял так: островок был необитаем, поэтому сюда крайне редко заходили судна, разве что для мелкого ремонта. Сейчас сражающиеся на пляже стороны еще не осознали, но с острова никому не выбраться, и «Мазарини» не починить, ведь в случае нужды можно дать второй залп, и третий — и окончательно разрушить корабль.
С другой стороны, золото с фрегата де Кардосу так же не забрать. Слишком сильный перевес в численности команд. По крайней мере, на данный момент.
Так что самым разумным было ходить вдоль берега, меняя галс, и наблюдать за разворачивающимся сражением на песке.
Люди на берегу пока не осознали всех ближайших перспектив, да им и было не до того. На пляже разворачивалось масштабное кровавое побоище.
Обе пиратские команды бились не на жизнь, а на смерть, понимая, что в случае проигрыша ничего хорошего их не ждет.
Люди Бартоломью, которые поначалу мощно врубились в пределы лагеря защитников и навели там изрядную панику, теперь были вынуждены прикрываться от атак с флангов. Небольшие группы, спешно прибывшие из джунглей, вовсю расстреливали противников издалека.
С борта «Моржа» сложно было рассмотреть нюансы схватки, но Максим видел главное — очень хорошо, что он сейчас не присутствует там, на пляже. Решение выждать было верным!
Сабли взлетали вверх, выстрелы сухо звучали один за другим, все окончательно смешалось, когда отряды из джунглей вступили в рукопашную.
Кровавое месиво — именно это выражение приходило на ум Максиму, когда он смотрел на то, что сейчас происходит на берегу. Двести человек убивали друг друга всеми возможными способами, не гнушаясь никакими, даже самыми подлыми приемами, используя всю свою силу, ловкость, умения, навыки.
Черепа разлетались под ударами, животы вспарывались, и издыхающие пираты еще ползли по песку, таща за собой длинные колбасы кишок.
Кого-то убивали сразу — перерезав глотку или прострелив голову — таким повезло больше раненых, катавшихся по песку и громко стонавших от невыносимой боли. Все решали рукопашные схватки. Кто-то даже раненый полз вперед, стремясь добраться до врага и хоть как-то отомстить перед смертью напоследок.