Кротовский, побойтесь бога (СИ)

— Пантера, ты говорила, репы не лишены чувства самосохранения. Как думаешь, почему пошли на подрыв?
— Кротовский, сама голову ломаю. Все, что им грозило, штраф, конфискация судна и небольшой тюремный срок на Бирке.
— Странно это.
— Очень странно, только мы ни черта не нашли. Придётся возвращаться.
— Не, погоди. Тут какая-то тайна… Гама, сделай облет харвестера. Постарайся составить самую точную карту помещений. Мы явно что-то упускаем.
Черный облетел корабль снаружи и сопоставил габариты с внутренней планировкой.
— Вот здесь, Кротовский, — самодовольно сообщил Гамлет и выжидательно покосился на Пантеру, будто надеясь на похвалу, — Возле кухни должно быть еще одно помещение.
— Возле камбуза, — холодно поправила Пантера, — Давай сходим.
Мы действительно нашли неприметную дверь, пропущенную при обходе.
— Это корабельная часовня тысячи богов, — сказала Пантера со знанием дела.
— Я знаю, сталкивался с такими… о, старый знакомый на алтаре.
— Кротовский, ты же здесь второй день. Откуда знаешь про трехголового бога Яща?
— Пересекался в другом мире. Мы с ним старые знакомые, почти друзья. Я его ласково называю Горынычем.
Пантера усмехнулась.
— А он тебя как называет?
— А он меня называет жалкий человечишка, но это он любя.
— Знаешь, Кротовский. Каждый раз мне кажется, что уж на этот раз ты соврал. Но каждый раз твои слова оказываются правдой. И костюм у тебя с маскировкой, и проскачком обзавелся, теперь еще и Горыныч… э, ты куда его статую тащишь?
— Это у меня рефлекторное. Приучаю Горыныча к скромности. Как только вижу на алтаре его трехголовую тушу, так сразу… Пантера, ты слышала?
— Что слышала?
— Внутри статуи как будто что-то брякает.
Я перестал статую волочь и просто покачал.
— Точно, брякает, — подтвердила Пантера, — Кротовский, ты хочешь разбить статую бога? Боги такого не прощают.
— Да ладно. Горыныч не станет хуже ко мне относиться. Он отходчивый.
Достал клинок и хотел рубануть по мраморному брюху, но Пантера меня тормознула.
— Подожди, тут что-то вроде дверки сзади.
Она повозилась с открывающим механизмом, открыла и извлекла из статуи небольшую плотно запечатанную емкость, формой напоминающую термос.
— Что это?
— Это особая капсула, Кротовский. В таких капсулах хранят макры. Ты молодец, без добычи не уйдем.
Она отвинтила крышку и я увидел, что стенки у капсулы очень толстые и многослойные. Пантера высыпала себе на ладонь горсточку маленьких макров.
— Мелочевка, — констатирую разочарованно, — Уж в бога могли засунуть и получше.
— Нет, Кротовский, — голос у Пантеры осекся от волнения, — Это не мелочевка. Ты видишь, это не простые жемчужники, они имеют розовый цвет… а я отцу не верила. Думала, он баек в кабаке наслушался. Отговаривала. Даже высмеивала. Кротовский, какая я дура…
  
Глава 7
 
Не ожидал такого поворота. Стальная капитан Пантера показала, что у нее есть человеческое сердце. Мы быстро покинули харвестер и полетели обратно на Бирку. Оставаться там смысла не было.
— Знаешь, Кротовский, не думала, что когда-то кому-то буду рассказывать эту историю. И уж тем более, что буду рассказывать парню, которого знаю всего второй день.
— Я не настаиваю.
— Зато я настаиваю. Слушай. Мой отец с детства рассказывал про розовые макры. Тогда я конечно слушала с открытым ртом.
— А что в них такого, в этих розовых макрах?
— Они с божественных сущностей.
— Не понял.
— Кротовский, не тупи. Обычные макры — средоточие магический силы магических существ. А розовые, — средоточие божественной силы божественных существ. Не прям настоящих богов, а сущностей имеющих божественное происхождение… черт, я начинаю говорить с тобой ровно теми словами, которые слышала от отца.
— Я этому только рад. Мне лучше объяснять попроще и подоходчивей. Я только не понял, божественные сущности разве смертны?
— Вот! Ты приводишь тот самый аргумент, который приводила я, когда стала постарше.
— И что отвечал твой отец?
— Он говорил, что они были привязаны к своему миру. Погиб их мир, они тоже погибли.
 
— И много их было? Этих божественных сущностей?
— Отец считал, что много. Они населяли целый мир, так он говорил.
Картина начинает проясняться. Отец Пантеры искал эти самые розовые макры, но найти не мог. Сама Пантера выросла и верить в отцовские сказки перестала. А потом её отца убили репы…
— Пантера, ты думаешь репы убили твоего отца именно потому, что он нашел эти самые розовые макры?
— А ты, Кротовский, не дурак. Быстро все увязал. Да, теперь я именно так и думаю. И на самоподрыв они пошли, чтобы сохранить тайну розовых макров.
— Думаешь, капитан харвестера надеялся, что их тоже пожгет взрывом?
— Не знаю, на что он надеялся. Но сражение он проиграл. Мы ворвались к нему в рубку. Я бы на его месте поступила так же.
— Но ты хотя бы приблизительно знаешь, где твой отец искал эти макры?
— Знаю, и не приблизительно, а точно.
— Ну тогда все в ажуре. Осталось сообщить обо всём на Бирке. Бирка соберет боевой флот и даст репам с ноги так, что они долго-долго будут лететь, кувыркаясь, в безвоздушном пространстве.
— Нет, Кротовский, никому сообщать мы ничего не будем.
— Это почему?
— Это потому, что Бирка сразу наложит на розовые макры свою волосатую лапу. А мне надо корвет восстанавливать.
— Ну так что ты предлагаешь? Конкретно? Мы вдвоем сможем победить всех раптов? Я хотел сказать, репов…
— Я думаю, на Наждаке их не должно быть много.
— Где?
— На Наждаке. Так называется спутник одной из планет. Подумай сам, Кротовский, если бы ты получил такой ресурс, стал бы давать объявление в информационном портале? Нет, не стал бы. Ты бы очень постарался сохранить все в тайне.
— Логично. Я бы постарался посвятить в это дело минимально необходимое количество людей.
— Ну вот и репы разума не лишены. Думаю, они ведут разработки минимальными силами.
— Пантера, извини за прямоту, у меня сразу вопрос. Меня ты посвятила. Зачем? Если бы хотела от меня избавиться, наверное, не стала бы со мной откровенничать.
— Все верно, Кротовский. Я хочу предложить тебе совместный проект на равных паях.
— И что мы?… допустим, ворвемся на этот Наждак на лихом коне. Допустим, перебьем всех репов. Мы какими силами будем вести разработки?
— От отца осталось оборудование. Его просто нужно доставить на Наждак. Твой челнок с этим справится.
— Ну ок. То есть мы перейдем в разряд тех самых браконьеров, с которыми еще вчера боролись.
— Нет, не перейдем, — Пантера посуровела, — От отца мне достался безвременный патент на разработку. Я его долгое время не оплачивала. Накопился приличный долг.
— Сколько?
— Под сотню тысяч кворков.
— Ого. Я как-то еще не привык оперировать такими суммами.
— Кротовский, ну долг же не на тебе висит. Если не получится, ты ничего не теряешь.
— Согласен.
— Еще бы ты не согласился. Розовые макры, Кротовский, это не просто деньги. Их можно сразу конвертировать в кубоверы. Ты сможешь поднять свой уровень. А? Не хочешь получить восьмой? А, может, и девятый уровень?
— Ладно. Уговорила. Я в деле.
Вернувшись на Бирку, взяли такси и доехали до квартиры Пантеры.
— Завтра с утра вылетаем, — сообщила она, — Закажи еду, Кротовский, я в душ.
— Погоди, мы собираемся в экспедицию к черту на кулички. Наверно, надо подготовится.
— Все подготовлено, включая провизию, запасы воды и кислорода. Отец был редким педантом. Завтра все доставят к ангару.
Сомневаться в словах Пантеры не вижу смысла. У нее опыт дальних космических перелетов всяко побольше моего. Я полез в меню доставки.
— Кротовский, — она выглянула из душевой, — Звёздного странника закажи пару бутылок. В походе никакого спиртного.
Я бы и сейчас обошелся без спиртного, но ради Пантеры заказал.