Метод Макаренко. Том 2 (СИ)

План я придумал хороший. Мы отправляемся в страйкбольный клуб «Свои», где дети должны будут прочувствовать командную работу, а я тем временем под благовидным предлогом отлучился бы в «Эдем».
Всё должно было пройти чисто, быстро и без лишних глаз, ведь в самом спа-комплексе сегодня санитарный день и народу там минимум. Я же собирался проникнуть туда вместе с сотрудниками клининговой компании.
  
Но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы. Когда о выезде прознали в учительской, наш новый завуч Елизарова Александра Дмитриевна с хитрой улыбочкой заявила мне, что поедет с нами. Мол, вы же меня давно звали на своё внеклассное мероприятие, Егор Викторович. Вот и подвернулся отличный повод сдержать обещание. Чтоб её.
И ладно бы дело ограничилось одной рыжулей, нашёл бы чем её отвлечь. Так нет же! Следом за ней изъявила желание поехать с нами и Алёнушка. Якобы детям на природе нужен особый присмотр. Хотя мне кажется, что цели у неё были другие, если взять во внимание то, как она прихорашивалась всю дорогу.
Ну и последним сопровождающим из числа педагогического состава оказался Глеб Ларин. За каким чёртом его дёрнуло поехать с нами, я так и не понял. Он что-то невнятно лепетал о школьном телеграм канале, контенте и видео. Дескать, он взял на себя обязанность раскрутить всё это дело, а поездка в клуб — отличный инфоповод.
От всего этого у меня аж желудок свело. План грозился пойти по звезде, но отступать было некуда. Да и незачем. Пусть коллеги следят за детками, а уж я найду возможность слинять по-тихому.
Отвернувшись к окну, стал таращиться на проплывающий мимо пейзаж. Мы сейчас проезжали промзону, поэтому ничего, кроме складов, шиномонтажек и прочих мастерских видно не было. Вскоре показались редкие сосны, зажатые меж гаражей и свалок.
Автобус, наконец, свернул в последний раз, и я увидел территорию клуба, которую огораживал высокий забор с чеканной надписью: СТРАЙКБОЛЬНЫЙ КЛУБ «СВОИ». Ворота сейчас были распахнуты, в ожидании нашего прибытия, поэтому немного разглядеть, что происходит за забором, я сумел.
Никаких излишеств на территории я не увидел. Слева виднелся крытый навес со скамейками, справа расположилось одноэтажное здание из профлиста. А за ним угадывалось поле с баррикадами из шин, фанерными щитами и остовом какого-то уазика.
Автобус заскрипел тормозами и остановился.
— Так, живность, — я поднялся, обернувшись к салону. Настроение всё ещё было скверное. — Слушай сюда. Телефоны убираем в рюкзаки. На полигоне их не доставать. Ключи, жвачки, прочую дребедень — туда же. Кто проигнорирует, будет весь день сидеть в автобусе и смотреть, как другие развлекаются. Всё ясно?
В ответ послышалось нестройное, но в целом согласное мычание. Двери автобуса с шипением открылись, и я первым вышел на улицу.
На мгновение прищурился от яркого света, а потом более внимательно осмотрел территорию. Передо мной открылся вид на широкий, ухоженный участок, обнесённый сетчатым забором. Справа, как я правильно подметил ранее, находилось здание клуба с большими белыми буквами «СВОИ».
Слева под навесом была, полагаю, зона отдыха с деревянными лавками, столами и автоматом с кофе. Я вдохнул прохладный воздух, пахнущий сосной и влажной землёй, и обернулся к дверям автобуса.
— На выход, — скомандовал я.
Дети послушно повалили наружу, оживлённо оглядываясь и переговариваясь. Щитков сразу поплёлся к навесу, но я остановил его.
— Строимся, не разбегаемся, — проговорил, провожая взглядом каждого ученика.
Пока они кучковались, я пробежался глазами по списку. Все на месте. Самойлова стояла чуть в стороне и бесстрастно изучала здание клуба. Васильева жалась рядом с ней. Сегодня она была необычайно тихая, но собранная. Ларин-младший и Тарасов встали, как и полагается соперникам, по разные стороны от общей толпы, демонстративно игнорируя друг друга. Остальные же с любопытством озирались по сторонам.
Когда детишки вышли все до последнего, из автобуса показалась и наша учительская делегация. Елизарова, в тёмных, практичных штанах и ветровке, вышла первой и с интересом завертела головой по сторонам. За ней выпорхнула не столь практично одетая Алёнушка. Она тут же повернулась к Глебу и начала что-то восторженно шептать ему, а тот, ухмыляясь, водил из стороны в сторону своим телефоном. Чёрт бы его побрал.
— Ну что, — сказал я, глядя на своих девятиклассников, — сейчас к нам выйдет специально обученный человек и проведёт инструктаж по безопасности. Он расскажет нам, как всё тут устроено. Слушаем внимательно, потому что здесь действуют свои правила.
Пока я говорил всё это, из здания клуба вышел коротко стриженный мужчина лет сорока, в тактических штанах и чёрной ветровке с шевроном «СВОИ». На куртке красовался бейдж: «ДМИТРИЙ — инструктор». Движения его были неспешными, выверенными, взгляд бывалый. Он подошёл, кивнул мне, а потом прошёлся взглядом по моему классу.
— Добро пожаловать, — сказал он без лишних проволочек. — Меня зовут Дмитрий. Можно просто Дима. Сегодня я буду вашим проводником в мир тактической игры. Перед тем как попасть на полигон, вы должны пройти инструктаж и ознакомиться с правилами.
Он отошёл в сторону, подхватил с земли большой пластиковый ящик и поставил его перед собой. Открыл крышку. Внутри лежали защитные очки, маски и перчатки.
— Первое, что вы должны знать: безопасность — абсолютный приоритет. Без неё дальше этого места никто не пройдёт. Понятно? — Он сурово глянул на притихших ребят, и те с готовностью кивнули ему в ответ. — Продолжим. Никогда, ни при каких обстоятельствах не снимаем очки. Даже если кажется, что игра закончилась. Шарик летит быстро, и травма может случиться за долю секунды.
Дети слушали его внимательно, лишь изредка перешёптывались, но всё равно заинтересованно ловили каждое слово инструктора и с нетерпением поглядывали на ящик. Вот на такую реакцию я и рассчитывал. Хоть в этом моменте всё идёт согласно плану.
— Правило номер два: оружие. Это — страйкбольные приводы. Они выглядят как настоящие, но стреляют пластиковыми шариками. Не направляем ствол на людей вне игры. Не трогаем без команды. Здесь, — он показал где, — предохранитель. Сейчас вы научитесь с ним обращаться.
Дмитрий продемонстрировал, как правильно держать автомат, где находится предохранитель и как проверять, заряжено ли оружие. Действовал он со знанием дела, видно было невооружённым взглядом, что он не первый год этим занимается. Я же наблюдал со стороны и одобрительно кивал. Хороший мужик нам попался. Говорит с детьми на одном языке, без сюсюканья, но и без лишней жестокости.
— Правило номер три: вы команда. Здесь нет места выпендрёжу и личным амбициям. Всё, что мы будем делать сегодня, направлено на сплочение и взаимодействие. Если кто-то зазевается или начнёт вести себя безответственно, я сразу сниму его с игры. Работаете вместе — выживаете. Тянете одеяло на себя — подводите всех. Кто не готов играть по правилам, может сразу идти греться в автобусе.
Дмитрий сделал паузу, осмотрел ребят.
— Всё ясно? Есть вопросы?
Вопросов почти не было. Только Лебедев спросил, больно ли, если попадут.
— Зависит от того, куда, — честно ответил Дима. — В куртку если, то почувствуете лёгкий щелчок. Но если попадут в открытую шею, запомнишь надолго. Поэтому экипировку носим правильно.
Инструктаж закончился. Дима махнул рукой.
— Теперь все за мной. Получаем экипировку, знакомимся с оружием, и через пятнадцать минут пройдёт первая вводная.
Я уже начал разворачиваться, чтобы пойти вслед за инструктором, но заметил, что дети не спешат идти. Стоят и смотрят на меня, ждут команды. Подавив довольную улыбку, я кивнул им:
  
— Всё слышали? Шагом марш за инструктором.
Класс потянулся за Димой к зданию клуба, а я задержался на секунду, бросив взгляд в сторону, где за высоким забором угадывались крыши того самого спа-комплекса. План, конечно, усложнился. Но не настолько, чтобы от него отказываться вовсе.
В этот момент ко мне неслышно подошла Елизарова, поправляя очки. Она встала рядом и тоже посмотрела в сторону «Эдема».