Сбежавшая жена (СИ)

— Ваш священный брак с Реймондом распался, — подтолкнула меня мама к продолжению разговора.
Я поморщила лоб, понимая, что мне нечего ответить на этот вопрос, потому что пока я сама не знала, что делать.
— Прости, что мы с отцом самовольно решили заключить союз с Вернерами, ведь эмблемы... Мы знали, что они.
— Я не хочу говорить сейчас об эмблемах и нашем браке с Реймондом. Мы должны как можно быстрее вернуться домой, потому что сидеть на шее Селестии мне не хочется. Принца пока не нашли, да и вряд ли удастся сделать это в ближайшее время, если удастся вообще, а смотреть на казнь Гилана я не желаю, потому что не такая кровожадная, как он.
Я тараторила, будто от этого зависела моя жизнь. Эмоции закипели, мне едва ли удавалось сдерживать чувства. Сейчас меньше всего снова хотелось ощущать на себе давление. Замужество, в конце концов, теперь не единственный выход, чтобы жить спокойно, а счастливее тем более.
— Конечно, я распоряжусь о возвращении в родной город. но, прежде чем ты уйдешь, я должна сказать кое-что, — мама тяжело вздохнула и потупила взгляд.
— До отъезда я предлагаю посетить тебе часовню при главном храме в столице.
Я нахмурилась, не понимая, зачем мама предлагает мне побывать в храме, ведь никогда не была особо религиозной. Хочет, чтобы я помолилась о счастливом, радостном будущем? Или замолила грехи за способствование гибели короля?
— Там допускается без заключения брачного соглашения узнать цвет будущего союза. Нынче вся аристократия именно так и заключает династические браки, чтобы исключить желтый цвет заранее, да и в целом подобрать более выигрышную пару не только по титулу и финансовому состоянию семей.
Меня будто бы ударили и вышибли весь воздух из лёгких Мало того, что аристократия опустилась до измерения человеческих чувств и продажи собственных детей, дабы наполнить свои карманы, так и церковь потворствовала их тщеславию. А родители... К чему сейчас поднимать этот разговор, даже если подобный метод сейчас поощряется высшим обществом? Почему тогда мама с папой с самого начала не поступили точно так же? Знали ведь, что эмблемы две, но предпочли оставить изначальный выбор за собой. А ведь если бы они выбрали Соломона моим наречённым, всё могло сложиться совсем иначе.
— Почему ты раньше об этом не говорила, мама? — возмутилась я больше от того, что якобы теперь мне позволяли принимать решения, касающиеся собственной жизни и будущего.
К чему вдруг подобная щедрость?
— Потому что храм, согласившийся на проведение неполной церемонии, находится только в столице, и стоит процедура недешево, но если это поможет тебе определиться, я готова оплатить все расходы. К тому же сейчас это нужнее больше не тебе, а им.
Мама широко улыбалась, а я смотрела в её счастливые глаза и не понимала, зачем ей это нужно теперь, когда уже, казалось, многое решено. Переведя взгляд на открытую дверь и колышущиеся занавески, я ощутила волнение, тревожащее душу.
Кто-то мог услышать наш разговор. Я тяжело вздохнула и снова посмотрела на маму, не готовая дать ей ответ. Мне казалось, что я должна определиться без всех этих ритуалов, предсказывающих судьбу, прислушаться к своему сердцу, а пока оно наглухо закрылось ото всех мужчин, и я ничего не чувствовала... Совсем ничего.
— единственное, чего я хочу — вернуться домой, мама, а что касаемо цвета.
Важнее ведь то, что творится в душе.
Я опустила голову, понимая, что если даже мама решится сейчас заговорить со мной о чувствах, то это не закончится ничем хорошим, потому что я все еще не пришла в себя после убийства короля и всех ужасных событий, свалившихся на голову. Мне некогда думать о делах сердечных. Важно для начала восстановить душевное равновесие.
Глава 29 
Разговор с мамой вновь выбил меня из колеи. Будто мало мне было последних потрясений, надо же добавить еще парочку, чтобы дочка на досуге обдумала все прелести взрослой, самостоятельной жизни. Я ощутила, что нуждаюсь в глотке свежего воздуха, поэтому поспешила покинуть дворец и направилась в сад. На улице уже вечерело, а небо озарилось ярким закатом.
 
Охрана любезно поприветствовала меня, а я с улыбкой кивнула им в ответ, заметив смятение на их лицах. Наверное, служащим было непривычно, что вышестоящие приветствуют их и, вообще, замечают Слух о том, что у принцессы появилась кузина, уже разлетелся по всему дворцу. и все слуги, попадавшиеся у меня на пути, покорно склоняли головы. Наверное, я никогда не привыкну к подобному, ведь даже в доме Реймонда все относились ко мне куда проще.
Блуждая по незнакомому саду, я шла, куда глаза глядят, потому что оказалась здесь впервые.
Свежий воздух, наполненный цветочными и древесными ароматами, действительно распутывал мысли, и вскоре я ощутила себя умиротворенной и счастливой. Казалось, сейчас меня ничего не сможет взволновать — от допущения подобного на душе становилось легче. Отыскать бы ещё потом дорогу обратно... Однако я рассчитывала, что слуги или стражники помогут мне вернуться, если вдруг заблужусь. Все-таки я уже многим попалась на глаза.
Услышав плещущуюся неподалёку воду, я направилась в сторону звука, ласкающего слух. Вдоль дорожек по саду высадили высокие подстриженные кустарники. Многие из них радовали глаз лишь своей зеленью, но некоторые уже расцвели яркими мелкими цветами, источающими приятный аромат. Когда звук оказался громче, я вышла к высокому фонтану Зажмурившись от света, преломляющегося в воде, я улыбнулась. здесь на душе становилось спокойнее. Я словно вернулась в те времена, когда жизнь была светлой и беззаботной. тогда я готовилась к скорому замужеству, хоть и не понимала, к чему родители спешат и не позволяют сначала поближе узнать будущего мужа. Чьё-то прикосновение к моему плечу заставило вздрогнуть. Заслушавшись звуками воды, я не сразу осознала, что кто-то находился рядом. Напряжение быстро сковало всё тело, отчего я резко обернулась, подумав, что это может оказаться враг но рядом стоял Реймонд и виновато улыбался мне.
— Извини, я не хотел тебя напугать. Думал, что ты услышишь приближающиеся шаги, — поспешил оправдаться он.
Моя вина. Я позволила себе расслабиться, чего нельзя делать. Особенно теперь, когда многим известно, что принадлежу к королевскому роду, а кронпринц разгуливает на свободе и наверняка захочет получить прощение и законный престол.
— Я задумалась. Здесь так спокойно и красиво, — ответила я, чувствуя жар, обдающий меня, несмотря на то, что солнце уже зашло за горизонт. В присутствии Реймонда мне становилось неловко за своё поведение, за то, что не доверяла ему и ранила.
ЕО жизнь перевернулась с ног на голову лишь от моего присутствия.
ЕГО мучили и едва не казнили.
Бывший король практически свесил на него все грехи, от которых хотел в ближайшее время избавиться.
Болезненный укол ударил в сердце, и я чуть заметно пискнула. В отблесках уходящих солнечных лучей, лицо Реймонда приобретало более мягкие черты. Его тёмные волосы красиво переливались, и я невольно залюбовалась игрой света и тени.
— Сад на самом деле прекрасен, — ответил Реймонд, бросив взгляд на верхушку фонтана, где свет лучился особенно ярко, — поэтому я решил провести здесь немного времени, чтобы успокоить душу.
Я сглотнула ком, вставший в горле, и кивнула. Казалось, нас привели похожие мысли, что невольно вынудило меня вспомнить слова матушки.
— Поздравляю тебя с новым титулом, — немного покряхтев, словно пытался прочистить горло, произнёс Реймонд. Он завел руки за спину и сплел пальцы, как будто не знал, куда деть руки.
Для меня стало очевидным, что и ему неловко находиться в моей компании, потому что неразрешённый вопрос не давал нам обоим покоя. Какое-то время назад мы обручились и жили как супруги, но наш союз распался, так и не став полноценным.
— И я поздравляю вас. Не уверена, что хотела бы становиться герцогиней, ведь два титула для женщины аристократия не перенесет, — посмеялась я невесело.