Земля воров (ЛП)

— Мы не узнаем, пока он не попробует.
— Ну, в любом случае, сначала мы попробуем получить яйцо бессмертия. Эксперимент по разведению драконов можно отложить на потом.
— Если ты отправишься в Эсланд, тебя поймает и посадит в тюрьму Черная гвардия.
— И, если ты думаешь, что мы потянем за ниточки, чтобы тебя вытащить, тебе стоит подумать еще раз, — добавляет мой дядя.
— Хорошо, — говорю я. — Хотя я уверен, что ты сделаешь это для Видара.
  
Мой отец напрягается.
— А причем тут Видар?
— Он отправляется со мной, — говорю я. — Вместе с нашими лучшими людьми. Это ограбление, отец, и он настаивал на том, чтобы присоединиться к нам.
— Нет, — говорит он, энергично качая головой. — Я не буду рисковать своим наследником.
— Но ты готов рисковать мной?
Он на мгновение сжимает губы, в его глазах по-прежнему мелькает страх.
— Видар — наследник.
— А я — расходный материал. Понятно.
— Ты специально притворяешься тупым.
— Я просто называю вещи своими именами, — говорю я. — И это не имеет значения, потому что Видар поедет со мной. Но не забудь, чья это была идея, когда мы вернемся с яйцом. Не забудь, кто все это организовал, когда обретешь бессмертие. Вспомни этот разговор, когда Альтус Дугрелл и Норланд объединятся, защищенные большой, бессмертной армией.
На этот раз и отец, и дядя молчат.
На этот раз они, кажется, услышали меня.
И впервые я осознаю весь масштаб того, что только что сказал.
Бессмертие для всех нас.
И армия, которая не может умереть.
— Хорошо, — наконец говорит отец, прочищая горло и кивая брату. — Но ты должен мне кое-что пообещать, Андор.
Я знаю, что не стоит ничего обещать, пока не услышу, о чем идет речь. В ответ я поднимаю брови.
— Как только ты добудешь яйцо — если добудешь — ты должен покончить с девушкой. Я хочу, чтобы она исчезла.
Я подозревал, что этим все закончится.
Я открываю рот, чтобы возразить, чтобы сказать ему, что я не собираюсь этого обещать, но он быстро продолжает.
— Переспав с ней, ты проявил неуважение к принцессе Альтуса Дугрелла, девушке, на которой ты должен был жениться. Я должен выгнать эсландку и ее проклятого пса из Штормглена прямо сейчас, — говорит он. — Единственная причина, по которой я не брошу ее на растерзание волкам, — это то, что она нужна тебе для твоего маленького ограбления. Но когда эта необходимость исчезнет, Андор, независимо от того, насытился ты ею или нет, я не позволю ей ступить на нашу землю. Если ты планируешь вернуться с ней, то тебе тоже не будет рады. Возможно, тебе стоит облегчить себе жизнь и передать ее в Эсланде Черной гвардии. В конце концов, тебе понадобится козел отпущения.
Мой пульс учащается, и я прищуриваюсь, глядя на отца.
— Ты знаешь, что я не могу этого обещать, — тихо говорю я.
Уголок его рта поднимается, ему нравится этот вызов.
— Возможно, нет. — Он делает паузу. — Но тогда я просто найду того, кто сможет.
Глава 27
Бринла
Я еще в полудреме, когда меня выводит из нее громкий спор. Когда стена вздрагивает, как будто кого-то швыряют по коридору за дверью моей комнаты, я вскакиваю с постели, запутавшись в простынях. Леми возвращается с балкона и тихо рычит, но я быстро делаю ему знак замолчать и бросаюсь к двери. Я прижимаюсь к ней ухом, жалея, что не могу запереть ее так, чтобы никто с другой стороны не заметил.
Я слышу голос Андора.
Затем голос его дяди.
Что-то о…
Принцессе?
Он ставит под угрозу свои отношения с принцессой?
Я с трудом сглатываю, чувствуя, как внутри все сжимается, и почти боюсь продолжать слушать. Но я должна.
Теперь я слышу голос его отца, кричащего на Андора.
Леми снова рычит, подходя к двери.
Я жестом снова прошу его замолчать, напрягая слух, чтобы услышать остальную часть разговора. Они спорят о чем-то… обо мне, я думаю. Затем раздается еще один глухой удар о стену, достаточно сильный, чтобы я отскочила от двери, испугавшись, что они войдут сюда. Я оглядываю комнату в поисках своих мечей, но их нигде не видно. Здесь беспорядок, потому что с тех пор, как мы сошли с корабля, я только и делала, что плакала и лежала в постели. Я даже не помню, когда в последний раз видела свое оружие.
Я тру лицо руками, паника захлестывает меня, пока я пытаюсь думать, хоть немного взять себя в руки. Я не могу вечно пребывать в этом оцепенении от горя, как бы заманчиво ни было утонуть в нем. Я все еще нахожусь в замке Колбеков, и, хотя Андор на моей стороне, это враждебное мне место, и я должна не терять концентрации и быть начеку.
Я слышу, как кто-то, возможно его дядя, что-то бурчит, а затем шаги удаляются.
Я прислоняюсь головой к двери, пытаясь успокоить сердце, и жду целую минуту, прежде чем осмеливаюсь открыть ее и выглянуть наружу.
Ручка поворачивается с громким щелчком, от которого я вздрагиваю, но, когда высовываю голову, коридор пуст. Единственный признак того, что здесь кто-то был, — это картина на полу, упавшая со стены.
Я знаю, что должна закрыть дверь и вернуться в постель. Забыть обо всем.
Но я не могу. Потому что его дядя упомянул об отношениях Андора с принцессой, а я слышу об этом впервые.
Возможно ли, что все это время у него была другая? Принцесса, к тому же?
Чувство, словно я тону, становится все сильнее, внутри меня образуется глубокая рана, из-за которой я чувствую себя больной и слабой. Но я не могу позволить неуверенности овладеть мной, не могу делать выводы, услышав лишь отрывок спора.
Вопреки своему здравому смыслу, я надеваю ночную рубашку и тапочки и выхожу в коридор. Леми пытается пойти за мной, но я жестом показываю ему вернуться в комнату. Я знаю, что он переместится, если я попаду в беду, но не хочу, чтобы он выдал мое местонахождение или бросился защищать меня раньше времени.
Мой пес бросает на меня настороженный взгляд, но смиряется и садится у двери, а я осторожно закрываю ее и иду по коридору, прислушиваясь к голосам. Может, у меня и не такой хороший слух, как у тех, кто обладает магией суэна, но все равно довольно хороший. Кажется, я слышу их внизу.
Я спешу вниз по лестнице, оглядываясь через плечо на случай, если меня заметит слуга или кто-то из семьи, а затем направляюсь к двери кабинета Торстена. Я прижимаюсь щекой к двери, как ранее в своей комнате.
— Ты женишься на принцессе Фриде! — ревет Торстен так громко, что мне приходится отойти от двери.
Принцесса Фрида? Кто, черт возьми, такая принцесса Фрида? Может, в комнате есть кто-то еще, может, Видар? Это было бы логично, ведь наследник должен жениться на принцессе. Но только не Андор.
Пожалуйста, только не Андор, думаю я в отчаянии.
— Это твой единственный долг в жизни, Андор, — заявляет его отец, и эти слова — как нож в сердце. — Не смей думать, что у тебя есть право выбора. Не смей думать, что ты можешь так поступить со мной, со своей семьей.
Я чувствую, как истекаю кровью, пока стою здесь, прижимая руку к животу.
— Я не собираюсь ничего портить, — слышу, как наконец отвечает Андор.
О, боги.
— Бринла?
Я подпрыгиваю от неожиданности и оборачиваюсь, чтобы увидеть Штайнера, стоящего в конце коридора с кошкой на плече.
Черт. Меня только что поймали за подслушиванием.
Но Штайнер не подходит ко мне и ничего не говорит. Он просто направляется в сторону своей лаборатории.
  
Я смотрю на дверь кабинета, понимая, что это вопрос времени, когда они обнаружат, что я подслушиваю. Теперь я должна убедиться, что Штайнер ничего не скажет.
Я спешу за ним по коридору, двигаясь как можно быстрее и тише мимо столовой и кухни, и вхожу в его лабораторию как раз в тот момент, когда он собирается закрыть дверь.
— Подожди, — говорю я, протискиваясь плечом вперед. — Мне нужно с тобой поговорить.