Дон Алехандро, человек и чародей (СИ)
За стенами самым сложным оказалось сохранять невозмутимость, а не вертеть головой налево-направо, потому что это был первый населенный пункт, который я видел в этом мире. Узкие дома стояли почти вплотную друг к другу и жизнерадостно сияли белыми оштукатуренными стенами, которые прекрасно оттенялись многочисленными горшками с яркими цветами.
Пасторальную картину сильно портили заляпанный низ домов и поднимающаяся из сточных канав вонь, наверняка привычная нюху этого тела, но совершенно непривычная моему. При мне из дома выскочила пухлая девица и выплеснула ведро с помоями. Сразу она не ушла, занялась военными действиями — стрельбой глазами. И даже в одного из нас попала, потому что Серхио несколько раз оборачивался. Меня же пышные дамы никогда не привлекали, особенно если в комплекте с ними идет ведро помоев.
— А они тут не голодают, — заметил я. — Мы куда идем вообще?
— Сначала на постоялый двор, комнату снимем и поесть закажем, о порталисте поспрашиваем.
— С комнатой — лишние траты. Лучше сразу искать порталиста. Я чувствую, что нужно торопиться.
— Да? А если у вашего Шарика силы закончатся до того, как мы его найдем, и ваше лицо кто-нибудь узнает?
— И вообще, мне отдых нужен, — завредничал Шарик. — Еда и спокойное помещение.
— Ты еще отдельную кровать потребуй.
— Мне подушки хватит. Пока. Я из-за тебя и так всех удобств лишился… — заныл он и почти сразу замолчал, напрягся, повернувшись всем телом влево.
Там как раз выглядывала из-за дома крыса. Огромнейшая толстая крыса с длинным розовым хвостом. Её внимание привлек мешок в руках у Серхио, где хранились остатки еды, и сейчас крыса решала, стоит ли попытаться этот мешок вырвать. Если судить по ее размерам, уволочь она точно сможет.
— Ну же, давай прыгай, — не сдержался Шарик и в нетерпении переступил всеми восемью лапами. — Давно я крысятины не ел. Деликатес.
— А она чародейской энергией не пропитана?
— Она-то? Разве что самую малость, как приправой, и то если вглубь острова бегала. Такая сочная толстая крыса и без приправ хороша, конечно, особенно когда повисит немного. — Шарик причмокнул. — Но тебе я бы не рекомендовал пробовать. Тебе вообще не стоит есть ничего выращенного на Сангреларе. Я-то плоть от плоти Сангрелара, мне можно.
Он сделал движение к крысе, та заверещала и рванула куда-то вглубь поселка, посчитав, что возможная добыча не стоит риска. Шарик лишь разочарованно вздохнул вслед длинному розовому хвосту, который наверняка для него выглядел как ускользнувший из-под носа леденец.
Вскоре обнаружился и постоялый дом. Был он значительно шире остальных зданий и имел вывеску, на которой кривыми буквами было намалевано: «Посада дель ками» и даже изображение упомянутого ками имелось, настолько перекошенное, что выглядело скорей шаржем. Шарик это тоже отметил и оскорбленно нахохлился, пробурчав об оскорблении его вида. Меня же порадовало, что у меня имелось не только умение говорить на местном языке, но и читать. А то был бы номер: известный поэт разучился читать и писать.
— Дон Алехандро, ничего не говорите. Сошлемся на потерю голоса. Такое у чародеев бывает при переутомлении.
С этими словами Серхио открыл передо мной дверь, пропуская внутрь довольно темного помещения.
— Пахнет вкусно, — одобрил Шарик.
Пахло действительно вкусно, и с порога открывался замечательный вид на обеденный зал, в котором были заняты лишь несколько столов. Суровых таких столов, с толстенными ножками и увесистыми столешницами. Лавки им были под стать: я не смог бы такую поднять даже в прежнем своем теле, а уж в таком… скорее, лавка поднимет меня, чем я ее. Все украшение стен заключались в развешанных связках сухих травок и гирляндах чеснока и лука. Гирлянд было столько, что любой уважающий себя вампир, сунувший сюда кончик носа, уже бежал бы без оглядки. Но мы вампирами не были, поэтому Серхио спокойно вошел и сразу с порога устремился к стойке, за которой скучал дородный мужик.
— Хозяин, нам бы комнату. И обед туда.
Мужик бросил на нас оценивающий взгляд, особо задержавшись на моей мантии, Шарике и полных походных мешках. Похоже, осмотр уверил его в нашей платежеспособности.
— Есть комнаты, как не быть. И с обедом потороплюсь, — расплылся в улыбке хозяин. — Вы к нам надолго?
— Как получится. Нам порталист нужен. Как найдем, сразу уедем.
Счастье на физиономии хозяина постоялого двора несколько приутихло, но он нашел в себе силы признать:
— В Уларио из порталистов нынче только сеньорита Росалия Фуэнтес. Часа через два должна подойти. Ей сказать, что вы интересовались ее услугами?
— Жещина-порталист? — недовольно переспросил Серхио. — И как она?
— Не женщина — тигрица. — Хозяин постоялого двора поднес щепоть к губам и сладострастно причмокнул, показывая свое восхищение.
— Тигрица тигрицей, а как у нее с профессиональными навыками? — со всем возможным скепсисом спросил Серхио.
— Правильно вопрос ставит, — одобрил Шарик. — А то как бы этот мужик не всучил нам свою любовницу. Вон как слюнями капает от одних воспоминаний.
— Не сомневайтесь, сеньор. Сеньорита Росалия — некромантка. Как вы знаете, самые точные порталы — некромантские.
Он опять причмокнул, и мое воображение не на шутку разыгралось, представляя молодую черноволосую девицу в облегающем костюме из кожи. Тоже черной. С ожерельем из маленьких черепов, в глазницах которых мерцали зеленые огоньки. И такие же зеленые огоньки девица перебрасывала из руки в руку, столь томно на меня посматривая, что я невольно задался вопросом, был ли секс у этого тела. И вдогонку вопрос второй: не берёт ли сеньорита оплату натурой…
— Ага, и через Изнанку идти, — проворчал Шарик. — Не люблю я этого. Там воняет и темно.
— А что за Изнанка? И чем она плоха?
— Изнанка живого мира, — пояснил Шарик таким тоном, что переспрашивать пропадало любое желание. — Но так-то да, самые точные порталы — некромантские, — неохотно признал он. — И без вероятности размазывания как внутри перехода, так и по прибытии. Но зато и времени на переход уходит больше, и возможно нападение нежити. А там уж насколько некромант силен… Посмотрим на эту тигрицу, там и решать будем. Эй, нам самим это понадобится, стопарни-ка своего приятеля.
Только тут я обратил внимание, что разговор с портала перешел на реализацию добычи.
— Я вам лучшую цену дам, — разливался соловьем хозяин, для убедительности стуча себе в грудь могучими кулаками. — У кого хошь спроси, любой скажет — Хесус Рохас никогда не обманывает. У него самые правильные цены и быстрый расчет в звонкой монете, а не в никому не нужных расписках.
Я постучал Серхио по плечу и, когда он обернулся, отрицательно покрутил головой.
— Мы пока воздержимся от продажи, — правильно понял он мою пантомиму. — Хозяин против.
— Чет сильно молчаливый у тебя хозяин, — недовольно буркнул Рохас.
— Голос сорвал на ритуале, бережет. Мало ли, — веско бросил Серхио.
— Это да… — Хозяин постоялого двора выдвинул ящик и достал оттуда ключ. — Деньги вперед. Нужник во дворе, по левому коридору пройдете. Коли мыльню захотите, за это дополнительная плата.
— Пока не нужна. Комната и обед на двоих без вина.
— С вас пять плейт.
— Ну и цены тут у вас. Как в столице за лучший номер, — возмутился Серхио.
— А чего вы хотели? Это ж Сангрелар, — мужик осклабился. — Дорого все здесь, уж извините. Неужто в Блоре дешевле?
Руку за деньгами он протянул, опасливо косясь на Шарика, но сразу взбодрился, когда Серхио вложил в нее серебрушки. Взамен мы получили ключ с биркой и указание, куда идти. На прощание хозяин постоялого двора еще раз напомнил про мыльню. Серхио сделал вид, что не услышал, а мне и притворяться не надо было, поскольку моего лица никто не видел.
Номер меня не впечатлил. Две кровати из кое-как сколоченных брусков, на них брошены не слишком толстые матрасы. Постельное белье было серое и грубое. Посреди комнаты стояли стол и два табурета, сделанных в той же манере, что и кровати. На столе нашелся огарок свечки. На этом оснащение комнаты удобствами заканчивалось.