Ее бешеные звери (ЛП)

— Словно я могла забыть, как разговаривать, когда вы целыми днями бухтели мне под ухо, — тихо говорю я, дотрагиваясь до горла и хмурясь. — Правда больно немного.
И зубы все в шерсти. Отвратительно.
— Мы достанем тебе немного меда, — говорит Минни. — Честно говоря, ты заставила нас поволноваться.
Это сделала она. Она, истекающая кровью под натиском невидимого врага, помогла мне вырваться из оков. Моя анима оттеснила меня в сторону и удерживала глубоко в моем собственном теле. Примерно так же, как я сдерживала ее долгое время. Я могла справиться с этими царапающими клыками, обжигающими мое тело, но Минни? Или кто-то из них? Никогда. Этого было достаточно, чтобы моя анима смягчилась, отступив в сторону, а я рванулась вверх, с ревом ярости обрушивая свою силу на школу, пока эти скребущие клыки не исчезли совсем. Исцеление Минни произошло само по себе. Эти следы от клыков, оскверняющие ее тело, были чем-то таким, на что я не могла смотреть. Или стерпеть ее несчастный вид.
  
Нимпины наконец-то успокоились. Бедняжки почувствовали психическую атаку, но не знали, как помочь. Генри устраивается поудобнее у меня на плече, издавая милые, успокаивающие попискивания, и тут я замечаю Юджина у моей ноги, который озабоченно кудахчет. Мой разум немного затуманен, как будто я бреду сквозь вязкую грязь. Но адреналин, вызванный ужасом, а затем встречей с Лайлом, помогает мне выбраться из этого состояния. Мой желудок скручивается от голода, сообщая мне, что я действительно не очень хорошо питалась последние несколько недель.
— Еда, — бормочу я. — И побольше.
— И о-одежду, — Ракель протягивает мне запасную куртку и спортивные штаны, слегка сморщив нос, подходя поближе.
Клянусь Дикой Богиней, если Ракель, выросшая в дикой коммуне, морщит нос при виде меня, значит я воняю как сам ад. Я тихо ругаюсь, пока они обе помогают мне натянуть одежду и ведут к дрейфующей на легких волнах лодке.
Одежда странно ощущается на теле без шерсти. Мне хочется сорвать ее, пока я неуклюже ковыляю к воде. От прикосновения воздуха к коже мне кажется, что я теряю одно из своих чувств. Две человеческие ноги не так устойчивы, как четыре, и я чувствую себя новорожденным жеребенком на льду, который может упасть в любую секунду. Из-за этого я слегка сутулюсь и понимаю, что мой шаг больше напоминает поступь рыси.
На ум приходит Дикарь и то, как он расхаживает по академии, словно зверь на двух ногах. Я думала, что мужчины используют эту походку, чтобы показать свое превосходство, но на самом деле это получается у них непроизвольно. Судя по взглядам Минни и Ракель, они боятся, что я упаду в обморок в любую секунду, и, по правде говоря, у меня кружится голова… и я в шоке.
Впервые взглянув на это место человеческими глазами и с высоты своего роста, мне кажется, что я наконец просыпаюсь ото сна.
Когда я спросила дракона Ксандера, может ли он открыть для меня тайник, очень похожий на потайной этаж моих суженых в общежитии анимусов, его губы изогнулись в ухмылке, и он сказал:
— Конечно, моя Регина, — но когда он открыл проход, мне уже нужно было отправляться на суд, поэтому я не смогла спуститься сюда и проверить все как следует.
Это немногим больше, чем мрачная, пыльная, сырая пещера, но мои великолепные анимы превратили ее в девичью страну чудес.
Проявив некоторую решительность, им удалось притащить сюда матрас и тонны подушек, соорудив что-то вроде крепости-полумесяца вокруг гнезда, которое я инстинктивно создала. Кто-то, вероятно, Коннор, спустил сюда мини-холодильник, а в корзине полно чипсов, шоколадок и кексов. Здесь даже есть пара фиолетовых кресел, маленький круглый столик, и я уверена, что это Минни развесила разноцветные гирлянды по всему периметру пещеры.
Грудь наполняет тепло, золотое и свежее. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Минни, и прижимаюсь к ней головой, шепча ее имя.
И тут я чувствую запах, от которого резко поднимаю голову.
Минни плачет. Она вытирает щеки рукавом, пытаясь скрыть слезы, но у нее плохо получается из-за громко шмыгающего носа.
— Я очень волновалась, Лия, — шепчет она.
— О, Мин, — говорю я своим хриплым голосом. — Мне так жаль. Все пошло по одному месту.
— Я-я так н-не считаю, — твердо говорит Ракель. — Ты, блядь, жива, Лия.
— И сорвала их планы по разведению, — добавляет Минни.
Я благодарно улыбаюсь им.
— Верно, — продолжает Минни, удерживая лодку ровно, пока Ракель помогает мне забраться в нее. — Наш план сработал, нимпины отлично справились, и теперь… мы во всем разберемся.
Мы забираемся в лодку, Юджин и его новые защитные очки запрыгивают за нами. Меня мягко убаюкивает легкое покачивание, пока лодка плывет по каналу. Я так устала, что чувствую приближение обморока. Но я не могу позволить себе потерять сознание. Я никогда не смогу себе этого позволить. Не с дистанционными психическими атаками, надвигающимися на нас со всех сторон. Генри осторожно тычет в меня клювом, как будто знает, что по краям зрения у меня все плывет. Я снимаю нимпина со своей шеи, чтобы посмотреть на него.
Он медленно моргает на меня своими влажными черными глазами, словно говоря: все будет хорошо.
Мое зрение затуманивается, но теперь уже от слез.
Надеюсь, мои глаза передают, что он значит для меня.
Ты спас мне жизнь, Ген. Ты и другие нимпины вывели из строя самых сильных зверей в стране и вытащили меня оттуда.
Генри просто нежно прижимается носом к моей ладони, и все, что я могу сделать, это прижать его к груди и молча поблагодарить. Другие нимпины тоже были со мной все это время, с моими друзьями. Не знаю, что я сделала, чтобы заслужить таких друзей, но я очень благодарна. И я понятия не имею, как отплатить им за это.
Царап. Царап. Царап.
Эти клыки поджидают по краям всего сущего. По краям меня. Я знала, что мой маленький побег не повлияет на моего отца. Королевская кобра, возможно, и не сможет добраться до меня физически, но змеи особенно хороши в ментальных войнах. Он попытается измотать меня, постепенно, безжалостно, пока у меня ничего не останется и он не получит полный доступ ко мне.
То, что ему удалось напасть на Минни, доказывает, насколько он готов использовать любой метод, чтобы добраться до меня. Каким-то образом он выяснил, что Минни была моей лучшей подругой и, следовательно, следующим лучшим способом заполучить меня.
Это была угроза, написанная кровью.
И я не позволю этому повториться. Мне нужно быть сильной и такой же безжалостной, как он, пока я решаю, что делать.
Спячка в звериной форме обеспечивала нам безопасность все четыре недели. Но такое состояние было ненадежным, и моя анима это понимала. Сейчас моя энергия на критическом уровне.
Лайл и Дикарь часто навещали меня. Могущественные, властные мужчины на пике своей силы. И одно из преимуществ пребывания в брачной группе — это… разделение силы.
Звери подпитывают свою силу двумя вещами: едой и сексом. Но просить их об этом было безумием. В конце концов, они пытались убить меня.
Когда мы проходим через картину в коридоре нашего общежития, Тереза, куратор первокурсниц, появляется из нашей комнаты. Она бросает на меня всего один взгляд, и ее рука взмывает ко рту, а серые глаза широко распахиваются. Это невысокая женщина с коротко подстриженными светлыми волосами, множеством красочных татуировок на правой руке и серебряным пирсингом в брови.
— Дорогая Богиня, — говорит она, спеша ко мне. — Лия!
— Я знаю, — отвечаю я с кривой ухмылкой, бросая взгляд на Минни, чтобы узнать, как много известно Терезе. — Мне нужно в душ.
  
— Меня прислал Лайл. Мы пойдем в общую ванную, — говорит она, занимая место Минни справа от меня. — Там для тебя готова ванна. Мин, ты не могла бы принести Лии какую-нибудь пижаму?
Минни спешит в нашу комнату через, по-видимому, недавно восстановленную дверь, в то время как меня медленным шагом провожают в общую ванную на первом этаже. Все собрались в столовой, раз уж Лайл пораньше снял карантин, чтобы повидаться со мной после моей вспышки гнева, так что общежитие анимы пусто, когда я, спотыкаясь, прохожу через него. Мне никогда не приходилось пользоваться общей ванной комнатой, так как в нашем номере есть отдельная душевая, но Тереза объясняет, что они используют ее специально для выведения паразитов. И, очевидно, четыре недели отсутствия душа и несколько кусочков сырого мяса, которые я съела, могли преподнести мне некоторые нежелательные сюрпризы.